Валентина Кострова – Беременна на заказ (страница 4)

– Ты сейчас серьезно?

– Серьезно. Может быть угроза для ребенка. Не, ну ты только подумай, Милана провернула аферу века, обвела тебя вокруг пальца! Замутила это суррогатное материнство без твоего ведома! Сумела эту сделку сделать юридически действительной без твоего участия, всего лишь взяв копию твоего паспорта. Договорилась с нотариусом о доверенности, притащила тебя к нему, и ты не глядя подписал…

– Я ей, блин, доверял, как слепой котенок, – бурчу под нос.

Милана подловила момент, когда я совсем не обращал внимания, что она мне подсовывает. Бизнес трещал по швам, нужно было максимально сконцентрироваться на нем. Я дома почти не ночевал. Та доверенность была сделана для того, чтобы жена без моего участия подыскивала квартиру для нашего семейного гнездышка.

В том, что я дурак в отношении Миланы, понял недавно. Так безгранично доверять человеку, верить каждому его слову – это нужно быть до беспамятства им очарованным и влюбленным до слепоты. Кому сказать, что взрослый мужик, глава серьезной организации повелся на невинные голубые глаза и образ нимфы – засмеют. Именно поэтому избегаю семейных посиделок среди родни, которые традиционно проходят по выходным дням в родительском доме. Пока мне удается прикрываться работой, мама верит моей полной загруженности, так как в офисе сотрудники традиционно уходят в летние отпуска. Отец, когда узнает правду, ничего не скажет, только всем своим видом покажет, что к нему в свое время стоило прислушаться. Он меня предупреждал, что Милана не так проста, как кажется, а я махнул на его слова рукой, сказав, что он ничего не понимает.

Кстати, о доверии. Карине я тоже поверил. И деньги вчера ночью перевел после ее позднего звонка. Что-то в ее голосе заставило меня поверить каждому слову. Клиника. Наверное, стоит попросить сестру подыскать мне психолога, чтобы поработать с ним над моей чрезмерной доверчивостью к женщинам. Правда, до встречи с Миланой я не особо велся на сладкие речи противоположного пола. И отношения у меня были строго по расписанию с предварительной договоренностью. Что ж, даже в надежной компьютерной системе иногда происходит сбой.

– Тимур, о чем задумался? Что будешь делать с этой Кариной Романовной? – голос Сергея возвращает меня в настоящее и к текущим проблемам личного характера.

– Не знаю. Может, все же есть возможность сделать тест на отцовство до рождения ребенка?

– Я займусь этим вопросом. – Мой юрист и друг в одном лице поднимается со стула, собирает бумажки в одну стопку. – О том, что Милана совсем не милашка, я тебе говорил.

– Иди работать, – беззлобно посылаю друга, Сергей усмехается.

Когда закрывается дверь кабинета, ставлю на стол локти и утыкаюсь лбом в раскрытые ладони. Мне еще предстоит большая работа над главной своей ошибкой: понять причины краха моего брака, который казался крепким и вечным. Ведь поначалу, когда я знакомил Милану со своими друзьями, семьей, родственниками, все были в восторге от очаровательной блондинки, как и я. Только Сергей и отец не повелись на харизму Миланы, словно чувствовали, что образ ангела – всего лишь образ.

Растираю ладонями лицо, беру договор. В моей голове никак не может сложиться логическая картина поступков Миланы. Почему она ввязалась в суррогатное материнство, не предупредив меня? Почему жена ни разу не захотела со мной обсудить тему детей, рассказать о своих страхах? Вопросов много, ответов нет.

Я сам виноват, что не обсуждал с Миланой тему наследников. Когда мы поженились, родители, дальние и близкие родственники уже через два месяца ждали от нас радостной новости. Чего лукавить, я сам ждал, когда Милана сообщит мне о том, что беременна. Увы, любимая жена не спешила меня осчастливить, а своей семье я запретил задавать неудобные вопросы, считая, что всему свое время.

Видимо, Милана стеснялась или боялась со мной обсуждать свое здоровье, хотела сама решить вопрос с детьми. Именно поэтому самостоятельно стала искать хорошую потенциальную суррогатную маму, с которой ей будет комфортно. Нашла Карину, узнала расценки и какие документы нужны для заключения договора. Сразу же стала подыскивать дом для нас, аргументируя тем, что большой семье нужно большое пространство. Так у нее на руках оказалась доверенность от моего имени, в которой было оговорено, что Милана может заключать любые сделки без моего участия. Потом ежемесячные суммы на расходы выросли, вызвав у меня подозрения. Отрицательные анализы на наркотики, обиженный взгляд Миланы, хроническое чувство вины – отношения между нами дали трещинку. При этом она не удосужилась мне объяснить, куда тратит деньги.

Непонятная мне, но такая желанная женщина, на которую я готов был молиться всю жизнь, потому что любил. Да и сейчас, думая о ней, чувствую, как сердце предательски сжимается. Полтора месяца назад я вдруг поймал себя на том, что рядом с близким человеком начинаю задыхаться. Это как вдруг обнаружить у себя аллергию на некогда любимый шоколад.

Я поставил Милану в известность о своих намерениях – хотел развода. Выдержал ее истерику, не вздрогнул, когда она начала бить посуду, обнял, когда буря стихла, и тихо сказал, что так нужно для нас обоих. Она вроде меня услышала или сделала вид, что услышала. О ребенке не было сказано ни слова. Почему? Не раз я слышал, что некоторые браки сохраняются благодаря беременности супруги. Изменил бы я свое решение? Конечно, я не оставил бы жену и своего малыша. Пересилил бы себя. Даже хронические аллергики находят эффективное лекарство, чтобы не отказывать себе в жизненных удовольствиях. Однако Милана промолчала, документы о разводе подписала, а потом исчезла, прихватив деньги из семейного бюджета. Не хватило смелости или наглости залезть в другие счета, доверенность ей во многом развязывала руки. Что я буду делать с бывшей женой, когда служба безопасности найдет ее, пока не думал. Сейчас надо решить вопрос с ребенком, который скоро появится на свет.

Сразу же задумываюсь о Карине, о том, что заставило ее предложить себя в качестве суррогатной матери. Вчера, перед тем как она мне позвонила, я тщательно изучал информацию в интернете по поводу того, кто чаще всего становится матерью для бездетной пары. Причин много.

Может, Карине нужны деньги, чтобы купить квартиру и съехать от большой семьи. Помню время, когда мои родители с тремя детьми ютились в однокомнатной квартире. Было весело для меня с братом и сестрой. Мы не замечали, что кто-то ущемлен в метрах. Вряд ли наше веселье разделяли отец и мать, которые были лишены личного пространства. Зато сейчас у родителей большой дом за городом, в котором много комнат, каждый найдет себе угол, чтобы побыть наедине с собой.

О том периоде, когда ценна была каждая копейка, вспоминать не хочется. Все же с деньгами комфортно жить, ты не смотришь на ценник в продуктовом магазине, не прикидываешь в уме, хватит ли тебе оставшихся денег до зарплаты.

Опять думаю о Карине. Еще одна причина, по которой девушки-женщины идут на такой шаг, как беременность, это серьезная болезнь собственного ребенка.

Прекрасно знаю, что фонды, помогающие тяжело больным детям, нуждающимся в срочной операции, не справляются с потоком запросов. Не всем они могут помочь, приходится выбирать, а для родителей их ребенок самый ценный. Раз в квартал, не афишируя для общественности, финансово поддерживаю два фонда, которыми заведует сестра. Если Карине действительно нужны деньги для лечения своего ребенка, уверен, Нина поможет в поисках нужных врачей, организует транспортировку и поможет устроиться в больнице, пока будет проходить лечение.

Когда я прочитал об этой причине, немного завис в размышлениях. Впервые задумался о том, что у Карины, возможно, есть муж и дети. Уверен, что она любит детей, и у нее их трое.

Интересно, как ее супруг отнесся к беременности? Как бы я отнесся, если бы моя жена носила под сердцем чужого ребенка? Даже во имя спасения собственного! Для меня эта мысль казалась дикой, ненормальной. Несмотря на то что Карина вынашивает моего малыша. Моего. Интуиция шепчет, что правильно думаю, а память подкидывает воспоминания, как Милана уговаривала меня пройти полное обследование. Все у жены было продумано.

Звонит мобильник. Смотрю на дисплей, сжимаю зубы. Не отвечу, значит, проявлю неуважение к матери. Обидится, потом несколько дней будет со мной не разговаривать. Одним букетом цветов не обойдусь, нужно будет серьезно постараться, чтобы заслужить материнское прощение. Поэтому без желания отвечаю на звонок.

– Да, мам.

– Тимур, здравствуй, не отвлекаю тебя от работы?

– У тебя есть право меня отвлекать в любое время по любым вопросам.

– Я только хочу пригласить на выходные вас с Миланой к нам домой. Давно вместе не собирались. Папа организует шашлыки, если вы захотите, можете баньку затопить. Вы останетесь на ночь у нас? – деликатно спрашивает мама, намекая на то, что ни разу, с тех пор, как я женился, мы с женой не оставались у родителей с ночевкой… Милана всегда требовала, чтобы мы вернулись домой. И ей было плевать на погодные условия, на мое настроение, на то, как выглядит ее поведение со стороны.

– Я приеду один и останусь на ночь. Обо всем поговорим на выходных.