Валентина Колесникова – Верховная ведьма. Любовь сквозь ненависть. Книга 1 (страница 37)

Альр было восемь. Движения резкие, быстрые и практически бесшумные. Их мощные тела и огромные пасти не позволяли стрелам, выпущенным Санн, нанести хоть малейшую травму, но зато прекрасно отвлекали от основных нападавших.

Ярн не стал сдерживаться, прекрасно помня свою первую встречу с этими тварями. Берсерк полностью поддался эмоциям, магия захлестнула его разум и тело, заставляя Вэя уйти чуть в сторону — раманш ни разу не видел подобной трансформации человека. Тело Ярна увеличилось, стало более мощным. Кожаные доспехи словно расплавились, полностью покрывая его с ног до головы. Мышечная масса наросла, нижняя челюсть стала более мощной, немного расширилась, как и плечи. Ярн сжимал в руках огромный меч, сделал глубокий вдох, и спустя мгновение из его груди вырвался грозный клич…

Он напал на альру, с силой сжимая мощными руками ее шею. Существо извивалось, издавало высокие, острые словно лезвие кинжала звуки, проникающие в голову, а затем стихло, как только в ее живот вонзился меч Адольфа. Маленький гном не терял времени, тут же вынул лезвие из тела поверженной твари и рванул в бой.

Остальные напали группой, но не ожидали встретить на своем пути водную магию. В деревнях принято собирать дождевую воду, поэтому все, что скопилось в бочках или на крышах домов, было использовано Вэем. На открытой территории было больше возможностей для маневра, в отличие от дома раманш, где я впервые увидела эту нечисть. Вэй сковал магией воды троих существ, совершил резкий пас рукой и сжал кулак, будто бы меняя давление потока… так и есть… Произошло то же, что и в зале Приговора — тела тварей стало плющить, ломать, но они продолжали извиваться, истошно крича. Как только альры открывали свои животы для атаки, Санн мгновенно пронзала их своими стрелами, ни разу не промахнувшись, но они продолжали борьбу за жизнь.

Мой огонь, как и в прошлый раз, был дополнен магической сетью. Она сковала троих, ударив при этом зарядом энергии, но плотная броня хорошо защищала от подобных атак. Из—за мощного пламени существа бились в конвульсиях, истошно орали, не в силах разлепить обожженные веки, а затем смолкли, как только их животы были вспороты раскаленным лезвием меча. Оставшаяся альра бросилась в мою сторону, ее пасть почти сомкнулась у моего лица, но Адольф успел вовремя — он швырнул свой топор прямо в голову существу, отбросив благодаря этому ее в сторону. Магия огня тут же поглотила тело твари, вновь сжигая тонкую кожу век, проникая в глазные яблоки. Альра орала, заходилась воплем, но не умирала… Она не умирала точно так же, как и те три твари, что были скованны магией воды. Вэй стоял к ним непозволительно близко и не мог отпустить, продолжая сдерживать атаки. Стрелы Санн оказались почти бесполезны, но зато лезвие гнома и мощь рук Ярна свою роль сыграли — они добили тех, кто остался как раз в тот момент, когда из тени вышли еще несколько альр…

— Видимо, до этого момента мы боролись с еще маленькими тварями, — тихо заметил Дольфи, поднимая с кровавой земли свой любимый топор.

— Это были лишь молодые особи, — Вэй распустил поток, принимая боевую позу рядом со мной, — не лезь и держись в стороне. Магия позволяет атаковать с дальнего расстояния, поняла?

Они напали одновременно — со всех уголков периметра. Четыре огромные твари стремительно атаковали при помощи клыков, раскрывая свои пасти, обнажая при этом острые зубы. Мощные когти взрывали землю, лапы, словно с издевкой, отбрасывали в стороны стрелы, выпущенные Санн, и лишь одна из них нашла цель — угодила прямо в глаз. Смазанный ядом наконечник сделал свое дело— вещество тут же попало в головной мозг, поражая клетки, заставляя жидкость скапливаться в задней доле черепа. Спустя мгновение раздался приглушенный хлопок, но кость при этом не разрушилась, как часто бывало — даже думать не хочу, что стало с мозгом альры, и какое месиво сейчас в ее черепной коробке.

Вэй вновь призвал воду, с легкостью отбив атаку нечисти. Он вновь и вновь изображал руками резкие пассы и выпады. Поток воды как будто повторял за ним каждое движение, обволакивая собой черное прочное тело существа. Создав огненную стену, я не позволяла альрам скрыться в лесной части, используя пламя для атаки — стихия не наносила им сильного вреда, но тормозила, не позволяла ориентироваться в пространстве, чем тут же пользовался Ярн, раз за разом пронзая альру в живот раскаленным железом.

Последняя тварь оказалась проворнее остальных, она с легкостью уходила от водного потока, не поддавалась на прямые атаки Ярна и с легкостью перекусывала прямо в воздухе выпущенные отравленные стрелы Санн, не прикасаясь при этом к наконечнику. Какая же умная тварь…

Мой огонь не доставал альру, она кружилась вокруг горы людских трупов, но при этом не нападала так, как остальные… словно защищала что—то…

Ярн почти добрался до нее, но раманш его опередил. Он воспользовался тем, что мой огонь сжег альре веки, близко подошел к ней, и, спокойно увернувшись от атаки острыми когтями, убил ее одним четким движением.

Наступила странная, тягучая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием, треском пламени и детским плачем со стороны мертвого женского тела.

— Совсем крошечная, — в небольшом свертке лежала малышка — целая, невредимая. Ее маленькие глазки были закрыты, пухленькие пальчики крепко сжали мой мизинец, а рот постоянно открывался так, словно требовал молока… — да ей на вид еще и месяца нет…

От осознания стало дурно. Руки предательски дрогнули, я развернулась корпусом, осматривая то, что осталось от деревни, и понятия не имела, как правильно поступить и что делать дальше.

На небольшой площади, среди мусора и земли, лежали разорванные в клочья жители этой деревни — в самом ее центре. Вокруг них образовался кровавый ореол, постепенно увеличивающийся в размерах. У некоторых глаза все еще были открыты… а кто—то шевельнул рукой… Еле заметно, почти неощутимо…

— Ты что делаешь? — Ярн постепенно принял свой первоначальный облик и рыкнул, как только Вэй решил подойти к женщине, что слегка шевельнулась. — Она мертва, неужели не чувствуешь?

— Мертвые не шевелятся, — спокойно ответил раманш.

— Нам нужно уходить! Как можно быстрее! Что, если здесь еще есть альры?

— Мы убьем их, — Вэй ускорил шаг и замер возле горы тел. — Ты что, гонишь меня отсюда?

— Я, знаешь ли, жить хочу, — рыкнул берсерк, — я не хочу сражаться с полчищем тварей и погибнуть в чьей—то пасти, испытывая при этом невероятную боль… Вэй, говорю же, нам нужно…

Но Вэй не послушал. Он отбросил в сторону тело и замер, словно не верил своим глазам. Я подошла к нему, встала рядом и остолбенела…

Крошечный черный комок мирно спал среди окровавленных тел. Размером с ладонь, не больше…

— Это что… это они гнездо ему сделали? — гном вытаращил глаза, затем перевел взгляд на альру, что не отошла от мертвых тел во время боя. — Теперь понятно, почему они не сбежали.

Внезапно существо открыло свои мелкие глазки, слегка повело носом и… И явно учуяло раманш.

Ощерившись всем телом, мелкий черный зверь подскочил на своих еще не окрепших лапках и выставил перед собой свой тонкий хвост с шипом на конце, который тут же направил в сторону Вэя. Он словно только его чуял… пищал, раскрывал пасть, падал, но поднимался, продолжая смотреть в сторону раманш.

— Чует тебя, — с удивлением заметила Санн, — как такое возможно?

— Понятия не имею, — Вэй замахнулся и с силой ударил лезвием по маленькому телу. Резкий писк мгновенно сменился тишиной, — и даже знать не хочу, как маги смогли добиться подобного… Ненавижу…

Так альр создали для того, чтобы убивать раманш? Как вообще можно создать кого—то, кто будет способен на подобное почти с рождения? Эта тварь была совсем крошечной, но даже так смогла определить, кто стоит перед ней… Это уже на уровне инстинктов, но… Да так не бывает! Не бывает!

— Нужно осмотреть деревню, — Вэй посмотрел на то, как я сжимаю в руках кричащего малыша, — и найти для него хоть что—то, иначе не выживет.

— Да нам бежать надо как можно скорее из этой деревни! — Ярн был вне себя. — Вы хоть представляете, что будет, когда сюда придут стражи Эрмера? А если нагрянет хозяин этих тварей? Или тут еще затаились альры? Я жить хочу, друзья мои, устал уже повторять об этом!

— Предлагаешь ребенка оставить тут? — голос Вэя даже не дрогнул, а я замерла, с ужасом ожидая ответа.

— А ты хочешь взять его с собой в дорогу, позволяя своим криком выдать нас с потрохами? И что вы хотите делать с младенцем? Куда мы его отнесем? В Эрмер? До него еще идти и идти, малыш умрет. Вернуться в Элмен? И вы думаете, что это так просто? Кому мы его оставим? Да что я вам вообще говорю…

— Ты не ответил на вопрос, Ярн, — раманш слегка развернулся, наблюдая за тем, как меняется взгляд у берсерка. — Мне оставить его здесь?

— Почему у меня спрашиваешь? — рыкнул мужчина в ответ. — На меня ответственность решил переложить? Не получится, сволочь!

— Я предлагаю обыскать деревню и убедиться в том, что живых нет. Потому что если есть, то о ребенке позаботятся, а если нет, то нужно найти хотя бы воду, козье или коровье молоко. Нам нельзя идти в Элмен. О трагедии скоро узнают, а группа путников, внешне напоминающих наемников, с ребенком на руках выглядит подозрительно. Не знаю, как ты, но я думаю, что оставить младенца умирать голодной смертью не так гуманно, как позволить ему умереть в пасти чудовища. Но, думаю, решать придется Сэрех…