Валентина Колесникова – Разлом миров. Санкт-Петербург (страница 9)
Острые когти с силой впились девушке в кожу, но она стерпела. Бросив короткий взгляд в сторону дочери, Алиса показала, почему ей нельзя было входить в комнату.
Когда мальчик все же убрал руки и увидел раны на теле Алисы, он невольно взвыл, сжав кулаки, стараясь прижать их к себе как можно крепче.
- М…Мама…
- Он опасен, не подходи.
Ребенок спрятал руки, хоть и не понимал ни слова. Смотрел на Алису огромными глазами и выл, не в силах выровнять дыхание.
- Успокойся… Дыши… Просто дыши… - Алиса шептала сквозь боль, не в силах сдержать слезы. Смотрела на то, как мальчик медленно, постепенно начинает успокаиваться, но при этом не может выровнять дыхание.
Вася все же подошла к нему, хоть мама и была против, положила ладонь на макушку.
Маленькая теплая ладошка нежно, аккуратно стала гладить мальчика по голове. Вася шептала своим тихим голоском успокаивающие слова, затем взяла ребенка за руку и так же нежно, очень аккуратно, стала успокаивать его дальше.
Она говорила с ним долго и тихо.
И очень нежно.
Было видно, что она боялась за него и не хотела, чтобы ему было больно.
Постепенно ребенок начал дышать. Каждый вдох стоил ему больших усилий, но мальчик боролся. Он крепко держал Васю за руку, смотрел в ее большие выразительные глаза и дрожал все меньше и меньше, стараясь не касаться ее когтями.
Сколько прошло времени, никто не знал. Постепенно Вася укрыла мальчика своим любимым покрывалом, затем сбегала на кухню и принесла стакан воды.
Ребенок начал засыпать. Он молчал все время, не отпускал руку дочери и боялся смыкать глаза, стоило ей захотеть куда-то выйти.
- Да уж… - тихо прошептала Оксана, наблюдая за всем из коридора. Она следила за происходящим в комнате, так же наблюдала за выходом из кухни, а то мало ли что… - Он ни слова не понимает. Мы не знаем ни откуда он прибыл, ни каким образом это сделал, ни кто он такой. Даже не знаем, опасен ли…
- Опасен, - рычала Маша, обрабатывая раны на руках Алисы, - ты всегда была безрассудной, но это… Я тебя не понимаю… Как же материнский инстинкт?
- Сработал во всей красе! – рявкнула Алиса, кивая в сторону спящего ребенка.
- А заодно эльфолюбие тоже сработало… - заметила Оксана, нервно почесывая пальцами перегородку носа, - Надо увести Васю. Ей тут не место. Там на кухне кто-то шевелится… Или мне уже кажется или…
Подруга прервала себя на полуслове, сморщила лоб, а затем внезапно побледнела.
В квартире резко стало холодно.
***
Капитан.
- Ты видишь тоже, что и я? – трое мужчин замерли возле небольшого экрана. Записи с камер достали быстро, в данном случае результат не заставил себя долго ждать. – Это же ребенок, верно?
- Верно… Капитан.
- И он порвал на части богомолиху…
- Угу…
- Жесть… - прошептал Геннадий Петрович, мусоля во рту сигару. Он так и не закурил, держался из последних сил, обещав жене бросить на этот раз насовсем.
Когда запись показала момент с отброшенной в сторону малышкой, все трое затаили дыхание, но стоило вступить в битву эльфу, все резко выдохнули.
- Интересно, Леголас на нашей стороне? – Семенов, тот самый, что допрашивал сына в разрушенном богомолами доме, что-то нервно помечал в планшете. – Хотя судя по когтям, это явно не эльфийское создание.
- Ты хоть понимаешь, о чем говоришь сейчас? – на экране отчетливо виднелся резкий бросок перочинного ножа, попавшего в цель с первого раза. – Меткая… Повезло ушастому.
- Капитан, я не понимаю то, что вижу, что уж говорить о том, что я говорю… Мы минут тридцать назад впервые увидели неведомых тварей. Я искренне верил в то, что кто-то решил прикольнуться и стырил кровь из костюмерной, а заодно костюм богомола-переростка… После увиденного я уже и не знаю во что верить и главное, к чему готовиться. Вот… Я нашел…
- Редная Алиса Ярославна, - удивленно прошептал Капитан, читая данные с планшета. Номерной знак пробили быстро. – Права получила два года назад. Регистрация… Ты чего? Обещал же жене не курить…
- Алиса Ярославна, говоришь? – поперхнулся Геннадий, невольно протянув руку к спичкам в кармане. Нервная система сдавала.
- Знаешь ее?
- Ее подруга со мной работает. Тоже врач… Как тесен этот огромный мир… Если правильно помню – стоматолог. Видел пару раз на лекциях – бойкая девка, ничего не боялась в отличие от одногруппников – там несколько пацанов в морге сознание потеряли. Но ей патологически не везло… И если верить рассказам Оксаны о том, как она мечтала выкрутить кое-кому бубенцы и вогнать их в то самое, наша дама в разводе. Не знал, что у нее дочка. Она же живая уехала, да?
- Не просто живая, а еще и исцеленная. Как и ее дочь… и этот мелкий пацан Руки-Ножницы. Поехали, навестим барышню с ее патологическим невезением… Она его что, в багажник закинула?
- Угу, - тихо заметил Семенов, пробурчав, что мир сошел с ума и спокойной жизни никому теперь не светит. – В машину… Тут близко. Повезло…
Ехали все трое молча, дорога на редкость оказалась пустой и тихой. Любой шорох со стороны леса или же непонятная тень вызывали приступ паники, смешанный с яростью.
Семенов ехал сзади, открыл планшет после звукового сигнала и громко выругался, внимательно рассматривая фотографии и видео в отчете.
- Что там?
- Вторая наша тройка добралась до поля.
- Там же густая лесополоса, - не понял Капитан, - какое поле узрели наши парни?
- Внезапно образовавшееся.
И, развернув планшет, военный показал то, что вызвало в нем священный ужас.
Посреди густого леса застыла черная воронка, в центре которой мерцало нечто огромное, похожее на прозрачную стену готического древнего замка. Оно вибрировало, обрывалось кусками, исчезало и появлялось вновь словно сломанная, некачественная иллюзия. Внутри мелькало множество теней, на видео отчетливо виднелись человеческие фигуры, пробегающие внутри странного, необъяснимого явления.
- Ну что, я так понимаю, пришел конец этому гребанному миру? – все же Петрович закурил. Причем затянулся так, как будто это его последний раз.
- Выясним, когда доберемся до остроухого пришельца, истекающего кровью где-то в багажнике.
- Не бойся, Капитан. Если он помрет, наша дама обязательно позвонит Оксане. Так что если Оксана сейчас на работе – все нормально.
- А если нет?
- Тогда беда.
Оксаны на работе не оказалось. Со слов медсестры, та внезапно почувствовала себя плохо и сбежала с работы столь быстро, будто за ней гналась стая зомби.
Сравнение с восставшими мертвецами никому не понравилось, все трое поежились, ощущая пробежавший по спине холодок и, не сговариваясь, приняли решение ускориться.
Алиса жила на восьмом этаже девятиэтажного дома, построенного с некой особенностью – девять этажей было лишь в одной части, весь остальной дом имел семь этажей, так что пройти на крышу и установить на окна камеры с прослушкой с внешней стороны особого труда не составило бы. Осталось понять, с чего начать и как поступить дальше.
- Свет горит в окнах, кровь на асфальте, - Капитан заметил старушек, что-то активно обсуждающих возле припаркованной машины скорой помощи. – Судя по счастью в глазах страждущих, свою дозу сплетен этот район получил на годы вперед. Опусти окно, Бородатый, послушаем, о чем там они шепчутся. Явно не о подагре с геморроем.
-… Да геморрой замучил, Семеновна!... – причитала старушка в летнем берете. – Сил нет уже! Все хожу по врачам, а они руками разводят! Пойти, чёль, зубы дернуть…
-… Прости, сударыня, но каким местом геморрой твой к зубам отношение имеет?...
- А вдруг поможет?
- Да они что, прикалываются? – возмутившись, Геннадий Петрович резко побледнел, прислушался и рукой подал знак посмотреть по сторонам.
А смотреть там было на что. Точнее не на что, а куда.
Мир внезапно замер. Звуки пропали и…
- Это что, снег?
Капитан нервно наблюдал за тем, как с чистого июльского небосвода падают огромные белые хлопья, как окна машины резко покрываются декабрьскими узорами, и пар от дыхания заполняет салон внедорожника.
Где-то взвыла собака.