Валентина Когут – Рангила. Кто-то рядом (страница 8)

– И чья идея была с диванами, – совсем не обидевшись на высказывание про его крышак, продолжил Бартон.

– Так, Гараева, чья еще? Я ему тут душу изливаю, а этот орел только и ответил «пусть диваны поставят» и все, – сокрушался Макс.

Дмитрий расхохотался. Он обожал своих парней. И нужно сказать, его ребята отвечали ему взаимностью. Поэтому никто не возражал против такого решения, понимая, что на то, скорее всего, была веская причина.

Профессор Зайцев как раз закончил вносить последние наблюдения за хомяком по имени Яшка, когда его срочно вызвали в кабинет главы Параотдела. Такое случалось крайне редко, что вызвало у профессора не малое удивление. Что за нелегкая еще случилась? Профессор был всей душой предан своим исследованиям, всецело отдаваясь своей работе, что накладывало определенный отпечаток на его манеру взаимодействия с окружающим миром и выстраиванием отношений между людьми. Собственно говоря, у него напрочь отсутствовали какие-либо навыки взаимоотношений с чем-то кроме его любимой науки. В данный момент он направлялся в кабинет начальства, прикидывая в уме, отреагирует ли Яшка, если его разместить в месте, в котором, по словам очевидцев, наблюдались необычные явления. Постучав в дверь, он робко вошел, дождавшись приглашения. Взору главе Параотдела предстал очень приятного вида седовласый пожилой мужчина пятидесяти лет с седой маленькой бородкой, щуплого и не высокого телосложения. Но носу, как и положено, у него были профессорские очки, а поверх одежды – белый халат. Профессор был двинутым на исследованиях, замкнутым в себе занудой, но обладал золотым сердцем и сострадательной натурой, хотя сентиментальностью не отличался и твердо верил, что Наука – мать любого прогресса.

– Присаживайтесь, пожалуйста, Борис Аркадьевич, – указывая на ближайший к нему стул, сказал глава отдела.

– Чем могу быть полезен? – учтиво спросил профессор.

– Борис Аркадьевич, всем и каждому в отделе известны ваши заслуги и достижения в области изучения и исследования паранормальных явлений. И поэтому, я хочу предложить вам заняться изучением одного весьма необычного явления, которое произошло сегодня утром. На мой взгляд, ваш колоссальный опыт и знания, позволят нам, если не разрешить эту проблему, то хотя бы выяснить степень угрозы и риска для окружающих, а вместе с тем, и возможные меры противодействия этой угрозе.

– Весьма любопытно, – заинтересовался Зайцев.

Однако уже после первых слов главы параотдела энтузиазм профессора начал уступать место совершенно другим эмоциям. Через минуту тело его покрылось мурашками, а биение сердца отдавалось по всему телу тяжелыми ударами. Услышанное привело его в ужас. Тот факт, что Объект обладает сверхъестественными способностями, и способен в считанные секунды уничтожить группу хорошо подготовленных бойцов спецназа ввергло профессора в состояние легкого оцепенения. После завершения рассказа в кабинете воцарилась тишина. Зайцев какое-то время молчал, пытаясь разложить все по полочкам у себя в голове. По мере осмысления услышанного выражение лица профессора начало меняться. Глава параотдела с точностью до секунды смог бы сказать, в какой момент врожденная страсть к изучению неизведанного взяла верх над страхом пострадать от этого самого неизвестного явления.

Присущие Зайцеву фанатичность и непреклонность идти во всех своих исследованиях до конца, не позволили ему отмахнуться от такой уникальной возможности – работать и вести наблюдение за ранее не встречавшимся явлением в непосредственной близости. Постепенно оценив весь масштаб этого исследования, в котором вольно или невольно будут задействованы военные, Зайцев пришел в восторг. Больше он не раздумывал. Он просто не мог позволить кому-то еще наблюдать за уникальным, единственным в своем роде событием.

– Я готов заняться этим вопросом, – едва сдерживаясь от переполнявших его эмоций, сказал профессор. – Не могли бы вы более подробно ввести меня в курс дела?

Выслушав детали, профессор произнес:

– Вы не будете возражать, если мы поместим там свое оборудование, и я возьму некоторых своих ассистентов?

– Я одобряю все, что вы сочтете нужным сделать, но вопрос в том, позволит ли нам Объект поместить наше оборудование и привести наших людей. Поэтому пока действуйте по ситуации.

Господи, какая удача! Совершенно другой уровень. Он будет работать с реальным Объектом, а не искать загадочные или сомнительные места и проверять степень их аномальности. Профессор буквально вприпрыжку выбежал из кабинета главы отдела и помчался к своему рабочему месту собирать все необходимое для работы. Судя по предварительным данным от начальника, фронт работ предстоял не малый.

Через два часа он был в Здании Правительства и его представляли некоему майору Дмитрию Бартону. Профессор не особо разбирался в званиях, но майор это вроде бы не самый последний человек среди офицерских чинов. В любом случае, ему это было не интересно. Гораздо больший интерес представлял сам майор Бартон. Перед ним стоял высокий мужчина ростом не ниже 185 сантиметров, на общий вид лет тридцати, но по глазам можно было дать все сорок. Темно-коричневые волосы и ярко-серые глаза хорошо оттеняли другу друга, создавая красивый контраст. Черты лица были правильными и красивыми. У него не была модельная внешность, но он был определенно и однозначно красив с четко очерченным контуром скул и подбородка. В нем не было ничего круглого или мягкого, он весь был, как будто, вылеплен скульптором, только мышцы были не рисованные, а реальные. И эта груда мышц почему-то была ему совсем не рада. Н-да, женскому полу определенно было чем заинтересоваться, рассеяно отметил профессор и переключился на вверенный ему Объект.

– Гм, гм, Дмитрий Александрович, весьма рад знакомству, ведите меня к Объекту, – сказал профессор, выдержав, по его мнению, достаточно необходимую паузу после представления друг другу.

Он был очень далек от правил хорошего тона и этикета, поэтому никогда не ходил вокруг да около.

– Док, вам вообще изложили суть дела? Сказали, что ваш Объект, к которому вы так спешите, как бы немножко пытается замочить людей? – спросил Бартон, ошалев от такого поворота событий.

А с виду такой себе старичок, подумал Дмитрий, типичный ученый червь с очень приятным мягким голосом, тише воды ниже травы. А на поверку сразу рвет с места в карьер.

– Разумеется я в курсе всех деталей. Ведите меня, пожалуйста, к Объекту, – на той же ноте прожужжал ученый.

Дмитрий грозно взирал на профессора, не веря, что ему прямо сейчас придется опять лезть в эту мясорубку. Он, конечно же, сам виноват, что принял такое решение, и он о нем нисколько не сожалел, но все же надеялся пойти туда немного позднее, когда ноющая боль во всем теле затихнет. А тут на тебе – нарисовался со своими очками и седой бородкой.

– Док, давайте сразу проясним ситуацию, раз уж нам придется вместе работать. Здесь я решаю, кто куда пойдет и кто, чем занимается. Если я говорю, что-то сделать значит нужно просто взять и сделать, не задавая вопросов. В данный момент вы будете делать следующее – сядете на вот тот распрекрасный стул и проведете первичное ознакомление с Объектом посредством вон того чудесного монитора. Задача ясна? – спросил Бартон, буквально нависнув над профессором всей своей массой.

– Гм, да, разумеется, но…

– Без «но». – Отрезал Бартон и с грохотом поставил стул перед большим экраном, на котором шло видеоизображение за Объектом.

Было ясно, что других вариантов не предложат и профессору вряд ли удастся переубедить чем-то недовольного майора. Хотя, с другой стороны, вариант майора тоже совсем не плох на первоначальном этапе и он, приободрившись, водрузился на так не любезно предложенный стул. Профессор с минуту, не мигая, смотрел на экран, а потом, вздрогнув, начал лихорадочно открывать чемодан, который он привез, и доставать ноутбук. Еще через минуту ноутбук был включен и профессор лихорадочно там что-то записывал.

– Боже правый! – пробормотал Бартон, закатывая глаза, воочию представив, что его ждет в ближайшем будущем.

Вдруг неожиданно профессор замер, резко поднял голову и уставился куда-то в пустоту. Через несколько секунд он повернулся и деловито произнес:

– Эээ, Дмитрий Александрович, я согласен выполнять все те требования, которые вы озвучили.

– Очень мило с вашей стороны, док. Но я осмелюсь обратить ваше внимание, что я не спрашивал, согласны вы или нет. Вы просто будете это делать и точка, – съязвил Бартон.

– И все же у меня есть условие. Оно такое же неоспоримое как у вас.

Дмитрий глубоко вздохнул, поняв, что очкарик не отвяжется.

– Я весь во внимании. – Всем своим видом давая понять, что ему абсолютно неинтересны условия профессора.

– Я делаю то, что говорите вы, но вы, в свою очередь, обязуетесь предоставлять мне любую информацию об Объекте, любые новые наблюдения или изменения, которые вы обнаружите.

Бартон так и знал, что дело этим закончится. Он уже смирился с тем, что рядом будут присутствовать ученые таракашки, но сам планировал, при этом держаться от них подальше. Именно таким он видел их сносное сосуществование. И вот на тебе!

– Я все еще жду вашего ответа, – уперся очкарик.

– Ладно, – выдавил Бартон, морщась от такой перспективы.