Только хором:
Не все ли
Тебе
Равно?
Утренние стихи…
Как хорошо писать стихи утром.. Солнце облизывает крыши и… Тишина.
Ещё не очень жарко и пальцы автоматом текст неторопливо набирают.
Можно, конечно, добавить, что птицы поют.. Но я их не слышу. Я снова, в тысячный раз осталась одна.
Ещё вчера были крылья и весь этот мир был за меня, а оказалось – ползаю, а не летаю.
И стихи мои не нужны никому, так и застыли они бесполезным хламом,
Сама себя утешаю – пиши для себя, тебе это больше, чем кому-либо, нужно,
Пиши для тех, кто читает, ведь, кому-то еще интересны они, и это главное,
Только вот, сердце глупое не понимает, стонет, мечется и рвётся, наивное, наружу.
Сердце, да успокойся ты, чего разошлось? Никто не поймёт и тем более – не оценит.
Стихи – это часть меня, из ста килограммов, практически, самая важная.
Есть миллионы людей, которые так же живут, дышат и в лучшее, несмотря ни на что верят.
А душа? Ну а что душа.. Душа, по большому счету, та же книга затёртая бумажная.
Я писала когда-то, что у боли цвет белоснежно-глазарежущий, вызывающий.
Ошибалась я, боль от цвета давно уже вообще абстрагировалась – бесцветная.
Да и не ходит она одна. Грусть, тоска, печаль и другие её сотоварищи.
А у меня стихи.. Я думала я поэт, а оказалось… Мышь, серая, блёклая неприметная.
И всё-же… Хорошо писать стихи утром.. Да еще в выходной. Не правда ли?
Завтрак уже приготовила, да лежи, отдыхай, никуда не нужно спешить, бежать немедленно.
Моё лето, такое жаркое, вновь приходило с острыми граблями.
А я, дурочка, встречала его со спичками, да в погоду ветреную.
«2:27 – самое время творить…»
2:27 – самое время творить,
Самое время прижать вдохновение к горлу.
Душу раскрыть: и лить, и лить, и лить.
Выжимать монолог из себя монотонно.
2:27 – самое время парить,
Медленно забывать о насущном сне,
Фильтром слов свои мысли цедить.
Перебирать мечты: о тебе, обо мне.
2:27 – самое время любить.
Прыгать, отчаяться, переделать себя.
Хватку свою отпустить и простить,
Тех, кто ошибки строгает любя.
Две большие разницы
Я сегодня с утра обещала о чувствах своих не писать,
А не получается, ну хочешь, пальцы переломаю.
Для меня это равносильно запретить дышать,
И вот снова лежу и пальцы дробь по клавишам выбивают.
И молчать не могу. Помню. Обещала не говорить.
Но ты же сильней, научи меня быть сдержанной.
Я прикипела к тебе и тонкая, но крепкая нить,
Меня держит рядом с тобой и к чёрту чувств моих взвешенность.
Засыпаю и имя твоё шепчу, спокойной ночи желаю,
Каждый новый рассвет я встречаю на губах с твоим именем.
И во сне я бегу, плыву, лечу, словно птица вольная, но шальная.
Но тебя рядом нет, а чёрт мой разум на эмоции выменял.
Не гони.. Потерпи. Придет время и всё само собой устаканится.
Знаю, со мной тяжело, но я же не жду ничего, и в ответ не требую.
Женщина любимая и женщина влюблённая – две огромные разницы.
Я не первая, увы, но дай бог, чтобы и не последняя.
Мне теперь каждый дерева лист и травинка любая в поле,
О тебе одном поёт, песней грустной в ночи заливается.
Не любимая я, но позволь мне остаться влюблённой.
Лишь бы рядом с тобой, а как.. Да вообще без разницы.
«А что бы было, если бы поэт заводил мир?..»
А что бы было, если бы поэт заводил мир?
Вставал пораньше, натягивая вдохновенья жилу.
И в цель,
Бросал,
Стихи-отрепья. 
