Валентина Гринкевич – Пророчество ведьм (страница 6)

– И что мне теперь делать?

– С приворотом? В чай милому нальешь и слова скажешь, я тебя научу.

– Да при чем тут приворот! Что МНЕ теперь делать? Вы всю мою картину мира наизнанку вывернули, вытряхнули и назад не заправили! Как теперь со всем этим дальше жить?

– Да я откуда знаю, девица? – засмеялась бабка. – Как хочешь, так и живи, как тебе совесть подсказывает.

Назад Нина с Марысей шли уже не так быстро. Баба Вера успокоила их, сказав, что дед Гаюн угомонился и девок своих приструнил, так что можно идти, ничего не боясь.

– А это, кстати, кто такой был? Типа Лешего? Лесовика?

– Ну да, но только у нас же тут Беловежская пуща начинается.

– Пушча-дрымушча? – улыбнулась Нина.

– Типа того. Так вот, хозяином ВСЕЙ пущи является Пущевик. Он заботится о своем лесе, следит за порядком в нем. Ему подчиняются и служат все звери и птицы. Но людей он не жалует. Хотя из лесовиков людей особо никто не привечает, от людей лесу никакой пользы – один вред только, но Пущевик особенно лют. Если Лешего или Гаюна еще можно как-то ублажить, то Пущевик тебе спуску не даст и просьб твоих не исполнит. Особливо если ты с топором пришел, считай, что живым не выберешься. Сам он высоченный, а тело все в коре, похож на самое высокое в пуще дерево. На глаза людям никогда не показывается, но если зашла ты в какое место дремучее, а там тебе кажется, что за тобой кто-то наблюдает, то все бросай и беги без оглядки. А наш дед Гаюн – это Пущевика младший брат, гаёвки – его внучки, вот уж где девки вредные. Гаюн-то дедуля не злобный. А уж если ты, идя в лес, с собой угощение прихватишь и желательно не только хлеба, но и пива или самогонки чарочку – Гаюн наверняка раздобреет и наведет тебя на особенно грибные или ягодные места, тропку под ногами проложит сухую и прямую. Но если кто в лесу ведет себя по-свински или кричит громко, зверей и птиц пугает, то может и с дороги сбить. Будет несчастный три дня в трех соснах плутать, не сможет из леса выбраться. Или заведет в болото да там утопят в трясине бедолагу вдвоем с Багником.

– Про Багника я от бабушки слышала, только думала, что это сказки.

– Да уж, сказки. Не дай бог к этим сказочникам в гости попасть…

– А почему гаевый дед называл меня ведьмочкой?

– Лесовики, да и не только они, очень к такому чувствительные. Они людей насквозь видят. Мы с тобой только в лес зашли, а старому деду его девки-гаёвки уже все доложили: кто идет, куда и зачем. А ты, дурья башка, еще и бумажку из кармана в траву выбросила, вот они и разозлились. И давай нас с дороги сбивать, тропинки путать. Но я-то баба ушлая, не один год уже по этому лесу хожу и всех тут знаю. А тебя, если бы одна пошла, могли бы и до беды довести.

– А Вазила этот ваш кто? Тоже из этих? Неужели и правда тот самый покровитель лошадей из детских сказок?

– Тот или не тот, это уж я не знаю. Но лошадей он действительно любит, а кроме того и машины всякие. Если поломка какая в транспорте – все к нему. Вот только с нашим миром он вообще почти не связан. Людей простых не видит, те его тоже.

– Так поэтому он говорил, что в деревне никто не живет? Пара домов да поп-пьяница?

– Да, он так деревню видит. Только тех, у кого дар есть, остальных для него и не существует.

Так за разговорами не заметили, как в деревню вернулись. Вечерело.

– Я схожу посмотрю, не открылся ли сельсовет, – сказала Нина.

– Хорошо, а я пока ужин приготовлю.

– Может, вам с ужином помочь?

– Не надо, Воструха поможет.

– Воструха? Это кто?

– Да не важно, – отмахнулась Марыся, – потом расскажу.

Она открыла калитку и скрылась за забором.

Девушка немного постояла на улице и, оглядываясь по сторонам, попыталась сориентироваться, куда ей идти. Потом вспомнила о своем телефоне, оставленном в доме на зарядке, и решила прихватить его с собой, заодно проверить входящие сообщения. Двери дома были открыты, Марыси нигде не видно. Нина заглянула на кухню, увидела в полу открытый люк погреба, решила, что женщина там, и не стала ее окликать. На пару секунд остановилась возле двери, из-за которой днем доносилось пение. Прислушалась – тихо.

Нина зашла к себе, сунула в карман куртки телефон, кинула взгляд в большое зеркало: белые кроссовки, узкие черные брюки, джинсовая куртка , подбитая изнутри белым искусственным мехом. Пригладила рукой растрепавшиеся волосы, посмотрела в свои голубые глаза. «Сегодня ты узнала, что ты ведьма. И как тебе теперь? Что-нибудь изменилось? Появилась ли в глазах неестественная глубина? Может, клыки? Нет? Всё как обычно, всё как всегда. Но ведь должны быть у меня какие-то способности? Те, что отличают меня от обычных людей. Надо попробовать воспламенить что-нибудь взглядом. Ну, или хотя бы передвинуть. Так, что тут у нас… Журнал кроссвордов».

Девушка пристально вгляделась в тонкую бумагу, представляя, как начинают чернеть и сворачиваться края, как потихоньку дымит чернота, появляется оранжевый огонек. Изо всех сил напрягала зрение и волю. Но журнал лежал на своем месте как ни в чем не бывало и на усилия никак не реагировал. Нина разочарованно выдохнула. Ну что ж, Москва тоже не сразу строилась.

Глава 9

Проходя мимо церкви, Нина еще раз обратила внимание на деревянную колокольню. Видеть такие ей раньше не приходилось. Интересно, как называются такие постройки? Нина достала телефон. Так… униатская церковь в деревне построена в 1782 году… Ого, какая старая, хотя так и выглядит… С того времени, видимо, только перекрашивали, а капремонт не проводили. Рядом с церковью четвериковая каркасная колокольня под шатровой крышей… Надо же. Звучит солидно.

Нина подняла взгляд от телефона, чтобы рассмотреть колокольню повнимательнее, и опять увидела этого огромного котищу на ограде. Его шерсть так и переливалась под закатным солнцем. Девушка подняла телефон и сделала несколько снимков – все-таки кот выглядел очень необычно. Да и сама церковь. Девушка принялась фотографировать постройку, потом колокольню и себя на фоне деревни. Когда через минуту-другую она опять посмотрела на ограду, кота уже не было.

Сходила к сельсовету, подергала за ручки все двери, заглянула в окна, убедилась, что с утра здесь ничего не изменилось и в здании все так же никого нет. Нина присела на скамейку и вытянула уставшие ноги. Размышляла над событиями сегодняшнего дня и странным видением в доме бабы Веры.

Погрузившись в свои мысли, она не заметила, как к ней подошел парень, и вздрогнула, услышав обращенный к ней вопрос:

– Здравствуйте, вы не подскажете, где здесь можно найти магазин?

Нина подняла глаза. Симпатичный, черные волосы, растрепанная челка. Большие карие смеющиеся глаза. Нина оглянулась по сторонам в поисках машины. Ее не было. А на чем же он приехал? Явно же не местный.

– А-а-а, э-э-э… магазин? Так вот же он.

Она махнула рукой в нужном направлении. Продуктовый располагался прямо за спиной молодого парня. «Про библиотеку бы еще спросил, хотя тут ведь и библиотека есть, – Нина мысленно усмехнулась. – Так себе подкат, если честно, а парень вроде бы ничего…»

– Этот я видел, в нем выбор бедноват, а цветов так и вообще нет.

– В таких деревнях, – она чуть было не сказала «у нас», – цветы продаются только пластмассовые и в основном возле кладбища.

Он засмеялся.

– Как вас зовут? – спросил парень. – Здесь живете?

– Нет, я в командировку приехала. Меня зовут Нина. А вас?

– А меня Варган. Я тут проездом, направляюсь в Беловежскую пущу. Остановился в поисках еды. Может, пообедаем вместе? – он продолжал широко улыбаться, глядя ей в глаза.

– Нет, спасибо, я уже обедала.

– Очень жаль, приятно было познакомиться. Может быть, еще увидимся.

– Может быть. Всего хорошего, – Нина тоже улыбнулась ему и, чтобы закончить разговор, сделала вид, что ей срочно понадобилось позвонить. Она достала телефон и начала беспорядочно клацать пальчиком по иконкам приложений, краем глаза наблюдая за удаляющейся спиной.

Раз уж достала телефон, Нина решила посмотреть на фотографии себя и церкви, которые только что сделала. Девушка полистала снимки в галерее туда и обратно. Несколько раз. Хм-м… А где кот? Вот церковь, вот колокольня, вот ограда – а кота нет! «Всё страньше и страньше! Всё чудесатее и чудесатее!» – мысленно процитировала Нина Алису в Стране чудес и улыбнулась. Настроение было отличным, несмотря на то, что ничего из намеченного на сегодня по работе выполнить не удалось.

Когда Нина вернулась в Марысин дом, время подходило к ужину. Вечер был теплым, безветренным. Облака совсем исчезли, небо раскинулось над деревней ясным шатром. Закатное солнце окрасило его в оранжевый цвет, позолотило крыши домов и верхушки деревьев. Скрипнула под пальцами калитка, зашуршал под ногами гравий, с крыльца кто-то вскочил и метнулся в дом. Нина оторопела. Что это? На собаку не похоже. Или показалось? Что-то ей сегодня слишком многое кажется.

Марыся, хлопотавшая на кухне, обернулась на вошедшую:

– Ну что, есть новости?

– Новостей нет, все закрыто, вокруг сельсовета никого не видно. Придется оставаться ночевать и идти туда завтра утром.

– Оставайся, конечно, так же и договаривались. Иди руки мой, за стол садись, сейчас поужинаем, и отдыхай. А поздно вечером пойдешь со мной четверговую соль делать. Мне там как раз помощница не помешает. Тяжело уже одной дрова в лес тягать.