Валентина Гасс – Город греха (страница 4)
– Мне очень нужен ваш совет, – проговорила де Беккер, когда они сели за столик. При этом девушка подозрительно осмотрелась по сторонам. – Я рассчитываю на ваше мнение рассудительного мужчины! – добавила она.
Эрих мысленно хмыкнул на «рассудительного», но спорить, естественно, не стал, а просто кивнул, соглашаясь выслушать «суть дела».
– Понимаете, – начала Эмма, слегка подаваясь над столиком к Эриху, – я оказалась втянута в не совсем понятную игру, которая в последнее время очень меня беспокоит…
– Игру? – переспросил Эрих слегка недоумённо.
– Миссию, игру, не знаю… – Эмма закусила губу. – Я стала подозревать, что меня, возможно, используют как…
– Что ты сказал?! – вдруг пронзительно выкрикнули где-то рядом за спиной у Эриха.
Эмма вздрогнула от крика и замолчала.
– А-а-а! – хрипло продолжили неподалёку, и послышалось отчётливое пыхтение и шум.
Эрих успел обернуться, когда почти ему под ноги грохнулись два дюжих молодца, схватившихся в рукопашной. Раздался женский визг, на близлежащих столиках все повскакивали с мест. Эрих подскочил тоже – сработала привычка. Гвалт рядом с ним продолжался. Один детина молотил кулаком в район головы поваленного им навзничь соперника; нижний пытался закрываться руками.
– Он его убьёт! – пронзительно заверещала какая-то дамочка, перекрывая своим возгласом шум потасовки.
Вокруг дерущихся случилось столпотворение, а из глубины зала через толпу уже протискивалась пара вышибал. Эрих тоже не растерялся и, как находящийся наиболее близко к месту схватки, ловко перехватил одну из рук нападавшего, вывернул её наружу и, используя отработанный борцовский приём, скинул верхнего хулигана вбок. От неожиданности тот бездумно и удивлённо уставился на Эриха, уже не предпринимая новых попыток дебоширить: его вид недвусмысленно давал понять, что он в стельку пьян.
– Кровь, кровь, – пробормотали рядом.
Краузе мельком глянул на того, что защищался: детина слабо шевелился, лёжа на спине, и хаотично махал руками, хотя его никто больше не колошматил. Лицо поверженного было в крови, что и вызвало такую истерическую реакцию у некоторых впечатлительных окружающих. Эрих склонился над раненым, чтобы оценить повреждения. Впрочем, поверхностный осмотр не выявил ничего ужасного: у бедолаги всего лишь обильно кровоточило из ноздрей, возможно, ему сломали носовой хрящ. В этот момент вышибалы наконец-то пробились к месту действия, однако разнимать оказалось уже некого. Оба бузотёра валялись рядышком на досках грязного пола и невнятно стонали.
Эрих разогнулся и поднялся, потом кивнул одному из вышибал и обвёл взглядом людей, находившихся рядом, в поисках Эммы.
Но девушки нигде не было видно. В некотором замешательстве Краузе принялся метаться туда-сюда, надеясь отыскать свою спутницу, но тщетно. Взбудораженный дракой народ потихоньку расходился по местам, но Эммы среди них не было!
– Что за чёрт! – вслух сказал Эрих, продолжая бесполезно крутить головой. – Эй! – Он ухватил проходящего мимо официанта. – Дама, с которой я пришёл? Сидела здесь. – Краузе указал на ближайшее место. – Вы её видели?
– Простите, сэр. – Официант сделал деликатное движение, чтобы освободиться.
– Ну как же?! – не отставал от него Эрих. – Мы сидели вместе, вы должны были видеть!
– Вы о той темноволосой девушке в шляпке с бантом? – вдруг спросил рядом стоящий мужчина, по виду клерк или банковский служащий.
– Да-да. – Эрих отпустил официанта и обернулся к говорящему.
– Могу ошибаться, но, кажется, в разгар… э-э-э… неприятностей она ушла в сторону выхода с некоей высокой дамой в капюшоне.
– Что? Вы уверены? – Голос Эриха просел от волнения.
– Не то чтобы на сто процентов, сэр, но… – Мужчина пожал плечами.
Эрих бросился к выходу, даже не поблагодарив, но снаружи «Голубой утки» уже никого не было. Лишь кебмен того самого экипажа, что они оставили неподалёку от входа, увидев мечущегося Краузе, спустился со своего места и направился ему навстречу.
– Ты видел, с кем… – начал Эрих, подскочив к извозчику, но тот его перебил:
– Та дама, сэр… Просила передать вам, что всё разрешилось и ваша помощь больше не требуется. Она очень извинялась, что ей приходится так спешно вас покинуть. И обещала связаться с вами позже.
– Что за чушь? – Эрих взял кучера за грудки и хорошенько встряхнул. – Немедленно отвечай, с кем она уехала?
– Не могу знать, сэр, – пробормотал кебмен, даже не предпринимая попыток высвободиться. – Она уехала в другом экипаже. И велела перед вами извиниться за неё. Могу сказать, сэр, что её никто не принуждал, у меня в этом смысле глаз намётан. Просто торопилась куда-то очень сильно эта барышня, вот и всё…
Глава 4
Турбулентность
Попутчик Эле попался в этот раз чрезмерно разговорчивый. Впрочем, она приняла данный факт со стоицизмом, уверяя себя, что виновата сама. Она обратила внимание на этого щуплого мужичка ещё в очереди на регистрацию. Обратила, потому что тот периодически тёр ладонью о ладонь, будто «мыл руки» под несуществующим напором воды.
«Расстройство у него какое-то, что ли?..» – тогда подумала она, заворожённо наблюдая за манипуляциями гражданина. Мужичок выглядел, прямо скажем, так себе. Маленький, худенький, с короткой бородкой, которая должна была, видимо, акцентировать нынешнюю модность, но демонстрировала скорее безвкусие обладателя. Жидкие русые волосы потенциального пассажира казались жирными и неприятно блестели.
Когда же мужичок, смущённо улыбаясь, протиснулся мимо коленок Эли и уселся на соседнее кресло в салоне самолёта, девушка смирилась с неизбежностью: если бы она посмотрела в очереди на мамашу с капризным младенцем, можете не сомневаться, те обязательно бы устроились рядом с ней, а ребёнок, не переставая, вопил бы весь перелёт.
Эля, не дожидаясь объявления стюардессы, сразу же пристегнула ремень и стала с тревогой прислушиваться к басовитому гулу двигателей: самолёт, впрочем, ещё не двинулся с места.
Сосед рядом ёрзал и шебуршился. Эля не смотрела в его сторону принципиально.
Когда самолёт очень плавно двинулся по рулёжной дорожке, Элис поняла, что кресло, расположенное у иллюминатора в их ряду, так и останется свободным.
«Мог бы и отсесть от меня! – раздражённо подумала она про мужичка; тот занимал центральное кресло, а сама Эля сидела у прохода.
Но мужчина с бородкой явно не собирался отсаживаться. Напротив, он повернулся к соседке и какое-то время изучающе на неё пялился: Эля прямо ощущала его взгляд кожей. Впечатление было не из приятных.
– А вас как зовут? – сказал, наконец, мужчина. – Меня зовут Богов. Ну, это фамилия такая. Все спрашивают, это что, типа от Бога, значит, а я им отвечаю: да нет, ошибка просто. У моего деда, когда данные в паспорт заполняли, не расслышали, что он Вогов, и записали Богов. А он только потом заметил, но уже переделывать не стал. Занимательная история, правда?
Эля коротко глянула на соседа, ничего не ответила и снова отвернулась. Лайнер застыл на исполнительном, гул турбин усилился, стал выше по тону, салон едва заметно завибрировал. Элис вцепилась в ручки кресла так сильно, что побелели костяшки пальцев.
– Самые опасные в полёте, – сказал мужичок, – это взлёт и посадка. Потому что после набора высоты включается автопилот и пассажирам уже ничего не грозит. А вот взлетать и садиться приходится в ручном режиме. Отсюда – человеческий фактор. – Богов потёр ладони одну о другую.
Эля же боролась с искушением взять в руки какой-нибудь тяжёлый предмет и со всей силы зазвезденить соседу по макушке, чтобы он на хрен заткнулся. Останавливало её только то, что самолёт начал стремительный разбег, и она боялась, что, стоит ей убрать руку с подлокотника, кресло тут же развалится.
Земля в иллюминаторе резко ушла вниз, а желудок девушки, напротив, подскочил к самому горлу.
– Оторвались, – деловитым тоном прокомментировал Богов.
У Эли на висках выступили капельки пота, но постепенно её немного отпустило: желудок вернулся на своё привычное место; лайнер теперь более плавно набирал высоту, и перебоев в работе двигателей вроде бы как не намечалось.
– Так я не расслышал, – снова обратился к попутчице сосед. – Как вас зовут?
– Элис, – сказала Эля мужским басом. От пережитых треволнений у неё перехватило горло.
– Понятно, – немного настороженно проговорил мужичок, скользнув взглядом по сильно выпирающей из блузки груди девушки. – А моя фамилия Богов, – напомнил он. – Еремей Мартемьянович. А вы знаете, зачем на самом деле выпадают маски в аварийной ситуации? Вы думаете, чтобы пассажиры могли дышать кислородом? Ха-ха! Как бы не так!
Эля повела взглядом по сторонам, надеясь-таки отыскать какой-нибудь массивный предмет.
– На самом деле, – продолжил Богов как ни в чём не бывало, – это новшество ввели по согласованию с психологами. При любых нештатных ситуациях в салоне немедленно начинается паника, люди кричат, и наступает цепная реакция. Для этого и маски. Когда пассажир натягивает кислородную маску, он, как вы понимаете, кричать уже не в состоянии. Сидит себе спокойно и ждёт неминуемого конца!
Эля сжала кулаки, а потом прикрыла глаза.
«Накаркает же, – с холодным отчаянием подумала она, – падла бородатая!»
В какой-то степени Эля в своих предсказаниях оказалась права. Когда это произошло, полёт уже подходил к концу; судя по всему, лайнер начал снижение.