Валентина Елисеева – Спецкурс магической ботаники (страница 6)

Он не появлялся целый год, но его пригляд она ощущала постоянно.

Когда нагрубивший ей парень с факультета боевых магов вдруг подошёл с извинениями.

Когда комендантша, визгливо требовавшая очистить комнату от «избытка вреднопакостной флоры», вдруг начала притворно улыбаться при встречах. И делать вид, что забыла, как Кока стянул из её кармана шоколадные конфеты и мигом их съел, пока она проверяла порядок в комнате.

Когда к началу лета она оказалась единственной первокурсницей потока, которой никто, ни один из магов всех пяти курсов, ни разу не сделал неприличного предложения. Хоть заинтересованные откровенные взгляды парней она ловила на себе постоянно.

Какая же напасть привела его той осенью к её порогу? Откроют ей когда-либо эту тайну?

— Знаешь, ты не так-то сильно ошиблась в предположениях, — ехидно ответил ей маг. — Шпионы и агенты от соседей — наша постоянная головная боль.

— Отчего-то уверена, спецслужбы соседей говорят о вас то же самое.

Из лекций по магическому правоведению Кэсси знала, что дети всех стран империи при поступлении в школу не красивого словца ради приносят клятву верности королевской семье своей страны. Эта клятва падала магической печатью на их новенький официальный документ о гражданстве и не дозволяла плести смертельные заговоры против правителей. Всех тонкостей магии власти и её применения в юриспруденции будущим растениеводам не объясняли, но общий смысл состоял в том, что из гражданина страны невозможно было сотворить двойного агента, готового спланировать убийство своего короля. Зато иностранные шпионы могли умышлять всё, что угодно, доставляя забот службе имперской безопасности.

Она выучится и внесёт свою лепту в то, чтобы чужие шпионы не шастали по их земле! Пусть в ней нет ни капли магии — образование она всё равно получит. Заносчивые маги не горели желанием самостоятельно ухаживать за магическими растениями и животными, а она всегда мечтала прикоснуться к волшебному. Кроме того, труд дипломированных специалистов по магической флоре щедро оплачивался.

Нет, она не была меркантильной особой, она была здравомыслящей девушкой. И признавала суровую правду жизни, что даже самая бескорыстная девушка должна зарабатывать себе на кусок хлеба. Желательно — с маслом.

Глава 3. Заботы нэссы Валенса

Пять лет спустя. Нынешнее время.

Хозяин поместья был зол, как иглокрыл, проигравший брачный бой за самку. Непрерывный угрожающий рокот, раскатывающийся по окрестностям, явно действовал ему на нервы: при особо громком рыке высокий лорд досадливо сморщился и схватился за голову.

— Вы слышите, нэсса? Вы это слышите?! — простонал он. Только после выразительного взгляда аристократ спохватился, что вызванный им специалист так и сидит в карете перед воротами, и изволил подать руку, помогая сойти по ступенькам.

— Пока слышу, но скоро перестану, так что рассказывайте суть дела, — спокойно ответила Кэсси, доставая из рабочего рюкзака мягкие, плюшевые беруши. Защищающее слух приспособление из нескольких слоёв ткани и само по себе неплохо справлялось со своей функцией, но наложенное на него звукозаглушающее магическое заклинание позволяло полностью отключаться от воплей пациентов.

— Участок у дома охраняет кладбищенский страж, — скрежетнул зубами лорд. — Куст сразу за воротами, у подъездной аллеи.

«Кладбищенским стражем» далёкие от ботаники люди именовали растение «дер ена оскцит атус могильная». Этот редкий вид крайне опасного магического кустарника в дикой природе обычно рос на погостах, а людьми использовался в качестве охранного средства.

— Кладбищенский страж активен ночью, а не днём: солнечный свет парализует процессы жизнедеятельности этого растения, — задумчиво прищурилась Кэсси, — если только...

Она сделала многозначительную паузу, и лорд отвёл глаза. Молчание затягивалось, и Кэсси насмешливо напомнила:

— Я ведь всё равно всё увижу, лорд... э-эээ... Норлок.

Она горячо понадеялась, что не исковеркала имя высокородного. Аристократ мог доставить кучу проблем, если бы вдруг усмотрёл в её поведении недостаток почтительности, а с почтительностью (и с запоминанием имён одноразовых клиентов скорой магической помощи) у неё всегда были сложности, чего греха таить.

— Куст выпустил молодые побеги, — уныло признался лорд, подтверждая возникшие подозрения.

— То есть имеет место незаконное разведение опасных магических растений, — констатировала Кэсси.

— Да не хотел я ничего разводить! — возмутился лорд. — Кустами садовник занимается, а не я, и этот недоумок не обрезал вовремя... ну-ууу, то, что положено там обрезать, чтобы не было новых побегов. Я вначале подумал, проблема яйца выеденного не стоит, отправил слуг всю лишнюю дрянь выкорчевать, но...

— Пострадавшие есть? — нахмурилась Кэсси, еле сдерживаясь, чтобы не отчитать аристократа за слабоумие и необразованность: надо ж додуматься — отправить необученных людей справляться с магическим растением! Это ж не сорняк на огороде!

— Нет. Когда куст стал атаковать, трусливые холопы вмиг разбежались, — процедил лорд сквозь зубы.

— А храбрые дворяне? — не удержалась Кэсси, но её иронию не распознали и недоуменно пожали плечами:

— В смысле?

— В смысле, опасно приближаться к стражу, защищающему своё потомство. Так же опасно, как пытаться отнять тигрёнка у матери.

— Господи, это всего лишь растение! — завопил аристократ, воздевая к небу белые холёные ручки. — Вырвите наросшие побеги и дело с концом! Я заплач у.

— С оплатой за работу всё понятно, но куда я дену саженцы дерены могильной? Это растение относится к числу состоящих на строжайшем учёте не только по причине своей исключительной опасности, но и из-за редкости вида. Я обязана взять с вас объяснительную, доложить о происшествии в соответствующее отделение контроля при службе имперской безопасности и сдать извлечённые из земли побеги в королевский питомник.

— Лучше бы я сжёг чёртов куст и сказал, что в него попала молния, — прошипел хозяин поместья.

— Успокойтесь и вспомните, сколько стоит это уникальное растение. Во что вам обходится его содержание? В цену мешка удобрений на год? А сколько бы вам приходилось платить охране с собаками и сколько отвешивать золотых за магическую сигнализацию?

К особенностям кладбищенского стража относилась способность запоминать запахи и ощущать их на расстоянии в несколько километров. Таким образом один-единственный куст заменял собой целую свору собак: растение отлично помнило запахи всех обитателей поместья и никак не реагировало на их перемещения вблизи него, а вот при ночном появлении чужака начинало угрожающе вопить и тянуться к нему ветвями, усыпанными ядовитыми колючками. Никто не мог незаметно просочиться ночью за ограду возле дома, если тот охранялся кладбищенским стражем.

Все эти соображения явно пронеслись и в голове хозяина дома. Он обречённо махнул рукой и повёл Кэсси за ворота — к агрессивному кусту, готовому не спать месяцами ради защиты своих «деток», пока те сами не вырастут достаточно сильными, чтобы дать отпор любому врагу.

При появлении людей рык стража поднялся до визгливых нот, вызвавших горестный стон у владельца поместья. Ветки, усеянные круглыми глянцевыми листочками и шипами между ними, заботливо прикрыли три светло-зелёных прутика, покрытых ещё не шипами, а мягкими неядовитыми пушинками. Весь куст накренился в сторону Кэсси и угрожающе заколыхался.

— Не буду вам мешать, — выпалил лорд и поспешно направился к дому.

— Уши прикройте, — посоветовала ему в спину Кэсси, вставляя свои беруши, натягивая до самых плеч кожаные перчатки и вынимая из рюкзака нужные инструменты.

Она (к счастью!) не могла слышать вопли куста, но ей казалось, она могла видеть эти дикие крики. Обычно ей удавалось воздействовать на полуразумные растения с помощью приветливых увещеваний: чувствуя её доброжелательный настрой, пациенты спокойнее переносили необходимые медицинские вмешательства. Однако куст-папа, которого намеревались лишить сыночков, не был готов прислушаться чьим-то заискиваниям. Кругляши листьев смотрели на Кэсси, как множество злобных глазок, и она смотрела в ответ, думая:

«Ты же знаешь — сила на моей стороне, сдавайся сразу и никто не пострадает!»

Куст рассерженно заскрипел и попытался вонзить в неё ядовитые шипы, но Кэсси не за милое личико получила звание нэссы. В её случае к диплому прилагались и знания и умения. Ветки бессильно скользнули по защитным перчаткам, а жидкость из распылителя ударила в основание стволов куста. С чмокающим звуком впитавшись в кору, зелье проникло в проводящие ткани растения и быстро разнеслось по всем ветвям. Куст задрожал и застыл неподвижно, временно парализованный. Взяв лопату, Кэсси осторожно выкопала три побега и пересадила их в горшки с землёй. Зачистила на корнях куста все вегетативные почки, которые могли бы дать новых ''деток'', и обработала срезы заживляющим составом. Кликнула слуг, державшихся поодаль, и велела им отнести горшки в карету.

— Вот рецепт на зелье, которое нужно купить в магической лавке, — протянула она листок лорду Норлоку. — Дозировка: стакан на ведро, поливать стража раз в день, лучше вечером. Снадобье поможет быстрее притупиться проснувшимся у него родительским инстинктам, и к растению вернётся доброжелательность по отношению к знакомым людям. А теперь пишите объяснительную, мне надо приложить её к сдаваемому в питомник материалу.