Валентина Елисеева – Дело жены оборотня (страница 6)

Глава 3, о продолжающемся невезении и верных жёнах

Окружной суд, в котором должно было рассматриваться дело Энсли, насчитывал пять судей, из которых только двое принимали на рассмотрение дела, как-либо связанные с Иными. Разумеется, они, как и Вэл, чаще всего работали с людьми, которых в любом городе Америки было гораздо больше, чем представителей ИГР. В Атланте на три с небольшим сотни Иных приходилось полмиллиона человеческого населения, а в Большой Атланте* – две тысячи Иных на семь миллионов «людей обыкновенных». Помощник окружного прокурора Дерек Ривз по причине молодости лет относился к Вэл значительно лучше своего непосредственного начальства, даже пытался за ней ухаживать, регулярно получая от ворот поворот, но не отчаиваясь.

– Вопрос об утверждении сделки о признании вины будет рассматриваться послезавтра, – сообщил Ривз.

– Уже?! Сразу после выходных? – ахнула Вэл.

– Как только старик-прокурор услышал, кого назначили адвокатом по делу, он потребовал максимально ускорить все необходимые следственные процедуры. Судя по всему, он не ошибся в своих дурных предчувствиях?

– Кому из судей досталось дело?

– Угадай, – ухмыльнулся Ривз и подтвердил худшие предположения: – Брэду Кэмпбеллу.

День Вэл с самого утра катился в преисподнюю и теперь достиг места назначения. Чёрт, меньше всего ей хотелось обращаться с просьбами к судье Кэмпбеллу! Помощник прокурора сочувственно похлопал её по плечу – как и многие другие, он успел заметить, что между адвокатом Мэнс и судьёй пробежала чёрная кошка. Резко развернувшись на каблуках, Вэл отправилась в угловой кабинет на верхнем этаже суда: интересы клиента – прежде всего.

.

Сидевший за столом русоволосый широкоплечий мужчина поднялся при её появлении и сдержанно поздоровался с ней. Красивое породистое лицо холёного аристократа не отражало никаких эмоций – судья считал, что благородное происхождение обязывает всегда и всюду вести себя соответственно своему высокому социальному статусу. Это соответствие выражалось и в дипломе об отличном окончании Гарвардского и Йельского университетов, и в степени доктора философии права, и в великолепном костюме, сшитом на заказ. В таких же костюмчиках с отглаженными галстуками Брэд Кэмпбелл расхаживал всю жизнь с того момента, как научился ходить. Сверхсильный гибрид из старинного рода, в крови которого причудливо смешались и усилились способности двух разновидностей Иных, с рождения не забывал ни о собственных чудовищных возможностях, ни о величии своей семьи.

Вэл родилась в маленьком провинциальном городке Луизианы и никогда не входила в списки самых сильных монстров страны. В детстве она босоногой девчонкой бегала по берегам Миссисипи, лазала по деревьям и скалистым речным обрывам, что плохо сказывалось на виде её нарядов, и никогда не стремилась стать лучшей ученицей школы. Повзрослев, она стала больше внимания уделять своему образованию и внешнему виду, но делала это не от души и не из стремления походить на великосветскую даму, а чтобы осуществить детскую мечту стать адвокатом. Клиенты отчего-то серьёзнее относились к правозащитникам, если те были одеты в строгое платье и принимали их в солидном офисе, а не являлись в драных джинсах на встречу с ними в дешёвое кафе. Признав, что встречи с клиентами – не чета встречам с подругами, Вэл обзавелась приличным гардеробом как только получила на руки университетский диплом. Что же касается Брэда Кэмпбелла, он вряд ли когда-либо заглядывал в дешёвые кафе и уж точно никогда не носил рваные джинсы, даже в годы юности. Словом, вряд ли могли найтись на свете более разные люди, чем они с судьёй Кэмпбеллом.

Старательно не отводя взгляда от серых мужских глаз оттенка закалённой стали, Вэл кратко обосновала свои соображения, закончив так:

– Обратите внимание на чёткость формулировок Энсли в признании вины. Человек, тяжело переживающий измену и смерть жены, никак не мог столь последовательно и логично изложить суть дела. Неровный почерк явно показывает, что у него тряслись руки, когда он писал своё покаяние, и совершенно очевидно, что оно было просто надиктовано ему полицейскими. Почему в деле нет видеозаписи его признаний? Да потому что он просто кивал в ответ на любые обращаемые к нему вопросы! Вы же понимаете, что мне было бы трудно ошибиться в оценке состояния подозреваемого, а я утверждаю, что Энсли сейчас невменяем. Пусть то же самое подтвердит психиатр – я требую вызвать к моему подзащитному специалиста соответствующего профиля. – Вэл помолчала и настойчиво повторили: – Вы отправите соответствующее распоряжение прямо сейчас?

– Нет, – отказался судья, но не дал ей решительно запротестовать, продолжив: – Будет несколько странно, если я отправлю повторное распоряжение, аналогичное указанию, данному полчаса назад. Я согласен с тем, что нападение оборотня на супругу – случай, слишком необычный при любых обстоятельствах. Тем не менее, если Энсли будет настаивать на верности своего самообвинения, а следствие не найдёт поводов усомниться в нём, он будет осуждён за непредумышленное убийство.

– Следует ли это понимать так, что вы, судья, уже заранее не сомневаетесь в своём решении?

– Я не сомневаюсь, что не стану мешать защите выставлять любые доказательства в пользу обвиняемого, какие она сочтёт нужным, – ледяным тоном отрезал Кэмпбелл. – Вы хотели узнать что-то ещё?

О да, ей бы очень хотелось получить на руки список всех высших демонов Америки, желательно – с адресами их проживания. Запросить такую информацию можно было либо у мастера Иных Атланты, либо через тайные фонды архива судов, хранивших сведения обо всех представителях ИГР. В данный момент Вэл склонялась к мысли наведаться к мастеру. Судья усмехнулся, прочитав по лицу все её мысли, и протянул ей скреплённые между собой листы. В них содержались сведения о высших демонах с пометкой об их разновидности и с указанием места проживания – где-то с полным адресом, где-то лишь округ, закреплённый за определённым мастером: Иные тоже имели право на охрану их личных данных.

– Спасибо! – выпалила Вэл, прижимая к груди драгоценные листочки.

– Пожалуйста, – флегматично ответил Кэмпбелл. Когда она уже дошла до двери, он спросил: – Не составите мне компанию на ланче?

Вэл замерла, как кролик перед удавом. К чему это приглашение? Неужели блистательному юристу не с кем скоротать время на перекус? Колонки светской хроники в газетах Атланты утверждали нечто прямо противоположное. О нет, судья не был замешан ни в каких скандалах! Однако на всех официальных городских мероприятиях он появлялся с элегантными дамами высшего общества, а сплетни то и дело доносили слухи о его намерении обрести статус не только чрезвычайно важного, но и женатого человека. У Вэл в ближайших планах на личную жизнь царила зияющая пустота, и она совершенно не намеревалась заполнять её. Ей и одной попытки хватило на всю жизнь. Чисто гипотетически, она предполагала, что встретит когда-нибудь достойного мужчину, которому сможет поверить настолько, чтобы создать с ним крепкую семью. Наверняка встретит... лет через сто. Но им точно не будет Брэд Кэмпбелл!

Язвительные слова: «Это обязательная благодарность за услугу, ваша честь?», завертелись на кончике языка и ещё два десятка лет тому назад наверняка сорвались бы с него. Однако нынешняя Вэл успела научиться сдержанности и промолчала. Она и без того как воочию представляла себе реакцию судьи на такое высказывание! Его лицо превратилось бы в мраморную маску, губы сжались бы в тонкую нить и высокомерно процедили в ответ: «Совсем необязательно облекать отказ в оскорбительную форму». Это замечание было бы справедливым и ей пришлось бы извиняться со всей доступной ей вежливостью.

Несмотря на то, что возможность чтения мыслей опровергалась всей современной магической и физической наукой, Кэмпбелл, казалось, сумел прочитать в голове Вэл и этот прокрутившийся в ней диалог. Он невесело усмехнулся, сунул руки в карманы брюк и с деланным безразличием отвернулся к окну.

– Простите, у меня много дел, – выдавила Вэл, и судья коротко кивнул, принимая объяснение её отказа.

– Удачи вам в расследовании. Постарайтесь хоть на этот раз не впутаться в неприятности, – язвительно бросил он, продолжая упорно рассматривать пожухлую траву внутреннего дворика здания суда.

Что ж, если день оказался безнадёжно провальным, есть надежда, что вечер сложится приятнее. Хотя бы потому, что быть хуже он просто не сможет!

.

В сыскной конторе Вэл уже дожидались первые итоги расследования, проведённого людьми Дона Шепарда. Владелец конторы – обманчиво добродушный на вид розовощёкий красавец – подтолкнул к ней флешку с информацией, кратко излагая основную суть добытых сведений:

– Хью Энсли – оборотень, его жена – человек. Состояли в браке семьдесят лет, имеют шестерых взрослых детей, обо всех более подробно рассказано в материалах расследования. Со слов всех друзей и знакомых супруги нежно любили друг друга. Внезапно вскрывшаяся измена Нелли Энсли глубоко потрясла их ближний круг, все отказываются верить в её предательство. Но это лирика, из важного имею сообщить следующее: не удалось обнаружить никаких признаков того, что убитая поддерживала связь с каким-то посторонним мужчиной, зато установлено, что она сильно переживала о подступающей старости и даже лечилась от депрессии в кризисном центре Лос-Анджелеса, специализирующемся на проблемах Иных.