Валентина Елисеева – Дело жены оборотня (страница 8)

– Миссис Энсли связалась с инкубом?! – аж подскочил Тони.

– На мой взгляд, это самая логичная версия, – подтвердила Вэл. – Из всех высших демонов легче всего привлечь внимание демонов секса – они находятся в вечном поиске новых партнёрш, и им глубоко безразличны чувства тех, от кого они питаются. Если инкубу небезразличны чувства женщины, то он как раз не будет от неё питаться – исключения из этого правила единичные.

– Ты права! – активно закивал Тони белобрысой макушкой, отмечая галочками те имена, рядом с которыми имелась пометка «инкуб». – Список сократился до 121 имени, что дальше?

– Отыскивай всех в соцсетях, скачивай их фотографии и отправляй Шепарду – у него есть полезные знакомства в службе безопасности аэропорта, он сможет прогнать фото через их систему распознавания лиц пассажиров. Вряд ли высший демон приехал к нам в душном автобусе, он либо прилетел самолётом, либо приехал на своей машине.

– Мог домчаться сам по себе, это же демон, – хмыкнул Тони.

– Тогда нам сильно не повезло. Пока надеемся, что высший демон старался не нарушать закон секретности без особой на то необходимости и изображал из себя человека, как поступает подавляющее большинство Иных.

– Задача ясна, а ты куда?

– В город ведёт не так много дорог, и я наведаюсь на заправочные станции и в придорожные кафе – разнюхаю, не сворачивал ли к ним господин с тем запахом, которым пропиталась спальня Энсли. До вечера успею объехать все.

– Даже не знаю, желать ли тебе успеха в поисках. – Сокрушённо покачав головой, Тони лукаво подмигнул ей. – Помнишь, как ярился Соммерс, когда ты развалила дело о грабеже магазина, заметив, что у обвиняемого острая аллергическая реакция на материал, из которого сделана маска вора? Как сейчас помню твоё эффектное выступление в суде: вот ты с умным видом крутишь в руках улику номер один – найденную копами маску преступника, а вот ты одним движением надвигаешь её на голову опешившего парня и начинаешь махать листами медицинских заключений. Под конец своей пылкой речи ты театральным жестом сдёргиваешь маску с лица подзащитного – и все присяжные собственными глазами видят испещрившие его кожу красные пятна. Ты суёшь под нос прокурора показания врача, что такого рода сыпь никак не может сойти за несколько часов, прошедших с момента грабежа до ареста подозреваемого, а Соммерс кричит, что это подстава, ты только что незаметно обсыпала маску ядовитым порошком.

– Однако позже экспертиза подтвердила, что маска ничем не была обработана, аллергию вызвала сама синтетическая ткань. Если бы детективы лейтенанта Дэвиса спросили у парня, не страдает ли он острыми аллергиями (которых у моего подзащитного с детства имелось великое множество), они раскрыли бы дело без прений в суде со мной.

– Помнишь злость окружного прокурора, когда ты добилась от присяжных оправдательного договора, разжалобив их историей несчастной жизни бедной девушки, а затем резко пройдясь по поводу её подруги из благополучной семьи и перевесив на неё все обвинения?

– Так в итоге именно подруга и оказалась отравительницей! Она и дружбу с моей клиенткой завела с дальним прицелом подставить её в будущем под обвинительный приговор!

– Та подруга была внучатой племянницей давнего приятеля Соммерса, – напомнил Тони.

– Вот уж мне без разницы, кто чей родственник и приятель. Займись делом, помощник, а то урежу тебе зарплату. И не надо возгласов про выходные дни – тебе был дан совет лежать дома на диване, но ты им пренебрёг.

.

Личный помощник с кем-то разговаривал в приёмной, но Вэл не вслушивалась в предмет беседы: она только закончила изучать карту магистралей, ведущих в Атланту. Она как раз взялась за сумочку, намереваясь тронуться в запланированный обход, когда в кабинет с загадочно-тревожным выражением лица зашёл Тони, прикрыв за собой дверь.

– Шеф, у нас ещё один новый клиент.

– Сегодня выходной, – нахмурилась Вэл, – зачем ты вообще оставил открытой дверь конторы?

– Не надо возгласов про выходные дни – ты сама решила не лежать дома на диване, – припомнил её слова мстительный личный помощник и уже серьёзно сказал: – Шеф, боюсь, это дело не терпит отлагательств, ты бы хоть поговорила с мужчиной.

– Что у него случилось? – невольно заинтересовалась Вэл, уж больно напряжённый тон был у Тони.

– Он слишком возбуждён, чтобы внятно излагать свои мысли, но, кажется, его жена бегает к любовнику.

– Ещё одна неверная супруга? – скрипнула зубами Вэл и с тихой яростью напомнила: – Я не берусь за бракоразводные дела! Я не бралась за них даже в те первые месяцы нашего с тобой сотрудничества, когда мы порой сидели на мели после уплаты аренды и налогов!

– Знаю. – Во взгляде Тони промелькнула тень понимания и сочувствия. Помощник никогда не выяснял у неё причин такого ограничения клиентуры, а свои догадки держал при себе, хоть Вэл порой ловила на себе его внимательные взгляды, когда какое-то дело оказывалось связано с изменами, как дело Энсли. – Видишь ли, мне кажется, что он готов убить любовника жены, а это уже наш профиль.

«Если вы выбрали себе профессию адвоката, то свято помните: адвокат не ставленник Высшей Справедливости в этом мире! Он не обязан помогать всем! Научитесь говорить «нет» ещё до того, как возьмётесь выслушивать стенания первого клиента!» – поучал начинающих юристов бывший шеф Вэл, а он с его вековым опытом за плечами всегда знал, о чём говорит.

Ей очень хотелось сказать «нет», отругать Тони и отправиться по намеченным делам, но...

– Ладно, приглашай в кабинет ревнивого мистера, я поговорю с ним о пользе законопослушания.

Мужчина, вошедший в двери и представившийся мистером Сэтти, пах человеком, двигался, как человек, и равнодушно мазнул взглядом по рабочим амулетам и артефактам на полках, замаскированным под статуэтки и прочие безделушки. Присев в кресло, он нервно закурил, забросил ногу на ногу и желчно произнёс:

– Не прошло трёх месяцев со дня свадьбы, как жена взялась бегать к полюбовнику. Скажите, адвокат, супружеская верность нынче вовсе не в чести? Клятвы у алтаря в наше время совсем ничего не значат? – Злые слова взрезали воздух, но Вэл поняла отчего взволновался Тони: в глазах у мужчины застыло такое горе, такая вселенская глубокая тоска, что её собственное сердце невольно сжало сострадание. – О, молчание – знак согласия! Не подскажете, по какой цене оформляются разводы?

– Если у вас на руках имеются доказательства измены супруги, то для вас бракоразводный процесс обойдётся недорого, – прохладным тоном заверила Вэл. – Только я такие дела не веду, я – адвокат по уголовным преступлениям.

– Отлично! Когда я найду и искалечу её любовника, мне как раз потребуются ваши услуги! – процедил клиент, смахивая пепел с сигареты.

М-да, интуиция Тони не подвела. Если отправить мужчину восвояси с таким грузом ненависти на сердце, её завтрашнее утро рискует стать полной копией утра сегодняшнего. Только на этот раз удар ножа настигнет жену человека, а не оборотня, но не сказать, что разница принципиальная.

– Что ж, вы уговорили меня вникнуть в ваши заботы. Если не смогу помочь сама – посоветую толкового адвоката нужной вам специализации. Расскажите о себе: кто вы и как давно знакомы с супругой?

– Я работаю на крупном предприятии аграрного комплекса – я селекционер, вывожу новые сорта сельскохозяйственных культур. Моя жена работает там же, она руководит лабораторией исследования качества семян.

Уточнив название предприятия, распорядок дня супругов и историю их знакомства, чтобы клиент хоть немного успокоился за мирной беседой, Вэл перешла к сути дела:

– Так на каком основании вы заподозрили жену в измене?

– Она вторую ночь подряд тишком выскальзывает из нашей постели и уходит из дома. Возвращается под утро и ложится рядом со мной, как ни в чём не бывало! Возможно, она и раньше так уходила, но я проспал её исчезновение. И вы знаете, меня терзают подозрения, что мой крепкий сон был вызван новым сортом чая, которым вдруг взялась поить меня жена. Позавчера, когда она вышла из гостиной, я отнёс чай на кухню и выплеснул в раковину, поскольку мне надоел его навязчивый слащавый привкус. – Мистер Сэтти помолчал и договорил: – Вчера я не стал пить чай сознательно.

– И вновь увидели уход супруги, притворившись спящим?

– В первую ночь я подумал, что она выйдет на минутку в ванную или кухню, и оторопел, услышав стук входной двери! Обежал весь дом, проверил одежду и убедился, что жена ушла! Естественно, потом я притворялся спящим, чтобы увидеть, что она сделает дальше!

– Погодите, ночные исчезновения миссис Сэтти – единственное, что заставляет вас думать об измене?

– Вы считаете, этого мало?! Куда тёмной ночью может тайком убегать из дома замужняя женщина?!

– Да мало ли куда, вариантов масса! – вырвалось у Вэл. Она аж руками развела, подчёркивая, что вариантов просто-таки дикое количество.

Вампирши отправлялись по ночам на кровавую охоту, оборотницы всех мастей выходили прогуливать своих зверушек. Ведьмы вылетали на всяческие ритуалы и носились на мётлах, а также варили зелья, в рецепте которых имелся лунный свет. Дамы-некроманты гуляли на кладбищах, упокаивали призраков и поднимали зомби. Демоницы тоже затевали ритуалы и игрались со стихиями, а юные драконицы традиционно выбирали себе пару на ночных плясках в небе гор. Понятно, что мамочки дракониц старались парить неподалёку, то есть тоже не разлёживались по ночам в постели. Да все бары Иных работали в ночные смены, поскольку у большинства представителей ИГР ночь – самое активное время суток!

Конец ознакомительного фрагмента.

Продолжение читайте здесь