Валентина Елисеева – Дело скандальных ведьм (страница 9)

Глава 4, об обманчивости очевидных фактов

– В чём разница между вампиром и адвокатом? Вампир сосёт твою кровушку только когда голоден, – просветил Вэнрайт своих подчинённых, снующих по лаборатории, как рой трудолюбивых пчёл. – Мисс Мэнс, я смотрю, тебе совершенно не сидится в конторе. У тебя аллергия на папки с бумагами?

– Скорее, на стопку скопившихся писем, – кивнула Вэл, всегда неохотно работавшая с корреспонденцией, как печатной, так и электронной. Необходимость отвечать на запросы налоговых и прочих департаментов, отписываться в Коллегию адвокатов и прочие инстанции всегда вгоняла её в тоску. – Как ты понял, я представляю интересы мисс Карвет.

– Аманде никто не предъявлял никакого обвинения, – проворчал дракон, – но надо было засадить её в камеру хотя бы для того, чтоб она не понеслась к тебе.

– Лишение человека законного права на адвоката – это статья пять четвёртого раздела Кодекса Иных. Противоправное удерживание его в заключении – статья шесть...

– Без тебя знаю! – рявкнул Вэнрайт. – Ты по делу или уму-разуму меня поучить?

М-да, нервным он стал, имея на руках кучу нераскрытых громких дел.

– Хочу осмотреть место происшествия, – миролюбиво проворковала Вэл, демонстративно вытаскивая из сумки резиновые перчатки и бахилы, доказывающие, что она постарается не попортить господам полицейским вещественные доказательства.

Впрочем, оказалось, что портить совершенно нечего: отпечатков пальцев неизвестных лиц не нашли, посторонних запахов в воздухе не имелось, на камерах видеонаблюдения тоже никто не отметился – за время отсутствия Аманды в её личный лабораторный отсек вообще никто не заходил. Несколько сотрудниц стучались к начальнице и разворачивались, убедившись, что за закрытой дверью её нет. Технические специалисты готовы были клятву на крови дать, что записи с камер обработке не подвергались, а охранники в коридоре – что мимо них и мышь незнакомая не проскакивала. Следов ментального воздействия ни на ком обнаружено не было, саму Аманду тоже никакой менталист не обрабатывал, так что следствие зашло в тупик: преступников нет, взлома нет, а смертельный яд из сейфа исчез.

– Хоть гоблинами не пахнет – и то хлеб, – просопел Вэнрайт над ухом тщетно принюхивающейся Вэл. Увы, на рабочем месте Аманды Карвет пахло только Амандой Карвет, если не считать давнего вечернего следа тех служащих полицейского департамента, что забегали к ней ещё вчера.

– В подземных ходах под банками гоблинский запах тоже могли подделать, – напомнила Вэл.

– Элен Хэлл уже сотворила фальшивку на основании пробы, взятой с твоего клиента? – Капитан имел в виду пропитанную потом майку, снятую с вождя местных гоблинов после его тренировки в спортивном зале тюрьмы. Вэл, как адвокат, настояла на такой проверке и самолично отдала миссис Хэлл майку клиента в свой вчерашний визит к ней.

– Ещё нет, обещала закончить сегодня, но успешность итога её трудов не вызывает особых сомнений: Элен не из тех, кто бросает слова на ветер. Тебе тоже не нравится подозрительное сходство полного отсутствия зацепок в этих разных по сути делах?

– Ещё бы оно мне нравилось! Невольно начинаешь думать, что если все преступники выйдут на такой уровень профессионализма, то останется только на пенсию уйти. Я ума не приложу, как, ну как, они смогли провернуть эту кражу?! В банке хоть подземный ход остался, а тут – ничегошеньки! Если бы Аманда не заглянула в сейф полюбоваться на своё великое изобретение, мы могли бы ещё несколько дней не ведать о пропаже яда!

– Ты точно никому не говорила о своих разработках? – в который раз переспросила Вэл клиентку.

– Точно, даже не намекала никому, у нас ведь действует закон о неразглашении тайны следствия – даже я не всегда в курсе, над каким делом работают мои сотрудницы. К тому же, зачем мне досрочно разглашать ход своих исследований, пока они не привели к результату? А позже я просто не успела кому-то что-то сообщить, – уныло повторила изобретательница невиданного ранее зелья и взволнованно спросила в тысячный раз: – О случаях неожиданных странных смертей нашим диспетчерам не сообщалось?

– Нет, пока всё ожидаемо: инсульты, инфаркты, огнестрелы, пищевые отравления с прозрачной клинической картиной, – заверили детективы.

– Затихарился, значит, выжидает гад, – зло процедил Вэнрайт, совершенно не представляющий, как вести расследование при абсолютном отсутствии хоть каких-то следов.

Все подчинённые Карвет толпились у жёлтой ленты полицейского ограждения, перекрывшей вход в общую лабораторию, вздыхали, сочувствуя начальнице, предлагали оказать посильную помощь следствию, и не оставляли сомнений в искренности своих переживаний за руководительницу отдела. Аманда раз за разом прокручивала записи камер, пытаясь заметить хоть тень злоумышленника в кадре, но безуспешно. А это были специальные камеры, от которых не укрыться большинству Иных! Промежуток между последовательными кадрами у них был в десять раз меньше, чем в человеческих, и скорость очень немногих Иных позволяла им исчезнуть из области действия камер до того, как сработает следующий клик. Детективы ломали голову над загадкой, а шеф полиции принимал на себя удар возмущения общественности: Иные, получившие предупреждения, сходные по содержанию с теми, что отправила Вэл, требовали быстрого разрешения опасной ситуации. Однако пока официальная версия следствия звучала так:

«Неизвестное лицо неизвестным путём проникло в лабораторию, использовав дубликат ключа, созданный неизвестным следствию образом. Затем этот неизвестный, неведомым способом укрывшись от камер видеонаблюдения, открыл сейф незаконно раздобытыми дубликатами магического и механического ключей. Хитрым образом снял защитные ведьминские чары, похитил зелье, восстановил чары в прежнем виде, не потревожив сигнальных магических систем, и тайно скрылся из лаборатории. Предположительно – тем же методом, что и вошёл в неё».

– Последнее предположение просто гениально, – хмыкнула Вэл, – осталось выяснить, что это за метод – и дело в шляпе. Вы практически раскрыли загадку похищенного зелья! Добавьте любимую присказку прокурора «нет тела – нет дела» и мирно идите домой отдыхать.

– Узнав, кто стал жертвой, мы сможем выяснить мотив и найти убийцу, – брякнул один из детективов.

Аманда привстала, устрашающе погрозила ему своей древней раритетной метлой и рявкнула:

– Никто отсюда не выйдет, пока не решите, кого и где искать!

– Ждать жертв – не наш метод, товарищи, – поддержала клиентку Вэл, рассматривая так и стоящий в открытом сейфе пустой флакон и вереницу его собратьев-близнецов за стеклами стеллажа.

Сняв с полки один флакон, она завертела его в свете солнечных лучей, падающих из окна. От толстого зелёного стекла, устойчивого к самым разрушительным кислотам, по стенам побежали блики, а от осколков флакона брызнули по стенам капли солнечных зайчиков, когда на Вэл внезапно обрушился подавляющий гнёт концентрированной магической силы. Явление народу Брэда Кэмпбелла как всегда было трудно не заметить. Бывший супруг окинул её обеспокоенным взглядом и сдержано-холодно заметил:

– Судейскую обязанность защищать адвокатов Иных моего округа весьма отягчает ваша повышенная активность, мисс Мэнс.

«Вы взялись нести это тяжкое бремя, чтобы иметь полное право читать мне нотации?» – хотела сострить Вэл, но вовремя прикусила язычок. Правда, распознать её мысли это судье не помешало (тоже как и всегда). Он склонил к ней точёное лицо с пылающими алым огнём глазами, и уши Вэл наполнило тихое рычание:

– Почему, получая предупреждение о пропаже сильнодействующего яда, я первым делом вспоминаю об адвокате, который так часто попадает в неприятности, что наверняка и яд её не минует? И почему я нахожу этого адвоката в самой гуще событий? Моран, например, покидает стены своей конторы только уходя на ланч и обед, да отлучаясь на заседания суда. В крайнем случае отправляет на выездные дела личного помощника, а не оставляет его в офисе вместо себя заниматься клиентами и бумагами.

Он что же, разыскивал её по городу, начав с конторы? Раз знает, какими делами нагружен её трудолюбивый парень?

– Таких золотых помощников, как мой Тони, нужно беречь и холить, и держать в безопасном месте, – возразила Вэл. Будто судья не знает, что её помощник – не василиск, как у Морана, а простой человек, которого никак нельзя отправлять на встречи с незнакомыми монстрами! Яростный всполох в глазах Кэмпбелла при своём высказывании она не заметила, а он вкрадчиво продолжил:

– Адвокатам не положено вмешиваться в ход следствия. Не положено выезжать на места преступлений. Не положено соваться в логово преступников.

– Вы заимствовали речь монолога у моей матушки, ваша честь? – пробурчала Вэл, окружённая знакомым умопомрачительным ароматом его тела и оттого старающаяся вдыхать через раз. – Кстати, Вэнрайт, видеокамеры записали пролёт мистера Кэмпбелла по вашим коридорам?

– Нет, конечно, охранные системы не рассчитаны на высших демонов и гибридов, – пожал плечами дракон.

– На них вообще ничто в природе не рассчитано, как говаривал Алекс Хэлл, – нахмурилась Вэл, сосредоточенно рассматривая осколки зелёного стекла на полу – судья сбил её с важной мысли!