Валентина Елисеева – Антисваха против василиска (страница 10)

Ещё Аня непрерывно размышляла: раз она перенимает все особенности животных, в которых обращается, то почему бы ей не превратиться в мага и не снять с себя осточертевшие ошейник и цепь? К сожалению, пожелание превратиться в некого абстрактного мага ни к чему не привело, а попытка обратиться Краском или Униром пока была недоступна из-за малого веса. Точного совпадения масс оригинала и копии не требовалось, но чтобы создать внешне идентичный объект расхождение не могло превышать 20 %. Так утверждали результаты всех проведённых экспериментов и элементарная логика: невозможно выглядеть стокилограммовым тяжеловесом, если в тебе всего 30 кило — ты будешь похож на воздушный шарик в форме боксёра.

Когда набранный вес дошёл до отметки 50 килограмм по земной мере, Ане невероятно повезло: во время очередного выезда в город её «хозяева» столкнулись со знакомой молодой магиней. Пока они беседовали об академии магии, в которой обучалась девушка, Аня подступила к стройной разодетой девице, склонила лобастую голову и приветливо потёрлась о её ноги.

— Ой, какая прелестная и редкая зверюшка, — восхитилась магиня, погладив барса по мохнатому загривку.

— И очень умная, — усмехнулся Унир, благосклонно посматривая на Аню.

По возвращении в лабораторию ей было велено принять облик девушки, и Аня легко скопировала внешность магини. Её тюремщики восторженно засвистели, когда на месте большой кошки возникла знакомая красотка в обнажённом виде, и объявили, что продублировалась даже магическая аура, свойственная оригиналу. Следовательно, скоро надо собираться в путь: покорять столицу, двигаться к своей мечте — к богатству, славе и власти. Стоило им уйти, как Аня, закрыв глаза, изо всех пожелала не просто воссоздать внешность магини, а стать ею.

В зеркале отразилась тоненькая брюнетка со стальным взглядом серых глаз. Повелительно взмахнула рукой, призывая магию — и никаких разноцветных нитей в зеркале не увидела. Прислушалась к себе и поняла: гипотеза не оправдалась, магии в ней как не было, так и нет. Плюсом к двум ранее установленным законам следовало добавить закон сохранения магии в природе: если объект изначально не обладал магическими силами, то и при любых метаморфозах не мог стать магом. Увы.

«Ясно, отчего «хозяева» не обеспокоились моим копированием магини — они явно знали этот закон и не сомневались в его непреложности. От магической ауры у меня одна видимость, так что переходим к плану «Б»!

…

Спустя неделю начались сборы и Аню перестали дёргать: тюремщики по одиночке заскакивали к ней четыре-пять раз в день, чтобы покормить, и тут же уходили по делам. Пользуясь тем, что маги чуточку подобрели, уверовав в близкое исполнение своих мечтаний, Аня выпросила у Краска удобную кровать и нарядное платье-кимоно, долго выбирала перед зеркалом подходящий облик и принялась ждать визита Унира, который отчего-то второй день не заходил…

Предвкушая, как отправит метаморфа в королевскую сокровищницу под видом молодого короля, Унир весело насвистывал, открывая дверь подвальной лаборатории, и застыл, чуть не выронив из рук поднос, заставленный тарелками. Осторожно опустил его на стол, не сводя глаз с девушки, сидящей на постели: он никогда не встречал такой красавицы! И то была не магическая иллюзия, сквозь которую любой маг различает настоящую внешность, то была самая натуральная идеальная красота! Фигурка — воплощение самых жарких мужских грёз, глаза в половину лица — влажные, страстные, губы — полные, чувственные и манящие, ярко-алые на аристократически бледном совершенном лице. Словом, Анджелина Джоли, да ещё в утрированном секси-варианте, потрясла иномирного мага до глубины души.

Унир не мог взять в толк, почему он раньше не рассматривал подопытный образец с точки зрения мужчины! Он не раз видел метаморфа в обнажённом женском виде, но взирал на него бесстрастно, как на пробирку с зельем. Сейчас же о бесстрастности и речи не шло: он пылал желанием оказаться в объятьях этих тонких рук, упиться вкусом этих притягательных губ, и не видел оснований отказывать себе в таком блаженстве. Как приворожённый двинулся он к красавице, а та капризно нахмурила ровные бровки и томно протянула:

— Тоже будешь уговаривать меня на плотские утехи и клясться, что мы с тобой всегда будем вдвоём, всегда вместе: только ты и я?

— Только вдвоём? — притормозил Унир.

Ага, Краск недаром второй день бегает в подвал самостоятельно, чтобы «не отвлекать хозяина поместья от сборов в дорогу и решения внезапно обнаружившихся проблем». Напарник уже разглядел подопытную и пожелал единолично пользоваться метаморфом, причём во всех смыслах! Ишь, и кроватку им притащил, и о платьишке позаботился, пока Унир срочными делами занимался!

Красавица многозначительно пожала плечами, подтверждая его подозрения, и равнодушно бросила:

— Вдвоём, вдвоём, Краск не любитель делиться женщинами, во всяком случае, мне он заявил именно это. Обещал, что ты нашему счастью никак не помешаешь. Что, соврал? Слабоват он против тебя вышел, как я понимаю?

Унир не заметил, что под копной смоляных вьющихся волос красавицы шевельнулись чуткие кошачьи ушки, улавливающие звук шагов на лестнице за приоткрытой дверью. Аня успешно овладела талантом к частичной трансформации тела и обстоятельства складывались в её пользу, пора ковать железо, пока горячо: не верила Аня в доверительную дружбу негодяев. Столетний опыт научил её: подлые люди не способны дружить по-настоящему, они всех судят по себе и всех подозревают в готовности воткнуть нож в спину.

— Слабоват, — хрипло подтвердил Унир. — Краска я в могилу зарою, моей будешь!!!

— Отстегнёшь ошейник — буду ласковой-ласковой, тебе понравится, — прошептала красавица, подходя к нему и принимаясь расстёгивать пуговицы на мужской рубашке.

— От меня не сбежишь, не надейся, — прохрипел Унир, помогая скидывать с себя одежду.

— Я надеюсь на взаимоприятное сотрудничество, — завлекающее улыбнулась красотка. Магический ошейник на ней щёлкнул, раскрылся, и девица вдруг ахнула, отшатываясь и указывая в сторону двери.

Унир развернулся с боевым заклинанием наготове. Отскочил от удара взбешённого Краска, орущего ему в лицо:

— В могилу меня зароешь?! Ещё посмотрим, кто кого!

От вихрей, огня и ударов магической дуэли затряслись стены подземелья. Маги с ненавистью наскакивали друг на друга, стремясь уничтожить противника, и не заметили, как снежный барс выскочил из заточения и гигантскими прыжками понёсся вверх по лестнице и на волю, грозным рыком распугивая слуг.

«Неразумно природа устроила, что у мужчин одна кровеносная система: они не способны вожделеть и думать в одно и то же время — нормальное кровоснабжение достаётся лишь одному органу из двух», — несясь во весь опор, сочувствовала мужскому полу Аня.

Тем временем воздушные тараны влетали в старые каменные стены подземной лаборатории. Огонь фаерболлов расплавлял их известковый раствор. Изучаемая на первом курсе магической академии техника безопасности гласила: «Никогда не проводите учебные бои в маленьких замкнутых помещениях!» Но бывшие напарники от ярости позабыли основы основ, да и бой у них был далеко не учебный. Поднятый дуэлью шум переполошил слуг и заставил их бежать прочь из дома, вслед за хозяйским четвероногим питомцем. Бой длился долго, но в итоге в единоборстве победил Унир: он сумел обманным манёвром перехитрить противника и заставить его раскрыться с правого бока. В незащищённый бок тут же влетело смертельное заклинание, и Краск покачнулся, упал на пол, бледнея. Лицо его застыло, сердце перестало биться. Магически истощённый, но живой Унир самодовольно сказал над телом бывшего товарища:

— Так-то, не хвались раньше времени!

Над его головой раздался страшный треск, и дом осел на голову своего хозяина. Оставшиеся крохи магии не защитили мага от мгновенной смерти.

Глава 6. Быть метаморфом

Вылетев за ворота господской усадьбы, Аня понеслась в направлении, противоположном селу, ведомая нехитрым предположением: раз маги всегда выезжали по дороге в том направлении, то с противоположной стороны наверняка нет крупных населённых пунктов. Населённых пунктов она и впрямь пока не видела: с южной стороны усадьбы простирались поля.

По причине весеннего времени на полях имелась лишь низкая молодая поросль, и снежный барс на фоне зелёных ростков выделялся, как рокер-неформал среди учащихся православной семинарии. Благоразумно ознакомившаяся по книгам с видами, населяющими земли королевства Дистиния, Аня обернулась волком: представители этого вида псовых были тут весьма многочисленны, так что несущийся по полю волк никому не показался бы явлением необычным. Кроме того, слуги в доме Унира и жители села видели её лишь в двух ипостасях: кошки и барса, и знали, что эти животные принадлежат их хозяину. Следовательно, они могли сообщить о появлении Ани магам или даже попытаться самостоятельно поймать её, что, с точки зрения Ани, было совершенно излишним. Ей надо затеряться! Домчаться до кустов на краю поля и под их прикрытием пробираться к большому лесу, где её следы перекроются запахом тысяч других следов, а там уж решать, что делать дальше.

Боженьки, как она, заслуженный учитель, педагог с семидесятилетним стажем, дошла до жизни такой: мчится на четвереньках в пушистой шкуре, унося хвост и ноги от иномирных магов?! Хорошо, в таком виде она точно не попадётся на глаза ни бывшим ученикам, ни бывшим коллегам!