Валентина Элиме – Я люблю своего мужа (страница 7)
Новиков не ответил. Я же газанул и уехал прочь, чтобы не выговорить другу лишнего. И только один бог ведает, как сильно мне хотелось всё рассказать Максу, как и признаться в том, что мне не безразлична Лера, как хочется перешагнуть через слова друга, чтобы только открыться девочке с карамельными глазами…
Он прав. Раньше, до приезда его сестры, мы друг от друга ничего не скрывали. Все трудности жизни, тяжести службы и все радости мы делили пополам. Даже откровенничали про свои похождения, что нередко случались до его женитьбы. Я даже «подрабатывал» у них нянькой время от времени. Суровый мужик и нянька для малышей. Смешно до слёз… Но мне нравилось присматривать за их детьми, мечтая и представляя своих будущих… Теперь у них своя няня… Нежная и прекрасная красавица Лера… Нет, я ни виню ни в чём мелкую. Во всём лишь моя вина. Если бы я не был таким трусом, если бы поговорил с другом, если бы рассказал ему всей правды…
Надоедливое жужжание телефона, что я кинул на сиденье рядом, игнорировал полностью. Даже не взглянул на экран, зная, что это «очухался» Макс, и теперь пытается докопаться до сути моих слов. Но мне не хотелось разговаривать с кем-либо, включая и друга. Хотелось тишины и покоя, желательно одиночества где-нибудь на краю земли. И выпить…
В супермаркете не глядя ни на ценники, ни на этикетки, ни на бутылки, набрал целую корзину «успокоительного». Словив удивленные взгляды местных блюстителей порядка в виде соседей, старушек, что бдительно следили за порядком вокруг сидя на лавочке, исчез за дверьми подъезда. И хлопнул дверью в квартиру, заодно гремя бутылками.
Заказал пиццу, не имея ни капли желания, ни готовить, ни наполнить желудок своей стряпней. И открыл бутылку коньяка, пока ожидал курьера. Но я не подумал о том, что алкоголь возымеет обратный эффект. Все мысли в голове разом напомнили о глазах, что имели карамельный оттенок, о голосе, что ласкал мой слух…
Звонок в дверь заставил меня открыть глаза и пойти встретить курьера. Достал кошелек и открыл двери.
‒ Сколько я вам дол… ‒ но мне не дали договорить, затолкнули обратно в квартиру и захлопнули двери. ‒ Ты? Что ты тут делаешь?!
Ноги сами несли меня в сторону библиотеки. Как бы я не противился этому, но перебороть себя не мог. Меня словно за веревку тянуло к ней. Взрослый здоровый такой дядя, но с внутренней слабостью против девочки и карамельных глаз. В душе ощущал себя подростком, который робел и краснел перед красавицей одноклассницей, что была ему мила. И с каждым днем чувства в нём только росли. Даже предупреждающие слова друга меркли перед моим притяжением к ней. Сколько бы я не старался занять себя делом, то всё получалось из рук вон плохо. Приходилось переделывать документы, по несколько раз пересматривать свои записи и «напрягать» своих солдат. Ругал самого себя, но мысли всё равно кружились только вокруг одного человека, что держал меня в оковах. В оковах любви или же моего личного ада…
Передвигаясь по территории части в сторону библиотеки, ловил не то любопытные, не то мечтательные, не то ободрительные взгляды солдат, что провожали меня до самого того заветного здания. Мне бы ещё тогда стоило задуматься о поведении парней, но в эти дни я летал в облаках. И поэтому мой суровый взгляд заставил их отвернуться и продолжить заниматься. Я же продолжал свой нелегкий путь с внутренней борьбой с самим собой дальше, лишь бы увидеть предмет своего обожания…
В библиотеку я заходил в напряжении, давая себе слово, что в этот раз буду вести себя с мелкой нормально. Вот переступил порог и встретился с её удивлённым взглядом. Своё состояние на тот миг не мог даже описать, словно ты с огромной высоты падаешь вниз. Внутри всё сжимается в тугой комок, дыхание перехватывает так, что ты забываешь дышать. Из тебя вышибает все чувства, будто ты летишь в пропасть…
‒ Товарищ майор? ‒ Валерия встала из-за стола, обогнула его и сделала пару шагов мне на встречу. Её вопросительный взгляд я понимал, ведь не так часто «радовал» девушку своим присутствием в библиотеке.
‒ Принёс документы, ‒ протянул ей бумаги, не торопясь выпускать их из своих рук.
Она протянула руку, пальцы Валерии накрыли мои, и по ним словно прошел разряд электричества. Но отдернуть их желания не возникло. Наоборот, захотелось сцепить наши пальцы и притянуть девочку к себе, ощутить её тепло. Хотелось её близости, закрывая на всё глаза.
Кто из нас сделал те самые заветные шаги, которые приблизили нас так, что едва наши тела не касались друг друга. Я зачарованно смотрел в её глаза и тонул. Добровольно, ни капли не сопротивляясь, и отдаваясь тем чувствам, что толкали меня на безумные шаги. Время, казалось, замерло, следя за нами и залюбовавшись происходящим. Оно забыло и перестало отсчитывать минуты и секунды. Моя рука поднялась и коснулась выбившего локона её волос, заправляя его за ушко. Валерия немного вздрогнула, когда мои пальцы легко скользнули по её щеке, наслаждаясь их бархатистостью и нежностью. Она немного склонила голову, словно наслаждалась тем коротким мигом, когда ласкалась щекой о мои пальцы. Я уже было наплевал на всё, даже был готов потерять многолетнюю дружбу с Максом, чтобы ощутить вкус губ Валерии, сокращая заветные и опасные сантиметры между нами, но…
Но внезапно скрипнувшая дверь за моей спиной заставила нас не только отпрянуть, а отскочить друг от друга. Не вовремя появившийся солдат отдалил меня от казни или лишил сладкого мгновения насладиться поцелуем? Ответа на этот вопрос я не знал.
Валерия замоталась, схватывая лежавшие на столе бумаги, ручку и книги. Я же развернулся, зло сверкнула глазами на вошедшего парня, и вышел, направляясь в сторону курилки. Придется стрельнуть у солдат, вечно отлынивающих от дел за этим делом, за неимением своей пачки сигарет.
Свернул за угол учебного корпуса и меня встретил мужской гогот. Все курящие стояли ко мне спиной, но в одном из них я успел узнать лейтенанта Петрова. Он собрал вокруг себя похожих на него же солдат, которые готовы продать родную мать, лишь бы заиметь себе кусок пожирнее. Желание подымить в его компании вызвало во мне волну отвращения, что я остановился и решил уйти, но знакомое имя девушки заставило застыть на месте.
‒ Ещё пару дней пусть поартачится, насладится мнимым выбором своей свободы, и потом я её сделаю. Вот увидите. Как бы Новиков не стерёг свою сестру, сажая на цепь рядом с ней своего прихвостня Чернова, библиотекарша уже совсем скоро будет бойко трястись своими … ‒ договорить он не успел. Я резко шагнул в его сторону и развернул лейтенанта в свою сторону, знакомя его лицо со своим кулаком. Послышался хруст, смачные ругательства и топот ног, что уносили «лишние» свидетели от места происшествия. Злость во мне заставило меня схватить его за грудки и нанести очередной удар, но третьего мне не дали сделать. Несколько человек оттащили меня от Петрова, как и помогая ему встать на ноги. Лейтенант вытер кровь и ухмыльнулся в мою сторону, являя моим глазам белоснежные зубы.
‒ Вы за это поплатитесь и очень скоро, ‒ проговорил он, вытирая кровь с лица.
Выплюнул в его сторону и вырвался из рук удерживающих меня солдат, стараясь не смотреть в глаза парней, что готовы были ринуться к нам в любой миг. Желание марать руку и дальше об этого гадкого человека, у меня не было, да и этот порыв был вызван эмоциями защитить Валерию, не иначе. Поправил форму и зашагал в сторону главного корпуса. Но до меня запоздало дошло понимание того, что офицер ударил своего подопечного в части, еще и перед солдатами. И тут мне не помогут никакие ругательства…
Вот ведь… Слов не хватает, чтобы назвать его обидными словами. Кем? Непрошибаемым камнем? Бесчувственной скалой? Равнодушным чурбаном и чёрствым сухарем? Судя по тому, как он злится, чувства то у него как раз имеются, но только не те, какие мне от него надо. Как бы я его не назвала, это не поменяет моих чувств к нему. Мужлан, каких стоит еще поискать, отчего-то завладел всеми моими мыслями. Только вот незадача. Майор Чернов даже не смотрел в мою сторону. Да и вот сегодня отчитал как школьницу. И не флиртовала я с Петровым, наоборот, не знала, как от него отделаться. Если солдаты вели себя настороженно, зная, что я родственница майора Новикова, и не лезли на рожон, то старший лейтенант был кем-то в роли бессмертного. Не иначе. Каждый день таскался в библиотеку, словно ему тут мёдом намазано, отвлекая меня от работы и доставая меня своими сальными шуточками и не очень удачными комплиментами. Да и мешал мне подумать над подарком для Никиты! А время поджимало.
Майор Чернов у солдат больше вызывал уважение, чем страх перед ним. Нет, его, конечно, побаивались, но и любили, как старшего брата. С кем бы из солдат я не говорила, расспрашивая о нём, нагло обманывая их в том, что получила прямой приказ от комбата собрать на него информацию, чтобы оригинально поздравить его с маленьким юбилеем. И они велись, рассказывая мне о Никите всё больше информации. Я каждое их слово впитывала, как губка. Многие даже порывались помочь с подарком, предлагая варианты один нелепее другого. Мои заверения в том, что я справлюсь сама, они игнорировали. И я, в конце концов, сдалась под их упорством. После этого началась активная подготовка. Парни делали всё сами, попросив лишь об одном одолжении – чтобы я их прикрывала и ни в коем случае не сдала никому.