Валентина Элиме – (Не) твоя, или Свадьба вслепую (страница 28)

Пока я переваривала слова Валентина и взглядом упиралась на лицо подруги, пыталась обуздать свои эмоции. Да, самая первая реакция – это была злость. Так и хотелось закричать на парня, топнуть ногой, прогнать его. Но стоил ли он того? Ведь первый шаг ко всему этому, что мы сейчас имели, сделала я сама. Никто меня не уговаривал, насильно не заставлял, не связывал и за верёвку не тащил. Сама его выцепила среди других, сама сделала ему предложение, а н всего лишь согласился. Поэтому, за что мне злиться на него? За то, что он вновь вернулся или принял решение помириться со своей бывшей? Так он сам вправе это решать, прощать человека за предательство или нет. Хоть мы и устно договаривались вести себя прилично, документально же не заверили. Видать, к ней он испытывает сильные чувства, раз решил остаться с ней же. Я, скорее всего, была для него лишь приключением на пару дней, пусть он и дал почувствовать другое. Скучно ему было, вот он и решил скрасить свои серые будни за мой счет. Ну не мне его судить за это.

А дальше все поменялось. Вместо злости, негодования и возмущения его появлением разом пришли десятки чувств, крутясь в карусели внутри меня и сменяя друг друга с бешеной скоростью. Гордость? Надменность? Самодовольство? Удовлетворение? Уверенность в себе? Триумф? Польщение? Радость? Злорадство? Ликование? Или всё-таки то самое чувство, от которого сжималось сердце?

Мотнула головой, прогоняя лишние мысли, и взглянула на подругу вопросительно. Карусель эмоций и чувств сменилось удивлением, интересом, любопытством появлением моего мужа, как и подозрительностью с опасением. От обилия нахлынувших на меня чувств и эмоций у меня закружилась голова и я немного растерялась. Васька тут же подалась вперёд, что не укрылось от глаз Валентина. Я тут же почувствовала прикосновение его рук к себе.

− Ася? − в его голосе скользила обеспокоенность и переживание? С чего бы вдруг? Или мне всё это показалось?

Первые секунды смотрела на его часть тела, что он распустил, с непониманием, после же скинула их с себя с презрением, словно ко мне прикоснулось что-то грязное, от которого потом невозможно отмыться.

− Не смей даже пальцем меня трогать после… − последние слова я не стала выговаривать, лишь гневно сверкнула глазами в его сторону. – И я не намерена спрашивать у тебя дозволения согласен ты или нет. Я не твоя рабыня, чтобы стребовать с тебя свободу! Не согласишься, тогда нас разведут через суд. Детей у нас нет, как и совместного имущества, делить нам нечего. И я не собираюсь ни на что твоё претендовать, так что нас разведут в любом случае и отпустят с миром в разные стороны.

Я негодовала. Не даст он, видите ли, согласия. Я не его собственность, чтобы он мог решать за меня. Вот стукнуть бы его по голове чем-нибудь тяжелым, чтобы всё там встало на свои места. Не иначе он головой стукнулся и нехило так приложился, раз его желания меняются как весенняя погода: то солнышком согреет, то холодный ветер напустит. Ведёт себя как собака на сене, не иначе: и сам не ам, и другим ни за что не отдам. Но на мои слова он лишь тяжело выдохнул. Вот и правильно, выдохни, дорогой мой супруг и оставь меня в покое. Всего-то делов: встать из-за стола и направиться в сторону выхода из кафе. Только он мои молчаливые мысли не услышал, как и не собирался к ним прислушиваться.

− Давай поговорим наедине, Ася, и всё спокойно обсудим, пожалуйста, − попросил он, скрещивая пальцы рук и не смотря в мою сторону.

Я задумалась буквально на пару секунд и потом выдала:

− Нам не о чём с тобой разговаривать, Валентин, − чётко выделила я его имя. – Всё, что ты хотел мне сказать, показал наглядно ещё тогда, в своей квартире. Незабываемое зрелище было, всё никак забыть не могу, слава богу, по ночам в кошмарах не снится. Спасибо, насмотрелась. Поэтому прошу тебя откланяться и оставить меня в покое. Раз и навсегда.

Но он не собирался сдаваться, упрямый.

− Я могу всё объяснить, − с жаром начал он, но я остановила его горячие речи, подняв руку.

«Как банально, за все дни не мог придумать что-то оригинальное?» − ну почему всегда так? Нет бы сказать, что виноват, что поддался соблазну, что сильно ошибся. Зачем эти клеше?

Я отрицательно покачала головой и поднялась с дивана.

− Ну раз ты не хочешь уходить, тогда уйду я, − и взглянула на подругу, надеясь на её поддержку, но она не смотрела на меня. – Вась?

Подруга даже не шелохнулась, всё также продолжая пожирать моего мужа глазами.

− Васька? – повторно обратилась я к подруге.

− Я вот всё думаю, − заговорила она, продолжая сверлить глазами парня. – Тебе в лоб дать или зубы выбить? Думаю, фингал на тебе смотрелся бы просто идеально.

− Пойдём, не стоит себе проблемы находить на пустом месте, − Ваське нельзя было «драться» где-либо ещё вне стен зала, где она тренировалась, и кроме ринга.

Мы вышли на улицу. Свежий воздух помог немного прийти в себя, но щёки всё также продолжали гореть. Да и внутри я чувствовала себя вулканом, который ожил после нескольких десятков лет молчания. Хотелось всё уничтожить на своём пути. Сжечь дотла, превратит в пепел.

− Я бы, всё-таки, поговорила, − услышала сбоку. И удивилась. Неужели подруга поддерживает его? Но спрашивать у неё не стала, не хотела конфликтовать на пустом месте из-за Валентина.

− Ты вообще за кого: за меня или за него? – возмутилась я. − Не могу я, Вась. Вижу его лицо и перед глазами сразу та сцена появляется, где он с ней. Да и о чём нам с ним теперь разговаривать? Поздно. Развод – дело решённое. И ничто и никто не заставит меня передумать и отменить своё решение. Даже отец.

Мы попрощались, и я направилась домой. Арес в квартире был один. Я потихоньку начала его приучать оставаться дома без меня. У меня не всегда будет возможность брать его с собой и всё внимание уделять ему.

Арес облизал меня всю, стоило мне шагнуть в квартиру. Дав ему время на эмоции, мы вышли погулять. Утром я так и не полюбила гулять с ним, а вот вечером…

Вечернюю прогулку со своим псом я обожала. Приближение праздника ощущалось вся ярче и город утопал гирляндах. В парках все деревья сияли, создавая праздничное настроение. Если утром вся эта красота спала, то с наступлением темноты мы с Аресом спешили в эту сказку. Он пытался поймать падающих огоньков, прыгало вокруг деревьев и в нетерпении гавкал, я же просто наслаждалась красотой и любовалась им. Всё-таки он ещё не вырос из возраста щенка. Поняв, что не сможет поймать огоньки, или устав в пустую наворачивать круги, он прыгал вокруг меня, затем пытался зарыться в снег. В эти моменты Арес выглядел смешно. Весь в снегу, отряхивался и фыркал, не понимая, почему его всего облепил снег. А я смеялась от его телодвижений, как и стараний.

− Я рад, что вы приятно проводите время, − услышала голос за спиной и вздрогнула.

Благодушное настроение разом сдуло, словно его и не было. Тут же захотелось призвать к себе Ареса и умчаться домой. Но вот незадача, мы только пришли в парк. И пёс точно не обрадуется новости, что надо возвращаться домой. Он ещё свои дела не успел сделать.

Я по инерции шагнула к Аресу. Он тоже услышал чужой голос, поднял голову, замер и смотрел на нас, но приблизиться на защиту хозяйки не спешил. Признал Валентина или понял, что от него опасности ждать не стоит? У животных же на это чуйка. Но я вот, в отличие от своего пса, всё равно ждала, подвоха. Не просто так он заявился в парк для выгула собак. Ох чует моё сердце, точно под мою душу. Да и его присутствие здесь говорило о том, что он, возможно, за нами следил. Низкий поступок. И пока я не знала, как поступить в данной ситуации.

В ответ на слова Валентина я промолчала. Шагнула по дорожке вперёд, сокращая расстояние между мной и Аресом. Только вот скрипнувший снег за спиной твердил о том, что Валентин не собирался отставать от нас.

− Может, поговорим? – молчание между нами нарушил он.

Опять двадцать пять! Ну сколько можно уже!

− Не может, − твёрдо ответила я, шагнув вперёд.

− Ась, нам всё равно придётся поговорить, хочешь ты этого или нет, − догнал меня муж и схватил за руку.

Я отдёрнула свою ладонь, будто моя конечность коснулась чего-то горячего. Моё тело слишком остро реагировало на него.

− Со своей бывшей девушкой, точнее, уже нынешней поговори, − от злости ляпнула я, увеличивая расстояние между нами.

− Я могу твои слова рассчитывать, как ревность, дорогая жёнушка? – в голосе парня слышались смешинки.

− Обойдёшься! И совсем скоро ты уже для меня будешь бывшим, точнее – никем, – воскликнула я. – И вообще, было бы к кому. К сушёной вобле? Она только с пивом вкусная.

− Ммм… А это оказывается приятно, когда тебя ревнуют, − его довольный голос нервировал меня ещё сильнее.

Я от злости чуть ногой не топнула, но не стоило показывать свои эмоции. Ни отрицать, ни подтверждать слова Валентина я не стала. Всё равно он уже сделал свои выводы. Мои оправдания уже ничего не изменят. И я приняла решение всё-таки выслушать его. Пусть выговориться и оставит меня в покое.

− Говори, зачем пришёл, и уходи, заодно забирая с собой свои ошибочные суждения, − теребя в руках поводок Ареса, я встала посередине дорожки, не сводя глаз с собаки. Смотреть в лицо мужу, который совсем скоро станет бывшим, сил не было.