Валентина Элиме – ( Не) моя малышка (страница 32)
Не значит ли это, что его знакомство и помощь мне тогда была не случайными? Его подослал сам Соболев или же крестный проявил самостоятельность, не поставив в известность никого? Тогда почему же пожилой мужчина помог мне в составлении договора, который защищал меня и ребенка, а не толкал быть полностью зависимой от Клима? Что-то тут не сходилось, но это н говорило в защиту мужчину. Они оба, получается, обманули, притворяясь не теми.
Расстроенная, вернулась к себе. Задумавшись, только сильнее убедилась в том, что приняла правильное решение. И ночью, когда уже все готовились ко сну, я снова направилась к Климу, чтобы сообщить ему о том, что возвращаюсь к себе в коммунальную квартиру. Моё присутствие в его доме не имело смысла. Лера находилась в надежных руках Ольги Петровны. И я здесь больше была не нужна.
Постучалась в дверь и толкнула её, не очень хорошо расслышав чье-то бормотание. Шагнула, но первое слово не успело сорваться с моих губ, встретившись с голой спиной Раи. Соболев смотрел на мою сестру, не отводя взгляда с её тела. Даже мой приход не отвлек его от созерцания прелестей. Закрыла дверь и быстрыми шагами направилась к себе. Столкнувшись с Ольгой Петровной, которая выходила из детской.
− Всё хорошо? Да на вас лица нет, − поинтересовалась женщина, останавливая меня.
− Всё нормально, не беспокоитесь. Просто голова жутко разболелась. Извините, я прилягу, − обойдя её, я закрылась в своей комнате.
Замерла, ожидая громкого стука, но отсутствие посетителей ко мне лишь говорило о том, что мой приход в спальню мужчины в столь горячий момент остался незамеченным. И слава богу. Сдерживая эмоции внутри себя, набрала номер, обладатель которого мог мне помочь не только советом, но и делом. Больше мне надеяться было не на кого…
Эпилог 1
Найду и ремнем по по…
− Нашёл? — не оборачиваясь в сторону вошедшего, задал я вопрос.
Голос мой был пропитан злостью и нетерпением. Была бы моя воля, то в моих руках давно оказался мой же ремень, но… Сперва бы найти её, а потом уже после разбираться.
Собеседник за моей спиной молчал. Я сжал кулаки, что стакан в моей руке лопнул. Липкая красная жидкость потекла, будто кровь. Может, и кровь, но в данный момент меня всё это мало волновало. Я даже не засуетился, чтобы вытереть или обмотать вокруг ладони полотенце. Всё не имело смысла, не имело значения с того самого дня, когда Анюта ушла из моего дома. Не попрощавшись, не поговорив, просто взяла и ушла. Никто не знал, куда она пропала, как сквозь землю провалилась. Даже попытки уговорить её подругу Варвару не увенчались успехом. Она только и твердила, что не знает ничего и все на этом. Даже моя откровенность в том, что Анюта мне нравится и я хочу добиться её взаимности, никак не повлияли на её положительное решение. Пришлось снова просить помощи крестного и нанять лучших детективов.
Но вот сейчас он стоял за моей спиной и его красноречивое молчание говорило само за себя. Снова неудача. Уже третий месяц поисков не приносило никакого результата. Неужели у Анюты был кто-то, что помог ей спрятаться от меня? Об этом думать не хотелось. Едва удержавшись от удара по столу, повернулся в сторону стульчика для кормления, в котором находилась Лера и ждала своего обеда.
− Ну ничего, малышка, мы ещё поборемся, да? Мы обязательно её найдем, − то ли я успокаивал ребенка, которая улыбалась мне, то ли самого себя. Больше склонялся, конечно, ко второму. Наша девочка росла и в последнее время вела себя спокойно, не так, как раньше, как только Анюта бросила её, бросила нас. Жаль, о главной причине её ухода я узнал слишком поздно. Рая, будь она неладна.
− Ты что? — мама схватила меня за руку, останавливая.
Только сейчас я посмотрел на свою ладонь. На столе, на полу поблёскивали темные капли крови.
− Иди, не перед ребенком же, − чуть ли не выталкивая меня из кухни, проговорила она. — В другом месте решайте свои дела.
Мама ожила. Не сразу, но сейчас она души не чаяла во внучке, но я старался всё держать под контролем, чтобы всё было в меру. Иначе она бы набедокурила, отдавая всю себя малышке, как и разбаловав её.
− Давай помогу, − крестный отобрал у меня бутылочку с перекисью и щедро плеснул мне на ладонь. — И не шипи мне тут.
Дальше он молча перевязал мне руку, но до кабинета мы не успели дойти, когда его телефон дал о себе знать.
− Хорошо, принято. Спасибо, Касим, − крестный отключился, но не убрал телефон, внимательно всматриваясь на экран. — Собирайся, сынок. Деревня Моховик ждет тебя, − улыбаясь, он развернул телефон в мою сторону…
Машина свернула с трассы и нас начало шатать. Местные дороги не могли порадовать нас гладкостью. Дмитрий сбавил скорость, но это мало помогло. Валерия мирно посапывала, укаченная в дороге и ничего не замечая вокруг. Интересно, она вспомнит Анюту? И я, и мама, и даже Надежда Аркадьевна чуть ли не каждый день показывали малышке фотографию девушки и говорили ей, кто она. Никто из нас не хотел, чтобы она выпала из жизни малышки, как и из нашей. Моей матери она понравилась, в отличие от Раи, которая как бы не старалась показать себя с лучшей стороны, но Ольга Петровна быстро раскусила её, несмотря на своё не лучшее состояние на первое время. Кто-то из них чуть ли не озвучил слово мама, но я запретил. Пусть всё идет своим чередом. Спешить некуда, тем более, уже сейчас, когда как через пару часов я хорошенько могу всыпать кое-кому по первое число. За побег. От меня и от нашей малышки…
Первое время было очень тяжело. Валерия была беспокойной. Второй раз в жизни от нее отказывались. Пришлось мне самому подключаться по уходу за ней, заталкивая свой страх глубоко. Я боялся брать малышку на руки. Она была такая маленькая, хрупкая, а я весь такой неуклюжий, как медведь, ломающий кусты малины. Спасибо Надежде Аркадьевне, которая быстро научила всему. Мама же никаких чувств по отношению к внучке не демонстрировала, пока в ней не начали проявляться черты Олега. Вот после уже она не отходила от нее, даже ночами, бывало, сторожила кроватку малышки, точь-в-точь как Анюта. Я даже думал, не причинит ли она вред малышке, не специально, конечно же, а из-за излишней любви, но всё обошлось. Они подружились с Надеждой Аркадьевной, чему я был рад. Мама вернулась к жизни и не «утонула» во внучке, чего я тоже боялся.
Я же теперь мог справиться с чем угодно. Меня вон даже одного отпустили к Анюте вместе с малышкой. Доверились или понимали, что Валерия всё же являлась главным козырем, и отпустили с богом. Приготовить кашу? Запросто! Поменять подгузник и помыть ребенка? Как не фиг делать! Встать ночью и покормить смесью? Да легче легкого! Переодеть и погулять с ребенком? Только об этом и мечтал! Мне с легкостью можно было присудить звание отец года, в хорошем смысле этого слова. Я научился понимать Валерию по её выражению лица, по её настроению. И я наслаждался, если можно так считать, отцовством.
− Пусть она считает тебя папой. Со временем, может, и расскажем правду, но так будет лучше. И маму ей верни, − с такими словами провожала меня Ольга Петровна, синхронно вытирая слезы вместе с Надеждой Аркадьевной, когда мы уже садились чуть ли не доверху забитую вещами Валерии в машину.
И вот осталось совсем ничего. Я нервничал. Как воспримет наш приезд Анюта? Что она успела надумать в своей прелестной голове, увидев в моей спальне Раю? Если бы только она пришла позже на минуту, то увидела бы сцену, как её сестра чуть ли не в слезах убегала из моей спальни. Как только она додумалась соблазнить меня? На что рассчитывала? И после я всё же добился от неё того, что хотел. Она написала отказную от дочери за приличную сумму, как и за квартиру, что я купил для Анюты. У Раи словно было маниакальное желание быть во всём лучше сестры, будто она хотела отобрать у нее всё и оставить ту ни с чем. И я не понимал откуда оно в ней. Ещё больше удивило меня то, что она даже не взглянула на свою дочь. Получила деньги, ключи и тут же уехала. Бывают же такие матери…
− Клим Несторович, приехали, − Дмитрий вернул меня в реальность.
Мы остановились у здания администрации маленькой деревни. Ну не вламываться же мне в дом, как какой-нибудь вор. А вот договорились мы с легкостью и получили на руки запасные ключи, дав обещание, что никто прямо сейчас не собирается забирать учительницу, что сумела за короткий срок завоевать любовь детей.
Дмитрий помог занести вещи в дом, как и в сборке кроватки. Внутри было чисто, что и следовало ожидать. И водитель уехал, оставив нас с девочкой одних.
− Ну что, малышка моя, чем займемся, пока ждем нашу маму? — обратился я к Лере, словно она могла мне дать четкий ответ. — Приготовим ей вкусный ужин? А ты знаешь толк, − щелкнул девочку по носу и начал разбирать пакеты с продуктами. Племянница тоже решила не сидеть на стороне, присоединилась ко мне. Ей нравилось изучать своё окружение.
Ужин был почти готов, когда я почувствовал присутствие Анюты. Пол скрипнул под её ногами, но я сделал вид, что занят делом, протягивая Лере кусочек морковки. У неё резались зубы, и она грызла всё, что ей попадалось под руку. Когда же она глазами нашла девушку, то больше уже не получилось делать вид, что мы заняты делом. Опустил девочку на пол, зная, что она тут же направится к Анюте.