Валентина Элиме – Хозяйка образцового приюта. Постояльцев не берем! (страница 8)
Здесь было отдельное здание для целого театра? В приюте? Определенно, я завтра же обойду всю территорию “Гнезда” и засуну свой любопытный носик всюду и везде, где только можно. Что-то сильно многое я упускала. А ведь театром можно привлечь внимание к приюту. В голове у меня начала формироваться цепочка, как все это можно провернуть.
На слова барона Коди Бейли лишь фыркнула, но задумалась. Видимо, у мужчины получилось задеть ту самую струну, что Сандра скрывала от всех и старалась держать глубоко внутри себя. Теперь бывшая актриса не смотрела в мою сторону волком. У нее даже загорелись глаза.
— Нет бы помочь девочке, — устало выдохнул барон и присел. — Она же ради нас старается.
Колкие слова не достались только Ирэн и лорду Кроуди. Аластер сидел возле окна и, как обычно, смотрел вдаль.
— Несмотря ни на что, она приехала сюда, — продолжил барон Коди обо мне в третьем лице, хотя я сидела рядом с ним. — Не сбежала истерично, увидев, в каком плачевном состоянии приют. Не испугалась грязной работы, не пощадила свои нежные ручки. А вы еще высказываете свое фи и усложняете ей жизнь и работу, и без того нелегкую. Мы все знали о том, что она прибудет сюда заранее. Пусть она делает свою работу, а мы поможем ей по мере своих сил.
В лачуге наступила тишина. Все замерли и старались смотреть куда угодно, но только не на меня или на барона.
— Ну, я пойду, — промолвила я через какое-то время, чувствуя себя неловко. Вот вроде и хорошее про тебя сказали, поддержали, но чувства были такие, словно изваляли в грязи.
Никто из постояльцев не промолвил ни слова в ответ. Оказавшись на улице, я полной грудью вдохнула прохладный воздух и направилась в сторону приюта. По дороге прихватила поленья, чтобы разжечь камин. Замерзнуть и простыть у меня желания не было. Старый дом давно не топился.
Кабинет встретил меня свежестью. Разожгла камин, свечи и села изучать документы. Поначалу мне попадались списки работников и постояльцев. Во втором списке многие имена были зачеркнуты. Напротив каждого имени были какие-то пометки, но я не стала заострять внимание на них. Скорее всего, даты их смерти. Это могло и подождать.
Я листала бумаги дальше. За спиной раздался легкий шорох.
— Мыши, что ли? — вслух произнесла я, даже не оборачиваясь. Это и неудивительно. Непонятно, сколько времени дом простоял без жильцов. — Лучше убегайте, — проговорила я погромче, словно зверюшки могли меня не только услышать и понять. — Завтра же поставлю ловушки или заведу кошку. У вас мало времени.
Шорох и шуршание прекратились. Я улыбнулась и продолжила изучать документы. Но ненадолго. Пока не раздался скрип половицы, едва уловимый, будто чья-то осторожная поступь. Ветер? Резко обернулась. Нет, окно было закрыто. Повернула голову в другую сторону, вглядываясь в темноту. В углу, где стоял шкаф, что-то мелькнуло. Или мне просто показалось? Померещится же всякое на ночь глядя.
Я снова углубилась в изучение документов. На этот раз я пробежалась глазами по отчетам по закупкам продуктов: сколько и когда привозили. Листок я отложила в сторону. Нужно будет узнать, почему они прекратили поставку.
И снова шорох. Я замерла. Это уже напрягало. Я поежилась, по спине пробежал холодок. Только призраков мне не хватало. Ведь некоторые из них могут оказаться не слишком-то дружелюбными. Сделав вид, что продолжила читать пожелтевшие документы, напрягла слух. На этот раз я отчетливо услышала скрип половицы и шаги. Я замерла, задержав дыхание. Это были шаги: быстрые, мелкие, словно кто-то маленький пробежал босиком по деревянному полу. Ребенок? Откуда он?
Медленно повернула голову. Комната была пуста.
— Странно, — прошептала, чувствуя, как по спине снова пробежал холодок.
Ведь я отчетливо слышала шаги. Да и пламя на свечах дрогнуло, словно мимо них кто-то прошел.
— А ну, выходи! — чуть ли не прокричала я, схватив кочергу возле камина. — Иначе я за себя не ручаюсь. Выходи, кому говорят!
Только шуток от постояльцев приюта мне не хватало.
Но мои угрозы возымели эффект. Со стороны шкафа снова раздались шаги, и из темноты показался силуэт…
Глава 7. “Хозяин” приюта
Глава 7. “Хозяин” приюта
Аннабель Хэдли
Со стороны шкафа в углу снова раздались шаги, и из темноты показался силуэт. Я едва в обморок не грохнулась. Хорошо, что молодое тело Аннабель было крепким.
— Кто ты? — обратилась я к мужичку маленького роста, который неуверенно ступал босыми ногами по чистому полу. — Что ты тут делаешь? — и я крепче сжала кочергу, глядя на коренастого мужика. Точнее, карлика.
Он был небольшой, не выше метра. Ну, чисто ребенок. Кожа серовато-коричневого цвета, потрескавшаяся, как кора, и местами покрытая темными пятнами, будто он лазил по дымоходу. Лицо морщинистое, с глубокими складками, а из-под мохнатых бровей поблескивали узкие глазки-щелочки, желтые, как янтарь. Нос был картошкой, из ноздрей торчали седые волоски. Борода его неопрятно свисала, торча в разные стороны, будто он часто теребил ее в задумчивости. В спутанных волосах застряли какие-то крошки, травинки и даже паутинка. Одет был в нечто среднее между кафтаном и мешковиной. Ткань когда-то, наверное, была не то красной, не то коричневой, но теперь выцвела до грязно-серого, не раз заштопана и перештопана. Пахло от него пылью, сушеными грибами и чем-то еще теплым, словно я приехала… Домой?
Он стоял напротив, изучая меня, потом медленно склонил голову.
— Здравствуй, хозяюшка, — проговорил он ласково, выпрямившись. — Давно тебя ждал и вот этот день, наконец-то, наступил. Дождался, дожил.
— Кто ты? — снова повторила я свой вопрос и опустила кочергу. Опасности от мужчины я не чувствовала, но настороженность не помешала. Свое “оружие” из рук я все же не выпустила пока.
Мужичок почесал затылок и задумался.
— Домовой-учетчик по-вашему, — был его ответ.
— Кто? — удивилась я, выронив из рук кочергу.
Разве и такие бывают? Про домовых я слышала, и не раз. Еще бабушка верила в него и уважительно к нему относилась, хотя я ни разу не видела его. Всегда прощалась с ним, когда уходила из дома, и просила проследить за хозяйством. С самым первым здоровалась с ним, когда заходила в дом. Оставляла для него сладости.
— Домовой-учетчик, — терпеливо ответил мужичок. — Тот, который следит за порядком в приюте. Деньги считает, все перепроверяет, — голос его был пропитан неуверенностью.
— Что-то плохо ты следил за порядком, — машинально проговорила я, опускаясь в кресло возле камина. — Ну, рассказывай давай, куда все деньги приюта делись. Кто обсчитал пожилых людей?
Домовой вздохнул и весь покраснел.
— У тебя имя-то есть, домовой? — видя, что ему трудно было начать разговор, поинтересовалась я, начав задавать вопросы.
— Будет, если ты мне его дашь. Имя домовым должна давать их хозяйка, тогда они будут служить ей верой и правдой долгие годы, — оживленно проговорил мужчина.
Я же засомневалась в его словах. Что-то не видно, чтобы он верой и правдой служил прежнему хозяину или хозяйке. Приют-то был в плачевном состоянии. Видимо, мужчина правильно понял мой взгляд и сник.
— И какое имя тебе дать? — проговорила я вслух. Это тебе не кличку кошке или собаке выбирать. — Может, есть какие-то пожелания?
Домовой лишь пожал плечами, не захотев мне помочь.
— Тогда будешь Рубликом, — приняла я решение, ничего умнее не придумав.
И что тут случилось!
Домовой начал меняться на глазах. От неожиданности я даже с ногами на кресло забралась. Правда, в росте он все равно не вырос, но его внешность кардинально изменилась. Теперь передо мной стоял опрятный Рублик в чистой одежде.
— Благодарю, хозяюшка, — снова поклонился он мне. — Спасла ты меня от неминуемой гибели. Теперь я готов служить тебе верой и правдой, как и рассказать свою историю.
От произошедших на моих глазах изменений я сидела разинув рот. Разве такое возможно? Это же магия чистой воды!
Теперь перед моими глазами находился тот самый домовой из сказок в детстве. Невысокого роста, как ребенок четырех или пяти лет. Лохматый и косматый, с бородой чуть ли не до колен. С одной разницей. Одежда уж больно сильно смахивала на одежду офисных клерков, что я еле сдержала смешок. Каков домовой-учетчик!
— А теперь перейдем к делу, — не спросил, а утвердил он.
Я аж рот раскрыла от такой наглости. Что он делал все эти годы? Где был? А тут, видите ли, делами хочется заняться.
— Кхм, — привлекла я внимание Рублика. — Как бы ночь на дворе. Не знаю, как тебе, но мне нужен отдых и полноценный сон. Иначе я завтра буду клевать носом, и от меня никакой пользы не будет. А на мне, если ты не в курсе, целый приют, который стоит восстановить.
Еще бы знать, как именно. Постояльцы приюта не особо-то желают изменений и жалуют меня. Только барон Коди и поддержал. Денег на ремонт тоже нет, и я понятия не имела, где и откуда их брать. Были некоторые мысли, но для этого нужно было изучить сохранившуюся документацию приюта. Жаль, что многих бумаг недоставало.
Домовой замер на месте. На кончиках его пальцев искрила магия. Видимо, он что-то хотел показать мне. Но событий на сегодняшний день хватило с избытком. Мне хотелось одного: завалиться спать в мягкую постель. И желательно в свою. Но таких излишеств я была лишена здесь. Очевидно, Рублик все понял по моему кислому лицу.