Валентин Солоухин – Неизмерима истина земли (страница 20)
Оранжево-палевы ветки калины,
На вырубке, между берёзок и ёлок.
Радеют, как будто они новосёлы —
Под ноги ковёр им: трава без иголок.
По веткам мостится снегирь да синица,
По веткам заря… нет, то гроздья зардели!
Пришёл на поляну с калиной проститься
До крепких морозов, до снежной метели.
Вернусь.
Прибегу я к поляне на лыжах.
Быть может, калина в платочке из снега,
Румяная, ягодой зрелою брызжа,
Меня угостит после трудного бега.
Прокатится солнце – и день
Погаснет, как в поле костёр.
Зардеются тучи, луна
Появится белым пятном.
Ночь будет темнеть и чернеть,
И озеро в сумраке том
Исчезнет до яркой звезды,
Сольётся с крутою горой.
Но вспыхнет Полярной звездой —
Стрелой пролетит метеор,
Ракетою росчерк огня
По озеру ярко промчит.
Вот тут заиграют над ним,
Рассеяв безмолвную тьму,
Бескрайние россыпи звёзд,
И озеро примет их все.
Расселит в глубинах, как рыб,
Собьёт в косяки и на мель
Погонит под утро в туман.
А утром белёсой блесной
Луна перед солнцем замрёт.
Ударит вдруг солнце в луну
Лучами, как бьёт шереспёр,
И канет в пучине луна
Под брызгами ярких лучей.
Прокатится солнце – и день
Погаснет, как в поле костёр…
Часть II. У каждого должны быть облака
1. Читайте на полотнищах знамён
У каждого должны быть облака,
Дожди и бури, лютые морозы,
И солнце яркое, и нежная рука
Любимой женщины, любимой и единственной.
Я расскажу вам вкратце жизнь свою,
Всё было у меня, всё было;
Дожди такие – ночи без рассветов,
А холода – дыханье в горле стыло,
И солнце – раскалённый паровоз
С железным лязгом в душу заходило.
А женщины?..
Да, были и они,
Друзья, подруги, милые знакомки…
Любимой не было, мне явно не везло,
Возможно потому, что я в пустыне;
Среди лесов, забытых деревень,
С утра до вечера, до чёрной темноты
Пахал поля или валил деревья.
Я проклинал весь мир, печальный и безвинный,
Который на «круги своя» тащил меня.
Я бросил лес, на шахты укатил,
Чтоб оценить, как сладко мне жилось
Среди природы, под просторным небом.