Валентин Солоухин – Неизмерима истина земли (страница 12)

А в августе – ядрёней звезды,

Приятен ночью холодок.

Антоновкой пропахший воздух

В луга уносит ветерок.

И только к сентябрю поближе,

Как в небе гуси загалдят,

Совсем нечаянно увижу

У липы бронзовую прядь.

3. Печальной осени заплаканы глаза

Осенние приметы —

Омёты на полях,

А раньше – перелёты

Гусей и прочих птах.

А раньше – небо в строчку

И журавлиный клик

И на болотной кочке

Свой дом хвалил кулик.

Не встретишь жаворонка,

Зайчонка у куста,

Родимая сторонка

Просторна и пуста.

Из проволоки сети

В глубинных небесах.

Не дразнят эхо дети

В открывшихся лесах.

Всё реже солнце светит…

Буксует грузовик.

В нём в городишко едет

За хлебушком старик.

Печальной осени заплаканы глаза,

И омута засыпаны листвою.

Как в золотом окладе образа,

Склонены ивы над водою.

Прошли дожди, отава поднялась,

Квадраты яркой зелени озимых.

Могучий дуб, на всю округу князь,

На косогор взошёл, как из былины.

Табун коней никто не стережёт,

Он по лугам, по перелескам скачет.

Как дивно слышать, что скворец поёт…

Как жутко сыч на колокольне плачет.

Над осенней рощей ветер забуянил.

Листья опадают от его возни.

И качают клёны головами пьяно,

Тянутся берёзки:

– Всё возьми! —

И гуляет ветер по лесным полянам,

Падает в овраги,

Казаком под тын.

И выходит ветер, пляшет без баяна

И стоит, качаясь, у рябин.

А когда средь ночи

Он угомонится

И застынет, синий, недвижим,

С неба глянет месяц,

Добрый, светлолицый,

И с упрёком скажет:

– До чего дожил!

Я вышел в поля за околицу,

Чернеют пары, а лужок

Того и гляди расколется:

Ручей – чуть заметный стежок.

Но воды, осенние воды

Шумят по оврагам, лесам.

Ольховой листвы – ветроходы,