Валентин Солоухин – Неизмерима истина земли (страница 11)

Смотрит на испуганных людей.

Окружили меня зеленя,

Степь притихла, ни звука над полем.

Среди белого дня, среди ясного дня

Лунный диск скоро солнце закроет.

Дед, что сад сторожил,

Что зимовки берёг,

Вроде век свой прожил,

Но со страху убёг.

А светило светило,

Лишь краешек блек,

Да сорвался «ветрило»,

Пыль взвихрилася вверх.

Перекати-поля по полю

Промчались шары,

И, спокойно, на воле

Плыли в небе орлы.

Среди белого дня, среди ясного дня

Под лучами играли вокруг зеленя.

Длилось лето, длилось бесконечно.

Мне легко жилось в лесном краю.

По соседству голубая речка —

Вдохновенье птахе-соловью.

Утро кинет розовые струны,

Бор проснётся, сладостно вздохнёт,

Кроны сосен – голубые луны,

К солнышку, как к брату, повернут:

– Здравствуй, братка,

Где ты ночью бродишь?

Где мелькаешь рыжей головой?

Ты уйдёшь, и у плохой погоды

Забушует шабаша разбой.

Как она нас треплет, как лютует!

Словно осень с холодом пришла…

Солнце, улыбаясь, поцелуи

Дарит бору в щедрости добра.

Утешает:

– Будет ночью месяц,

Он поставит шабашу заслон… —

Тёплое, по небу околесясь,

Катит к горизонту под уклон.

И в природе всякое бывает;

Лето, осень, лютая зима.

Даже в юно-отроческом мае

Не хватает нежного тепла.

Все мы верим в вечные минутки,

Если счастье голову кружит…

Длилось лето годы или сутки —

Всё равно: ещё бы так пожить.

Спокойные, тихие воды,

Кувшинки, тростник и куга.

И кажутся вечными годы,

Как вечные берега.

Не скоро трава пожелтеет,

Закончится песнь соловья.

Черёмуха ночью белее

И ярче, чем кофта твоя.

Заливисты трели пичужки,

О вечность, тебя ль вспоминать!..

Идут по дороге старушки

К погосту – родных поминать.

А в августе крупнее росы,

Вода хрустальней хрусталя,

И снежной заметью берёзы

На дальней просеке стоят.