Валентин Сидак – Погляд скрозь гады. Белорусские очерки иностранного консультанта (страница 14)

Нет, просто в его богатой и очень насыщенной разнообразными событиями жизни были два ключевых, но очень показательных, «ритуальных», если хотите, эпизода. Вначале в 1990 году он стал заместителем председателя исполкома Ленсовета и главным экономическим советником мэра Ленинграда Анатолия Собчака, а затем в 1991—1994 годах, на пике решающих событий по смене экономической формации в стране – занял должность председателя Госкомитета России по управлению государственным имуществом. И полной картины его напряженной, многогранной и мультивекторной деятельности на этом посту в течение сравнительно небольшого отрезка времени до сих пор мало кто толком знает. Но, что еще более примечательно, никто в нынешней России даже и не хочет особо этого знать, если судить по реальной отдаче от многочисленных аудиторских проверок Госкомимущества, проведенных Счетной палатой РФ только за последние и предыдущие годы…

Еще раз вернемся в прошлое и вспомним недавнюю отечественную историю. Цитата из Постановления Правительства Российской Федерации от 4 декабря 1995 года №1190 «Об утверждении Положения о Государственном комитете Российской Федерации по управлению государственным имуществом». Задачами Госкомитета являются:

– реализация… государственной политики приватизации государственных и муниципальных предприятий, объектов недвижимости, в том числе земельных участков, находящихся под приватизируемыми предприятиями;

– управление и распоряжение… объектами федеральной собственности на территории Российской Федерации и за рубежом;

– осуществление …координации приватизации государственного имущества, управления и распоряжения федеральной собственностью;

– руководство деятельностью… территориальных органов;

– участие в создании инфраструктуры фондового рынка, обеспечивающей процессы приватизации…

Итак, на государственном уровне была провозглашена линия на ускоренную «приватизацию государственных и муниципальных предприятий, объектов недвижимости, включая землю»…

А созданный еще в 1990 году Государственный комитет Российской Федерации по управлению государственным имуществом (Госкомимущество России) в соответствии с Законом РСФСР «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР» от 3 июля 1991 разрабатывал и представлял Совету Министров проект Государственной программы приватизации (которая утверждалась Верховным Советом), а также организовывал и контролировал реализацию этой программы… Отсюда очень наглядно видно, что смена экономического, а, следовательно, и общественно-политического строя в России произошла уже в июле 1991 года при еще продолжавшем формально существовать Союзе Советских Социалистических Республик с его 76,4 процента граждан, выступивших на мартовском референдуме за сохранение и дальнейшее существование этого государственного образования.

Референдум – это ведь тоже своего рода «клятва», тоже торжественное взаимное обязательство государства и его граждан, тоже своеобразный «ритуал». Спрашивается: на кой леший тут нужен был какой-то хитроумный, но политически и юридически совершенно невнятный «новоогаревский процесс» с его попыткой выработки «проекта нового союзного договора суверенных государств», о котором нам всем в период с августа по декабрь 1991 года беспрерывно, дуэтом, в один голос «сакрально и ритуально» прожужали все уши Горбачев с Ельциным? Если одни из этих «суверенных государств» (к примеру, та же Россия) уже вступили на путь капиталистического развития, а другие (например, Казахстан или Белоруссия) продолжали придерживаться ориентации на социализм с его коллективной формой собственности на средства производства?

И как при этом обеспечить одновременное существование двух различных, классово антагонистичных общественно-политических строев в едином «обновленном» государстве? Извините, но это вам не КНР с Гонконгом и Макао – это, скорее, образцовый клинический пример плюрализма мнений, оценок и решений в одной отдельно взятой голове, более известный в психологии и психиатрии под названием «политическая шизофрения правящих элит».

А если судить по его внутренней, незамаскированной словесной мишурой сути – типичное предательство, клятвопреступление, хорошо известное из истории религии лицемерное фарисейское христопродавство, маскирующее под маской ортодоксальных, консервативно настроенных верующих собственную личную выгоду и «духовное» тщеславие.… Основной движущей силой которого стало неприкрытое стремление правящих центральных и местных элит быстренько, без особого труда и излишних усилий стремительно обогатиться за счет общегосударственной и общенародной собственности, по существу валяющейся у них под ногами.

Согласно российскому закону 1991 года, приватизация – это приобретение гражданами, акционерными обществами (товариществами) у государства и муниципальных образований в частную собственность:

– предприятий, цехов, производств, участков, иных подразделений этих предприятий, выделяемых в самостоятельные предприятия;

– оборудования, зданий, сооружений, лицензий, патентов и других материальных и нематериальных активов предприятий (действующих и ликвидированных по решению органов, правомочных принимать такие решения от имени собственника);

– долей (паев, акций) государства и муниципальных образований в капитале акционерных обществ (товариществ);

– принадлежащих приватизируемым предприятиям долей (паев, акций) в капитале иных акционерных обществ (товариществ), коммерческих банков, ассоциаций, концернов, союзов и других объединений предприятий.

Правовую основу всей этой конструкции составляло Постановление Верховного Совета РСФСР от 03 июля 1991 года «О порядке введения в действие Закона РСФСР «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР». В этот же день Верховный Совет РСФСР принял постановление об утверждении положения о Российском фонде федерального имущества, который являлся неправительственным органом, владевшим, распоряжавшимся и управлявшим собственностью РСФСР, находящейся в его ведении, и осуществлявшим ее приватизацию.

А что мы, собственно говоря, вообще знаем об этой загадочной структуре, получившей статус юридического лица только в феврале 1992 года, и какую роль она сыграла в процессе тотальной приватизации всего и вся, что имело хотя бы минимальную ценность в плане извлечения капиталистической прибыли? Ведь эта роль была ключевой, ее главное предназначение – доставка нужной информации нужным людям по принципу «кто предупрежден – тот вооружен». Или, если по-иному, «кто первым встал – тому и тапочки».

Именно на РФФИ Б.Н.Ельциным была возложена почетная обязанность до 1 сентября 1991 года учредить специальные бюллетени для публикации информации о приватизируемых государственных и муниципальных предприятиях и информирования общества и граждан о заключении сделок приватизации. Многие из вас сумели или даже успели прочитать эти пресловутые бюллетени до запуска процесса приватизации? То-то же…

Сама по себе достаточно резкая и внезапная замена одной общественно-политической формации (социализм с его общественной формой собственности на средства производства) на другую (капитализм с частной формой производства и присвоения конечного продукта) какого-то особого бурления и протеста в умонастроениях подавляющей части общества не вызвала. Оно просто-напросто и не заметило шулерской подмены карт в колоде. Заметит уже потом, по прошествии десятилетий, и кто-то при этом даже очень сильно пожалеет о случившемся. Больше на словах, естественно…

Если бы процесс приватизации в России прошел так, как, к примеру, в той же Чехословакии, где на первом этапе «построения чешского или словацкого капитализма» хотя бы внешне было более-менее «по справедливости» поделено буквально все – от земли и лесов, рек, озер, предприятий, зданий и сооружений до железных дорог, электростанций и избытков вооружений с боевой техникой – социальная обстановка в современном российском обществе и духовная атмосфера в нем были бы, думается, сегодня несколько иными.

Мне в привязке к бесконечной и бездонной теме «приватизация по Чубайсу» припоминаются три очень характерных эпизода. Первый связан с именем трагически погибшего в ноябре 1994 года депутата Государственной Думы 1-го созыва от КПРФ Валентина Семеновича Мартемьянова – одного из наиболее видных отечественных специалистов в области хозяйственного права, сыгравшего выдающуюся роль во время Конституционного суда «по делу КПСС и КПРФ». Он был членом думского комитета по собственности, приватизации и хозяйственной деятельности и стал первым депутатом уже «новой России», погибшим от рук неизвестных злодеев, которые с тех времен, насколько я знаю, так и не были найдены. Его экспертное суждение по проблемам приватизации было для членов фракции КПРФ наиболее весомым и по сути дела определяющим, хотя среди депутатов-коммунистов были такие видные отечественные юристы, как В.Д.Филимонов, А.И.Лукьянов, В.И.Илюхин, О.О.Миронов и другие.

Анатолий Чубайс еще со времен первой думской избирательной кампании был для фракции КПРФ политической мишенью №1. Когда нужно было отвести душу, показать всю глубину своей классовой ненависти к правящему антинародному режиму и громко выругаться на публику по адресу действующего президента Бориса Ельцина, но при этом ухитриться не попасть под санкции думской комиссии по этике – тут же поминали Анатолия Чубайса во всех мыслимых и немыслимых числах, временах, падежах и склонениях. И вот однажды на заседании фракции, которая, как всегда, была готова «живьем схарчить рыжего черта со всем его гнилым внутренним ливером», вдруг просит слово В.С.Мартемьянов и как-то уж очень непривычно для него раздумчиво, даже слегка задушевно и лирично говорит: «Коллеги, а вы знаете, я вчера битых два часа беседовал с одним умнейшим человеком и очень толковым специалистом-хозяйственником». Народ в зале заседаний фракции сразу очнулся от полудремы и заинтересованно ожидал, кто же этот неведомый «мудрейший специалист»? Мартемьянов: «Фамилия его… Чубайс». В помещении тут же воцаряется мертвая, гробовая тишина из-за внезапно постигшего десятки депутатов-коммунистов коллективного шока.