Валентин Сарафанов – Талисман для героя (страница 75)

Товарищ Дондо махнул рукой. Из глубины улицы медленно выползли три мощных тягача. Они тащили за собой железнодорожную грузовую платформу. Платформа перемещалась на танковых гусеницах. На ней была установлена чудовищно огромная пушка.

– Это главное орудие немецкого линкора времен второй мировой, – с гордостью заявил Дубо, словив мой удивленный взгляд. – Наши умельцы приспособили его для сухопутных сражений. Теперь орудие мертвого диктатора воюет против нового диктатора.

Тягачи выволокли пушку на исходную позицию в конце улицы. На платформу залезла группа бойцов и приступила к наводке орудия на цель. Ствол пушки медленно повернулся в нужном направлении, немного опустился и замер.

Рядом с пушкой выставили четыре миномета.

Один из бойцов, что-то прокричал. Товарищ Дондо молча кивнул.

– К стрельбе готовы, – пояснил Дубо.

Послышался звук моторов. По улице к нам приближались три грузовика. Их кузова доверху были заполнены автомобильными покрышками.

Бойцы засуетились, шустро опустошая кузова. Оттаскивали покрышки в самый конец улицы, сваливая их в кучи рядом с подбитым автомобилем.

Товарищ Дондо тоже активизировался. Он что-то гортанно орал кому-то по спутниковому телефону.

– Держите, – Дубо протянул нам тряпки, смоченные водой. – Когда пойдем в атаку через дым, закроете рот и нос. – Уже скоро. Сейчас начнется артподготовка. Потом подожжем покрышки и рванем вперед.

– Чем-то воняет, – брезгливо сморщился Кожура, нюхая тряпку.

– Тебе дали местную портянку, – хохотнул Роман. – В ней экзотический запах Африки. Он активизирует скрытые силы организма.

Кожура на эти слова только рукой махнул.

Тряпка действительно воняла тухлой рыбой, и я отложил это «грязное дело», надеясь проскочить сквозь дымы без нее. Вообще-то могли бы почетным советским гостям и противогазы выдать. Но тут по всему такой роскоши не было.

Бабахнуло неожиданно.

Минометы ударили враз, и через секунды дворец скрылся за дымами от взрывов.

Снаряды по крутой навесной траектории били в стену, ложились перед ней и за ней. По самому дворцу не стреляли. Берегли национальную гордость.

Неожиданно, как гром с неба, жахнула пушка линкора. Впереди поднялся столб огня, но результата выстрела за дымами не было возможности рассмотреть.

Хунта отстреливалась беспорядочно и не прицельно. В основном плевалась из минометов по площади. Пару раз крепко жахнуло перед покрышками. Немудрено. Как же тут можно пристреляться под таким огнем.

Снова долбанула пушка. Столб огня впереди.

Пушка била раз за разом. Справа и слева ей вторили, пробиваясь через минометную канонаду другие крупные орудия с соседних улиц.

Все это время товарищ Дондо непрерывно переговаривался с кем-то по телефону.

– Есть брешь в стене! – сообщил Дубо. – Воздушная беспилотная разведка доложила.

– У вас есть дроны? – удивился Роман.

– У нас все есть для победы! – гордо ответствовал Дубо.

Артподготовка постепенно закончилась. Минометы всколыхнули воздух еще пару раз, и наступило затишье.

Дым от взрывов медленно рассеивался. Проявилась стена. В ней зияла добротная пробоина до земли в десяток метров шириной.

Повстанцы облили покрышки бензином и запалили их. Вскоре жирный черный дым потянулся шлейфами над площадью и постепенно накрыл её полностью.

В небо взвилась белая ракета.

– Тумба дохунда! – завопил товарищ Дондо и первым ринулся в бой. За ним рванул Дубо. Я также резво взял со старта, равно как и Кожура с Романом. За нами хлынуло все воинство.

Краем глаза сквозь дымную мглу успеваю заметить, как с соседней улицы вырвался еще поток воинов.

– Рррааааа! – раскатилось над площадью.

Едкий дым ударил по глазам, пробился в нос и глотку. Закашлялся. Попытался повязать тряпку на бегу. Узел развязался, и её как ветром сдуло.

Несусь, можно сказать, вслепую. Дым такой густоты, что и в пяти шагах ничего не разберешь.

Грохот взрывов. Свист пуль. Хунта кроет огнем площадь наугад.

Перепрыгиваю через павших. Их много. Эх, блин! Сейчас бы сюда оператора с кинокамерой. Крутой вышел бы фильм. Это вам не на учебном поле снимать.

Кожуру и Романа потерял из виду. Живы ли? Нет?

Товарища Дондо и Дубо тоже не видно. Если ад существует, то он такой, как здесь. Повстанцы мелькают в дыму, подобно чертям.

А вот наконец-то и стена проступила в дымной мгле. На ней солдаты хунты. Стреляют в упор.

Даю очередь веером по верху стены. Успеваю заметить, как с неё падают враги.

Вижу пролом. Устремляюсь туда. Там тесно от повстанцев. Все это воинство подобно бурной реке, стремящейся через узкую пробоину в плотине.

Эта река подхватывает меня и выносит за стену.

Здесь нас встречает перекрестный кинжальный огонь. Хунта бьет пулеметами из окон дворца и с гребня стены. Бойцы косятся десятками.

Мгновенно соображаю, что надо ликвидировать линию вражеского огня с тыла. Иначе всем хана.

Рвусь на стену по каменным ступеням. За мной ринулись повстанцы. Взбираюсь наверх. Повстанцы за мной по пятам. Сталкиваемся лицом к лицу с врагами, и закипает рукопашный бой.

На меня с рычанием кидается боец. Рожа оскалена. Эдакая горилла в военной форме.

Уклоняюсь от пудового кулака и бью с кругового удара прикладом в рожу. Боец откидывается. Добавляю ногой в живот. Он падает со стены.

Наталкиваюсь на какого-то негра. Ха! Да это же Кожура! Закоптился под дымом. Таращит глаза на меня, словно видит в первый раз. По всему я тоже почернел.

Нервно ржет.

На него несется со спины длинный детина с кривым тесаком.

– Сзади! – кричу я.

Кожура инстинктивно пригибается. Я стреляю. Противник падает.

Битва на стене продолжается.

Выстрелы, вопли, взрывы гранат. Кровь.

Свистят пули. Они косят, как повстанцев, так и врагов.

Стреляют с башни, где ворота. Там на её вершине засели пулеметные расчеты.

Возле башни на стене кипит жаркая схватка.

По стене через мясорубку боя пробиваюсь к башне. Кожура рвется за мной.

Мы поспеваем вовремя на помощь к повстанцам. Под нашим общим натиском бойцы хунты через проем отступают внутрь башни.

Бросаю туда гранату, чтобы очистить путь.

Взрыв.

Ныряю в проем. Перескакиваю через неподвижные тела.

За спиной схватка закипает с новой силой. Откуда-то подоспело подкрепление хунты. Эти твари защищают башню, как звери свою нору. Еще бы. Это хорошая высотная огневая точка, с которой простреливается все пространство до самых стен дворца.

Вопит Кожура. На него сзади кинулся и повис вражеский боец. Кожура скидывает его, валит и пинает сапогами по голове, пока тот не затихает. Я тем временем шарю глазами в сумраке. Где тут путь наверх? Вижу каменную крутую лестницу. Взбираюсь по ней. Вижу люк. В нем клочок неба. Забрасываю туда гранату. Жду секунды, пока она взорвется, и кидаюсь наверх. Выскакиваю через люк на открытую площадку, готовый стрелять во все, что движется. Здесь четыре мертвых тела в крови. Два пулемета и миномет.

Следом забирается Кожура.