Валентин Сарафанов – Талисман для героя. Фантастика. Альтернативная история (страница 11)
– Следующий!
После короткой фотосессии с нами, ефрейтор еще некоторое время тупо и долго колдует на клавиатуре ноутбука.
– Сычев, ты чего возишься? Давай быстрее! – торопит его лейтенант.
– Куда быстрее-то? Зачем? Солдат спит – служба идет, – бормочет ефрейтор.
– Я тебе посплю! О дембеле думаешь? Мыслями уже дома? Когда у тебя дембель?
– Этот призыв закончится, и домой.
– Через неделю, значит. Понятно с тобой все. Что будешь на гражданке делать?
– Сначала набухаюсь, отдохну пару недель, а потом работать пойду. Меня в райком комсомола обещают пристроить инструктором.
– Инструктором? В райком? Врешь, однако, – лейтенант недоверчиво скривил лошадиную физиономию.
– Чо мне врать-то? Я искренне предан идеям коммунизма. Ленина читал.
Принтер загудел. Из него медленно вылез лист бумаги с нашими фото. Ефрейтор аккуратно вырезал их, смазал клеем, прилепил в военные билеты и приложил на них печать.
– Все, – облегченно выдыхает он. – Держите, вояки. Храните их, как свои яйца!
Мы прячем военные билеты в карманы пижам.
– Пошли дальше! – приказывает лейтенант.
Дальше был склад. Здесь нам выдают армейские вещмешки с сухим пайком в виде черствой буханки серого хлеба, банки сгущенки и двух банок тушенки.
– Все стразу не жрать! Это вам на день, – предупреждает лейтенант. – Пошли дальше!
Дальше был зал ожидания с лежанками, обшитыми коричневым дерматином, обсиженными десятками лысых новобранцев. Здесь воздух был пропитан душным запахом пота, замешанного на хмельном перегаре. Лейтенант подводит нас к группе молодых людей в количестве восьми, устроивших на одной из лежанок импровизированный стол. На нем среди пластиковых стаканов, нарезки колбасы, банок с кильками, кусков хлеба и сала стоит початая бутылка водки.
– Вот, – лейтенант указывает на молодых людей. – Это ваша команда. Номер 114. Сидите тут и ждите оповещения. Отправка примерно через пару часов.
– Товарищ лей…, товарищ лейнетант, – заплетающимся языком выдавливает из себя один из участников застолья. При этот его рот блещет металлической фиксой. – А я не хочу в стройбат. Я желаю отдать Родине свою честь с оружием в руках. Можно меня…
– Можно Машку за ляжку, – прерывает его лейтенант. – Отставить разговоры! Бухайте поменьше! Чтобы у меня все на ногах стояли при отправке! Иначе поедете служить на южный берег Северной земли.
– Так точно, твердо стоять на ногах! – обладатель фиксы гордо вскидывает голову и, приложив правую ладонь к виску, провожает уходящего лейтенанта мутным взглядом, затем широко разводит руками.
– Присаживайтесь братаны! Меня Серегой зовут, а вот это Степан. Мы вместе с ним зону топтали. Тут мы все ребята серьезные. В натуре, кореша?
Все кореша дружно, как один закивали в ответ. Мы присаживаемся на лежанку.
– А вы откуда такие? – спросил Степан. – Вас будто прямиком с зоны пригнали. Но вы в странную робу вбились.
– Нас с психушки привезли, – пояснил Кожура.
– Так вы психи?
– Были, но уже вылечились.
– Ну, да! – Степан недоверчиво уставился на Кожуру. – Псих, это навсегда.
– Армия лечит все, – поясняю я.
– Точно, братан! – Серега хлопает меня по спине ладонью. – Армия – лучший доктор! Выпьем за армию!
– Выпьем, – соглашаюсь я.
– Степан! Еще три пластика!
Степан достал из-под лежака три стаканчика, и в них с веселым бульканьем потекла водка. Она теплая и противно застревает в горле.
– А куда нас повезут? Кто знает? – спрашивает Роман, прожевав кусок сала.
– В Благовещенск. В стройбат, – отвечает Серега.
– В стройбате деды лютые, – хмуро произносит Степан.
– Главное вместе держаться. Тогда мы всех дедов зажмем, – самонадеянно заявляет Серега. Точно я говорю, кореша?
Все опять дружно кивают.
– Зажмем, зажмем.
Некоторое время все сосредоточенно жуют.
– Опять Харя идет, – настороженно произносит Серега, глядя мне за спину. Я оглядываюсь. К нам приближается лейтенант вместе с каким-то коренастым широкоплечим сержантом.
– Вот, все что есть. Выбирай, – ухмыляется лейтенант.
Сержант цепким взглядом изучает нашу компанию. Его широкую грудь украшает краснознаменный гвардейский знак и еще несколько армейских значков.
– Вот эти в сером, – уверенно произносит он после недолгих раздумий.
– Их из дурдома привезли. Они симулянты, – предупреждает лейтенант.
– Мне пофиг. Я их забираю.
– Как скажешь, гвардеец, – пожимает плечами лейтенант. – Психи, подъем! Смирно!
Мы вскочили на ноги.
– Моя фамилия Сукорюкин, – представился сержант. – Вам выпала честь служить в краснознаменном гвардейском мотострелковом полку имени Ленинского комсомола. Следуйте за мной!
– А я! Я тоже хочу в гвардию! – завопил Серега.
– Четвертый лишний, – ответил сержант и направился к лестнице. Мы переглянулись и ринулись за ним.
Спустились во двор на плац.
– Команда 117 ко мне! – зычно крикнул сержант. – В две шеренги становись!
Примерно два десятка человек сбежались в центр плаца и построились в линию. Сержант оглянулся на нас.
– А вам что пинка под жопу? Быстро в строй!
Мы дополнили шеренгу по правому флангу.
Сукорюкин забрал у всех новобранцев военные билеты, сложил их в полевую сумку, затем вытащил из нее какие-то бумаги и, заглядывая в них, провел перекличку.
– Товарищ сержант! Товарищ сержант! – жалобно заскулил, кто-то из призывников. – А я… А мне в туалет…
– Отставить разговоры в строю! Раавняйсь! Смиирно! Налееву! Шагом арш!
Ворота перед нами открылись. Наш неровный строй покинул двор сборного пункта На миг остро пронзило ощущение, что я сплю. После дембеля на гражданке мне не раз виделись сны, где я вновь и вновь проходил армейскую службу. Вновь и вновь во снах я проходил эти ворота. Но теперь это был не сон. Это был бред. Мне вдруг стало весело. Еле сдержался от нервного хохота.
За воротами нас ждал небольшой автобус. Его двери были открыты.
– Прыгайте быстро! – скомандовал сержант.
В автобусе было жарко. За рулем сидел потный круглолицый мордоворот с погонами младшего сержанта и лениво потягивал пиво из бутылки.
– Все сели? – спросил он, не оборачиваясь, и бросил пустую бутылку через открытое окно на газон.
– Гони, – махнул рукой вперед Сукорюкин. – Времени в обрез. За полчаса доехать надо.