Валентин Русаков – Пёс империи (страница 37)
— Допустим, — спокойно согласился Кинт.
— Жандармы, что опрашивали вас, в своем отчете указали, что при вас не найдено оружие, за исключением трости с секретом, — он отогнул указательный палец и ткнул им в сторону трости, которую Кинт прислонил к столу, — а я и мои люди убедились в обратном.
— Тут тоже согласен, просто не хотел нервировать жандармов своим арсеналом.
— При обыске в ваших вещах нашли еще два жетона гражданина и гражданскую грамоту на имя Кинта Акана, — наемник отогнул средний палец.
— И о чем это говорит?
— Как минимум вы не тот, за кого себя выдаете, но, скорее всего, вы преступник, как-то связанный с похищением! — Наемник встал, заложил руки за спину и стал прохаживаться от стола к двери, — я не привык тратить так много времени с подобными вам людьми, потрудитесь объясниться!
— Все очень запутано, — Кинт улыбнулся и развел руками, — но я постараюсь.
— Уж постарайтесь, — наемник шагнул к двери, открыл ее и крикнул в коридор, — зайдите!
— Ну… мы ведь по-другому договорились, — покачал головой Кинт.
Понимая что ситуация стремиться к неприятностям, Кинт решил играть в открытую, так как времени на сон оставалось все меньше, и это расстраивало его больше всего. В комнату вошли трое и встали полукругом перед столом, у одного из них рука лежала на рукояти револьвера в открытой кобуре на поясе. Старший вышел вперед, но встал так, чтобы не загораживать своим людям Кинта.
— Я знаю, что у Майнга, относительно других городов терратоса есть свои привилегии, и ваше присутствие здесь, одна из них, однако, несмотря на привилегии, вы должны просто удалиться. Придумайте сами, как отчитаться перед городским советом Майнга, — Кинт медленно, чтобы не провоцировать наемников, достал жетон инспектора секретариата безопасности.
— Значит, — старший наемник ухмыльнулся и его взгляд начал стекленеть, он подал ладонью какой-то знак своим парням и они напряглись, — господин судья и господин Вогг ничего не напутали! Тем хуже для вас! Ни я, ни городской совет, не позволит имперским ищейкам что-то вынюхивать в нашем городе!
— Какая длинная была ночь… как же я устал…
— Может, ему колено прострелить? Вся имперская спесь сразу пройдет… — пробасил один из парней, что был с револьвером.
Кинт ничего не ответил, а лишь поднял правую руку, и оттолкнулся от пола, падая назад вместе со стулом. Трижды грохнуло — дважды из-под рукава Кинта и один раз со стороны наемников… Перекатившись за столом, Кинт выхватил оба пистолета и начал стрелять сначала по ногам у двери, а потом, когда те, кто еще стоял, свалились на пол, он разрядил до конца все магазины по телам… Вскочив на ноги, Кинт быстро сменил магазины и заправил маленький двуствольный пистолет на свое место. Затем, он перебежал к двери, прислушался, закрыл ее на засов и почувствовал, как слева рубаха прилипла к телу.
— Дьявол!
— Кх… Ты, ты не… тебя найдут… Кх-х… — старший наемник закашлялся и плюнул кровью на паркет.
— Сколько же тебе платят, приятель, что ты готов подохнуть за толстосумов из гильдий? — Кинт присел рядом с ним и сунул один пистолет обратно в кобуру.
— Иди к дьяво… — он не договорил, зашелся в агонии и через секунды стих.
— Успокоились? — Кинт обвел взглядом тела, но все же решил закрепить результат.
Схватив с кровати подушку, он приложил ее к голове одного из наемников, прижал к ней ствол пистолета и нажал на спуск. Сделав так еще два раза, он побросал в саквояж только необходимое, на секунды застыл, осмотрев разбросанные но, уже не такие важные вещи и направился к двери, опять остановился и вернулся к телам.
— Простите парни, но в вашем городе я поиздержался…
Быстро сбежав по лестнице, Кинт остановился на пролете первого этажа и, прежде чем спуститься, присел и заглянул в холл. Дежурного на месте не было, а со стороны ресторана доносились тревожные крики. Кинт быстро пошел к выходу, но его чуть не сшиб с ног выбегающий из двери, что вела в ресторан, дежурный, в его руках был короткий шестиствольный картечник. Кинт увернулся, перехватил руку дежурного и со всего маха всадил ему коленом в живот. Картечник остался в руке у Кинта…
— Ого, это что-то новенькое, ты не против, я оставлю это себе?
— Сюда! Он здесь! Телеграфируйте в жандармерию! — доносилось со стороны дверей, когда Кинт уже выскочил на улицу.
Перейдя на быстрый шаг, он пошел по тротуару, подняв трость в сторону дороги, короткий приклад картечника предательски торчал из саквояжа… Почти сразу рядом притормозил конный экипаж.
— Куда господин изволит ехать? — просипел простуженный возница, но скорее забитые угольной пылью легкие тому причина.
— Прямо! — Кинт забрался в салон, превозмогая боль в боку, и задернул штору.
На к левому боку прилипала уже не только рубаха, штанина на бедре из серой превратилась в багровую.
— Дьявол! — тихо выругался Кинт, расстегнул жилетку, сунул под нее ладонь и зажмурился от боли. Пуля прошла по касательной, но прилично вспорола мясо и, похоже, сломала ребро. Откинув четыре трофейных кошелька разной толщины, он отыскал среди вещей в саквояже походный платок, затем перевязался как смог, убедился, что плащ скрывает испачканную кровью штанину, и откинулся на сиденье, прикрыв глаза.
— Здесь останови, — через десяток минут сказал он.
Экипаж остановился. Бросив несколько монет в протянутую ладонь вознице, Кинт перешел оживленную улицу и остановился на тротуаре, махнул рукой, и из потока транспорта к нему вырулил моторный экипаж.
— Оружейная мастерская Бара!
— Сломался? — водитель скосился на приклад картечника торчащий из саквояжа.
— Да, дьявол его возьми! А сколько кестов я за него отдал!
— С этими новыми моделями всегда так, — посочувствовал водитель и добавил, — ничто не заставит меня променять мой старый пехотный револьвер на эти новые, но ненадежные железяки.
Экипаж рванул с места, а через полчаса Кинт уже сошел на площади в старом городе, которую окружали разные ремесленные и механические мастерские.
Мастерская только открылась, Кинт осторожно вошел, убедился, что посетителей нет и сказал:
— Как дела, Парэ?
— Кинт! Наконец-то, я уже начал волноваться…
— Где Тилет?
— Спит, храпит так, что стекла звенят.
— Это хорошо, есть у тебя что-то для перевязки?
— Конечно, а что случилось?
Кинт отодвинул полу плаща.
— Прости, но не хочу тебя втягивать в неприятности, я сейчас перевяжусь и мы уедем.
— Как же так! Кинт, да я тебе обязан всем вот этим! Как же? Нет, оставайся сколько надо, я помогу, только скажи, что нужно сделать.
— Не тараторь, — Кинт положил руку на плечо Парэ и улыбнулся, — ты ничем мне не обязан, но сейчас мне, действительно, не нужно находиться рядом с тобой, мы обязательно еще увидимся, в другой раз… Я рад, что у тебя все хорошо сложилось.
— Я пока закрою лавку, ты поднимайся наверх, сейчас принесу аптечную шкатулку.
Парэ засуетился, побежал к двери и, закрыв ее, повесил соответствующую вывеску на окне.
В мастерской оружейной лавки Ллодэ царил полумрак, только у окон, где стоял длинный верстак достаточно света. До открытия лавки еще час, маленький Дайм еще спит и есть время поработать.
— Отец, выбрось это из головы, не связывайся, — Сэт аккуратно наносила глазурь на элегантную брошку, прежде чем отправить ее в печь к другим украшениям, — даже Маар говорит, что город уже не тот, что раньше, это же офицеры императорской армии, им многое позволено.
— Многое, — согласился Григо, перекладывая самоцветные камни на куске черного бархата, — но если ты офицер, тем более следи за тем, что говоришь! Сэт, ты что, сомневаешься в том, что я еще могу держать в руке револьвер?
— Нет, отец, я не сомневаюсь, но я так же не сомневаюсь в том, что господин капитан тоже прекрасно стреляет.
— Не смеши меня, он дальше штабного шатра и не видел ничего.
— Отец, — Сэт наконец уложила в печь брошку и закрыла чугунную дверцу, — даже по дуэльному этикету вызвать его может только Кинт, все, забудь, к тому же, капитан Токэ уже пару недель не появляется у нас в лавке.
— Значит что-то задумал, мерзавец! А Кинт, пусть хранят его Небеса, не станет его вызвать на дуэль, он его просто зарежет, как свинью, а потом что? Во-от, опять прятаться, скрываться.
— Забудь, — настаивала Сэт.
— Да… — Григо отложил несколько камней в жестяную коробочку и передал Сэт, — был бы я моложе лет на десять, все было бы по-другому.
— В данной ситуации даже хорошо, что ты стареешь, — звонко рассмеялась Сэт, — а то потом что? Во-от, опять прятаться, скрываться.
— У тебя характер твоей матери, — Григо подошел к Сэт, погладил ее по голове и обнял, — может быть, на этих выходных пропустим ужин у Дукэ?
— Вот еще!
— Стучат, Слышишь? Должно быть, Маар пришел, иди, открой ему, а я пока тут приберу.
Сэт поддерживая длинную юбку, ловко обошла коробки и ящики в коридоре между мастерской и лавкой, вышла в торговый зал и открыла дверь.