Валентин Русаков – Потерянный берег - Рухнувшие надежды. Архипелаг. Бремя выбора (страница 170)
А здорово все же, что на Сахарном мы создали службы, которым уже не нужно так называемое ручное управление, вон на хуторе пару месяцев не был, и ничего, работает налаженный механизм. Климат позволяет дважды собирать урожай, есть где его хранить и перерабатывать, излишки раздаются островитянам или вывозятся на продажу в Лесной. Хуторяне сами отстроили ледник – большую землянку, в которую закладываются скоропортящиеся продукты, куски льда делают путем заморозки воды в тех же автомобильных камерах. Запускают на сутки пару морозильных ям, что Сашина команда добыла в мародерке на материке, завязывают с одного конца рукав камеры, заливают воду с другого конца, завязывают и в морозилку, а потом с ледышки камеру как носок снимают и готово – сносят в ледник в деревянные ящики. На окраине хутора уже есть целый квартал из лабазов, вот где стратегический запас, чего Михалыч там только ни хранит – мука, вяленое мясо и рыба, мед… да много чего наши «кулаки» там прячут.
Валерий Павлович, наш главный инженер и вообще главный по строительно-монтажной части, тоже отлично развернулся. Человек он несколько медлительный, но это лишь оттого, что каждое слово, каждое действие и тем более каждую реализацию запланированного он многократно обдумает и выдаст единственно верный вариант. Мы вон в свое время напланировали в районе хутора стройку мини-завода, но Валерий Павлович все наши планы забраковал, потом они с Федором долго думали и выдали свой план – все цеха, склады и прочее они разместили компактно рядом с нашей мини-ГЭС, в результате и ввод в эксплуатацию шел быстро из-за близости к источнику электроэнергии. И запуск того же маслоцеха почему быстро получился, потому что все в шаговой доступности: и два больших поля с подсолнечником, и склады хранения как сырья, так и готовой продукции. Была, правда, загвоздка, как долго хранить масло, чтобы потом прогорклостью не отдавало, тут опять же народная память пришла на выручку… Устроили мы тогда с Валерием Павловичем, Михалычем и Федором «летучку», прямо в доме у Михалыча, под вкусные оладьи бабы Поли, и обсуждали вопрос хранения масла.
– Тю, так шо тут думать! Чтоб масло не прогоркало, надоть моркву крупными кусками порубить и положить в масло, одна средняя морква на три кило масла, – утерла нам нос баба Поля.
А морковь, кстати, вызревает просто гигантская!
После обеда в кругу семьи снова отправился в форт, где сразу заявился на узел связи, махнуть севшую радиостанцию, а заодно и поинтересоваться новостями. Васю не застал, видно, Иваныч насел на него и не отпускает с «Пожарника», пока все не сделает. В просторной, но тесно заставленной оборудованием комнате дежурили когда-то спасенные студенты Дима и Ксения, уже не те вздрагивающие при каждом резком звуке запуганные тинейджеры, а можно сказать, матерые служаки.
– Здрасьти… ой, здравия желаю, – подскочила Ксения, когда я вошел на радиоузел.
Форменная рубаха с коротким рукавом, заправленная в шорты, умело перешитые из комплектов армейской «флоры», пояс, на нем открытая кобура с ТТ – все это на ней теперь сидит как положено, не то что несколько месяцев над. Дима хоть и увидел, что я вошел, но был «на сеансе», он лишь кивнул мне в знак приветствия и, прижимая одной рукой наушник, второй рукой быстро писал в журнале приема.
– Здравствуй, Ксюша, как обстановка? – я снял с пояса радиостанцию и поставил ее в стакан-зарядник, коих на специальном столе было несколько, а взамен взял заряженную станцию.
– Дима вот радио от Слободы принимает.
– О, как раз, – я присел и решил дождаться. – А как вообще служба?
– Хорошо, мне нравится, очень интересно.
– Василий не обижает?
– Что вы, – звонко рассмеялась Ксения, – он нам как старший брат.
– Угу, окружает чрезмерной заботой, – с нотками ревности в голосе вставил Дима и отложил наушник. – Здравствуйте, Сергей Николаевич.
– Какие новости? – кивнул я на журнал приема.
– От отца Андрея радио, – ответил Дима и стал читать: – «Буду рад снова всех увидеть, собираюсь, завтра отправляемся, с заходом в Лунево, как расторгуемся – сразу к вам. Андрей».
– Ну хорошо, а с Новой Земли не было радио?
– Нет, – отрицательно помотал головой Дима, – может, вечером что будет.
– Что в эфире вообще?
– Есть кое-что, – Ксения открыла пластиковую папку, на которой кто-то с сарказмом написал фломастером – «ухогрейка», взяла лист бумаги с несколькими строчками протянула мне.
– «…шесть кабельтов севернее устья Новой буксир “Нохчо” потерял ход…» – это неинтересно, починятся и дальше поплывут, – стал бубнить я себе под нос. – «…объявляется регистрация на отборочный матч первого шахматного турнира… призовой фонд пятьсот рублей золотом…» – Понятно, интернетов и телевизоров нет, вот люди и развлекаются, а что, почему бы и нет. – «…группа разведчиков с позывным “Тропарь два” передала сообщение, что на тридцать километров западнее Лунево, находясь на ночлеге, они слышали гул винтов и видели бортовые огни самолета…» – А вот это действительно интересно! Очень интересно! Координаты не сообщал этот «Тропарь два»?
– Нет, только это, – ответила Ксения, – они вообще часто в эфир выходят, вызывают какого-то «МС Хаммера».
– Как? – уточнил я, а внутри аж вздрогнуло всё.
– МС Хаммера, – улыбнулась Ксения, – я знаю, был такой рэпер в девяностые.
– Ну да… ну да… был… – я задумался, переместившись мыслями в прошлое.
–
– Да ну, быть не может, – помотал я головой.
– Что? Вы про что, Сергей Николаевич?
– Да так, вспомнил кое-что, Ксюш, ты вот что, если будут еще сообщения от этого «Тропаря два» или того «МС Хаммера», то обязательно записывайте и мне.
– Есть, поняла, – кивнула Ксения. – А вы к Павлу зайдите, Алексей Макарыч давно уже приказал все прослушки Павлу на анализ, СБ там что-то мудрит с этими данными.
– Ага, сейчас зайду, – ответил я и попытался разобрать последнюю строчку: «– …метлу вперед покемона пусти, там потом не развернуться, вся ленточка встанет. – Принял, Барса ждать? – Нет, его не будет, шурупы сами справятся, за наливняком присмотри. – Принял».
– А это что? – показал я пальцем на строчку с непонятной белибердой.
– Не знаю, – Ксения пожала плечиками, – Дима сказал, что похоже на военный жаргон какой-то, я только окончание сеанса записала.
– Понятно, я это возьму.
– Тогда Паше передадите?
– Да, я сейчас зайду к нему, – ответил я, взял рацию и сделал вызов: – Двадцать второй – одиннадцатому.
– В канале.
– Далеко?
– В расположении.
– Зайди к Павлу.
– Принял, иду.
Из узла связи я сразу направился в канцелярию в здании комендатуры, где застал Павла в его привычном состоянии – взъерошен, задумчив и уткнувшийся в ноутбук.
– Работаешь?
– Да, база по вторсырью поехала, девчонки опять атрибуты сортировки неправильно указали, теперь переделывать всё, – с досадой скривился Павел. – Я с ужасом думаю о том моменте, когда я сервак подниму и дам доступ из сети к базе…
– Это ты сейчас с кем разговаривал?
– Эм… – Паша наконец отвлекся от монитора, – что? А, да рабочее, текучка…
– Я так понимаю, вы с Макарычем как-то анализируете радиоперехваты?
– Да, есть такое дело.
– Меня интересуют «Тропарь два» и некий «МС Хаммер».
– Сейчас, – Паша снова уткнулся в монитор, погонял пальцем по тачпаду, что для меня всегда было мучением, и спустя минуту ответил: – Да, есть такие персонажи, «Тропарь два» это некая группа разведки, вроде наших сталкеров, занимаются поиском всяких металлоконструкций, станков, оборудования, а «МС Хаммер», судя по всему – это их босс, ну они все найденное разбирают, тащат в Амурку в основном.
– Ого, не ближний свет.
– У этого «МС Хаммера», если мыслить логически, есть как минимум еще и «Тропарь один», и иногда проскакивала информация о базе в Лунево.
– Понятно, а имен не «проскакивало»?
– Нет, только позывные, и все больше о металле либо оборудовании разговоры, ну или о том, как их вытаскивать.
Дверь в канцелярию приоткрылась, и Юра просунул голову.
– А, Юра, заходи… на-ка вот, прочитай последнюю запись, – я протянул ему лист.
– Эм… это что?
– Вот я и хочу у тебя спросить, тебе эта «военная феня» должна быть понятна.