Валентин Русаков – Армия Акана (страница 51)

– Плохо тебе? – Тэф подошла тихо, она стояла рядом и держала в руке кружку пива. – Держи, это от меня.

– Спасибо, – Кинт взял кружку и сделал несколько больших глотков, – мало кому сейчас хорошо…

– Верно. – Тэф села рядом и снова попыталась заглянуть в глаза Кинта, чуть наклонив голову. – Ты не такой, как все эти вояки.

– Обычный, – пожал печами Кинт, одним глотком допил пиво и протянул кружку Тэф. – Благодарю… Извини, я плохой собеседник, пойду… завтра рано вставать, и ехать далеко.

Кинт пошел через дорогу в сторону гостиницы, а Тэф крикнула вслед:

– Будешь в Актуре, заходи!

В ответ Кинт, не поворачиваясь, коснулся полей шляпы и махнул рукой.

Глава тридцать седьмая

На рассвете, попрощавшись с Тэббом и прихватив зачитанную им газету, Кинт покинул столицу, выехал на южный торговый тракт и медленно поехал по нему вдоль небольшой речушки. В этом направлении Кинт передвигался впервые в жизни, он внимательно рассматривал все окружающее его – невысокие холмы с редкими рощами, стада, пасущиеся на зеленых лугах, виноградники на южных склонах. По большому счету еще много мест в терратосе, где он не был. Если степи, предгорья, приграничные северные хребты и северо-восточное побережье Кинт изучил достаточно за время службы, экспедиции и благодаря прочим обстоятельствам, вынуждающим к дальним поездкам, то на востоке и западе, южнее Актура, Кинт никогда не был. После скромного завтрака он около часа просидел над картой, а потом еще расспросил Тэбба насчет дороги…

– Езжай вдоль Лозы, речки, что вдоль тракта идет, даже потом, когда речка отвернет от тракта, все равно езжай вдоль нее, там тропа есть, с пути не собьешься, – прощаясь с Кинтом, говорил Тэбб, – и безопаснее и короче получится, пошаливают на тракте… потом увидишь слева виноградники на холмах. После них будет деревушка, ее проезжай, не задерживайся и так же вдоль реки на юг. К вечеру снова вывернешь на тракт, будет мост, а за ним старый пост дорожной жандармерии, ночлежка так себе, но коня накормят, сам поешь нормально да отдохнешь. А там жди обоз какой-нибудь и с ним езжай дальше, дней за пять доберешься.

Таким образом, как и говорил Тэбб, к вечеру Кинт выехал к посту дорожной жандармерии, где впервые за все время после войны он, собственно, и застал пятерых жандармов из недавно созданного южного корпуса дорожной жандармерии. Они скромно расположились в палатке рядом с дорогой и шлагбаумом через нее. Сам же пост уже давно принадлежал пресловутому транспортному тресту «Дов и сыновья», со всеми соответствующими атрибутами, то есть ночлежка на несколько комнат и тесная закусочная, конюшни, мастерские и большая куча угольных брикетов под навесом на заднем дворе.

Ровно через неделю, теплой южной ночью, Кинт вместе с пятью пассажирскими фургонами на конной тяге въехал на окраину Пинара – табачной столицы юга, как называли этот город размерами побольше шахтерского Мьента, но уступающий тому же Теку. Город располагался на невысоком холме, дальше на юг, петляя между табачными плантациями, по долине стелился торговый тракт. С запада к городу примыкал небольшой промышленный район с десятком цехов, лабораторий и железнодорожной станцией. В центре городка, словно пограничные вышки, возвышались причальные башни станции воздухоплавания с пришвартовавшимся к одной из них транспортным дирижаблем. В основном все дома в городе были деревянными, одно- и двухэтажными, только в центре оказалось несколько больших каменных зданий – ратуша, Южное управление торговой гильдии, пара доходных домов, гостиница и пожарное управление с кирпичной каланчой, возвышающейся над всеми крышами Пинара. Света от фонарей на улицах ночного города было достаточно и, выбрав направление, Кинт поехал по широкой мостовой, рассматривая попадающиеся вывески на стенах аккуратных деревянных домов. Немало удивило, но в некоторых дворах стояли паровые коляски, хотя удивляться не стоило – богатый юг, не тронутый войной. Здесь не было бунтов, так как всегда хватало работы, люди сыты и всем довольны.

Постоялый двор Кинт нашел по звукам музыки и веселья, что доносились из проулка, отходящего от мостовой, несмотря на опустившуюся на город ночь. Подъехав по хорошо освещенному проулку к большому двухэтажному дому с вывеской с говорящим названием «Веселый тупик», Кинт соскочил с лошади, размял ноги под любопытным взглядом местного возницы, ожидающего клиентов, взял вещи и пошел к двери гостиницы. Где, оплатив дремавшей за стойкой до его прихода женщине в смешном чепце двое суток проживания и содержания лошади в конюшне, Кинт прошел в комнату, бросил вещи у двери и, только стянув сапоги, повалился от усталости на кровать и моментально уснул.

Наутро зарядил дождь, сильный, большие капли монотонно барабанили по оконным стеклам и добились своего – Кинт повернулся к окну, открыл глаза и, не сразу сообразив, где находится, вскочил на ноги.

– Доброе утро, южный город Пинар, – сказал вслух Кинт и прошел в туалетную комнату.

Приведя себя в порядок и умывшись, Кинт достал армейский плащ из плотной, двухслойной парусины и, закрыв комнату, направился по длинному коридору к выходу.

– Доброе утро, – расцвел в улыбке щуплый старик, который теперь занимал место вчерашней женщины в чепце, – это вы ночью заселились?

– Доброе, – Кинт чуть пригнулся и посмотрел в большое окно рядом с входной дверью, за которым было мокро, ветрено и вовсе не добро, хотя наверняка тепло, – да, я ночью заселился.

– Сезон, – продолжая улыбаться, старик кивнул на окно, – на месяц теперь такая погода.

– Месяц дождя?

– В основном да, бывают просветы на день-другой.

– Скажите, а в стоимость проживания входит завтрак или обед?

– Да, но только завтрак, покажете в «Веселом тупике» брелок, что на ключе, и вас накормят завтраком…

– Понятно, а где у вас тут эм… кузнечные мастерские Хромого… эм…

– Бенье, – подсказал старик.

– Точно, Хромого Бенье.

– Это вам надо через площадь проехать, напротив ратуши, повернете в ремесленный квартал, а там недалеко, по вывеске найдете.

– Спасибо. – Кинт направился к двери.

– Хкм… простите, а вы надолго?

– Еще не знаю, а что?

– На торговой улице есть лавка господина Ренака, если надолго, то рекомендую посетить ее и купить плащ, а то в этом, – старик показал костлявым тонким пальцем на плащ Кинта, – промокнете до нитки.

– Спасибо. – Кинт толкнул дверь и вышел под дождь.

Пройдя вдоль стены по узкому каменному тротуару, по которому тек бурлящий ручей дождевой воды, Кинт быстро дошел до соседней двери «Веселого тупика» и вошел внутрь. Было еще рано, и вчерашняя дама, но уже не в чепце, а белой косынке, проворно натиравшая столешницы, сразу повернулась на звякнувший колокольчик.

– Уже проснулись? Доброе утро.

– Здравствуйте, да, позавтракать бы и как потом лошадь забрать? Хотя… – Кинт снова с грустной миной посмотрел в окно, вспомнив, что обратил внимание на крытый экипаж во дворе, сказал: – Нет, пожалуй, возьму экипаж.

Послушавшись совета старика, после завтрака, наняв экипаж, Кинт попросил сначала отвезти его на торговую улицу, где купил длинный, почти до пят плащ из тонкой кожи, с глубоким капюшоном, а затем поехал в квартал ремесленников. Кузнечные мастерские отыскались быстро, но Хромого Бенье еще не было, и Кинт отпустил экипаж. Встал под навесом над входом в конторку мастерских и решил выкурить трубку.

Проклиная потоки воды, льющиеся с небес, во двор мастерских вошел просто огромного размера мужчина, одна его нога был явно короче другой и он сильно хромал, поля его шляпы обвисли, штаны, заправленные в сапоги, ниже короткого плаща были насквозь мокрые. Он доковылял до спасительного навеса, отряхнул шляпу, пригладил, нет, скорее отжал густую черную бороду и, повернувшись к Кинту, спросил:

– Вот же зарядил-то… Меня ждете?

– Если вы Бенье, то вас.

– Я, – кивнул здоровяк и, открыв дверь конторки, добавил: – Проходите.

Небольшая комната, пара стульев, лавка, стол, стеллаж и масляная лампа под потолком. Сняв и встряхнув плащ, Бенье уселся на один из стульев у окна…

– Чем могу?

Кинт, глубоко вздохнув и немного волнуясь, набрал полные легкие воздуха и сказал:

– Я ищу Сэт Григо.

Бенье развернулся, положил ручищи на стол и, глядя в глаза Кинта, спросил:

– Вы… ты кто ей будешь?

– Она моя невеста.

– Вот как, – Бенье почесал бороду и начал прятать глаза, – я тоже ее ищу.

– То есть?

– То и есть! С животом она уже была, видать, дитя ваше, четыре месяца назад поехала со своей подругой в Шоут…

– Шоут это где? – уже явно разволновавшись, спросил Кинт и до хруста сжал кулаки.

– Ты присядь, – Бенье большой, широкой ладонью показал на лавку напротив, – Шоут это столица нашей провинции, точнее, стал столицей, когда закончилась эта чехарда с дележкой власти в терратосе, большой город в сутках езды южнее. Там большой лазарет, а у нас тут только аптекарь, и тот умом немного тронутый. Сэт беспокоило что-то, и она решила обратиться к лекарю, вот они с Мадэ и поехали.

– И Мадэ с ней?

– Да, они вдвоем в Пинар приехали в прошлом году.

– А Шагэ?

– Кто это?

– Они втроем покинули Латинг и отправились на юг.

– Нет, знаю только Сэт и Мадэ. Ты вот что, посиди здесь немного, я схожу в мастерскую, дам задание работникам и пойдем ко мне домой, я тут в двух кварталах живу, там и поговорим. Может, жена моя что-то еще вспомнит, Сэт и Мадэ у нас жили последние полгода, как в мастерской стали работать.