Валентин Пикуль – Наследники Ваньки Каина (сборник) (страница 80)

— Есть, — буркнул грек, — на кого охотиться везде есть. Я подумаю, посоветуюсь.

«С кем?» — чуть не вырвалось у Котенева, но он вовремя сообразил, что лучше промолчать.

— И еще хорошо бы купаться.

— Не устраивает душ? — недовольно проскрипел Лука.

— Хочется живой воды, — устраиваясь в кресле, ответил Михаил Павлович.

— За дорогой, сзади дома, есть озеро, — включая телевизор сообщил Александриди. — Думаю, можно купаться. Вы когда хотите, утром или вечером?

— Лучше утром.

Посмотрели американскую музыкальную комедию о похождениях двух братьев-джазменов, старавшихся заработать деньги для воспитавшего их приюта. Потом обедали на другой веранде, где закутанная в черное ведьма накрыла стол. Отобедав, немного соснули в своих комнатах; поднялись, попили чаю, поиграли в нарды, до которых Александриди был большой охотник, — играя, он «заводился», пыхтел, лицо у него краснело, и каждый проигрыш огорчал так, словно он отдавал выигравшему последнее.

Гулять пошли вместе — жара немного спала, воздух, казалось, напоен ароматами, и грек сам отвел Котенева к озеру.

Вернулись к ужину. Поели, покурили, поболтали о пустяках, посмотрели телевизор и разошлись по комнатам. Михаил Павлович разделся и, задернув противомоскитиый полог, зажег бра над изголовьем — решил почитать перед сном. Но отложив книгу, подумал: странно, что в таком доме не держат сторожевой собаки. Не похоже, чтобы здесь постоянно жили, хотя все содержится в образцовом порядке. Может быть, когда нет гостей, здесь постоянно живет сторож и у него есть собака? Тогда где он сейчас? Ведь его «друзья» не могут не охранять этот райский уголок. Он решил, что охрана все же есть, только не видная глазу.

За стеной, в комнате Александриди, тихо зазвонил телефон. Послышался приглушенный голос грека.

«Опять докладывает, — лениво поворачиваясь на другой бок, подумал Михаил Павлович, — дисциплинированный».

Вскоре глухо прозвучали по коврам шаги Луки. Он без стука вошел в комнату Котенева, присел на край постели. Лицо у грека было озабоченным.

— Что читаете? — оттягивая начало неприятного разговора, он близоруко сощурился, разглядывая обложку книги. — История инквизиции? Охота забивать на ночь глядя себе голову? В наше время своих проблем хватает.

— Ладно, не крутите, — приподнялся на локте Котенев. — Выкладывайте, что там еще приключилось?

— Так, — отвернулся грек. — Завтра мы должны уехать.

— Куда? — Михаил Павлович сел, опустив босые ноги на пол.

— Недалеко, — уклончиво ответил Александриди. — Однако, надо заранее собраться, приготовить вещи и машину.

— Вещи готовлю я, а машину вы? — Котенев вспомнил, что когда они прилетели, их никто не встречал, но у здания аэропорта стояли «Жигули»: новенькие, с полным баком и документами в перчаточном отделении. Открыв багажник, грек вытащил из него ключи и, погрузив вещи, по-хозяйски уселся за руль. Привез гостя в этот дом, а машину поставил в гараж.

— Вы готовите и собираете свои вещи, — поднялся Александриди. — Завтракаем и выезжаем.

— Что случилось, вы можете мне, наконец, сказать? — Не давая ему уйти, Котенев ухватил грека за руку.

— Сами подвели себя, — высвободившись, ответил тот. — Звонили в Москву? Я же просил этого не делать! После вашего отъезда мы сняли охрану, и преступникам удалось узнать у Ставич адрес, где мы находимся. Они могут появиться здесь, а следом за ними и милиция, серьезно взявшая их в оборот. Вы же не хотите встретиться с московским уголовным розыском или БХСС?

— Нет, — помотал головой ошарашенный Михаил Павлович. Ну и система оповещения у Курова!

— И я не хочу, — снова встал Лука. — Поэтому перебазируемся и продолжим наш отдых, но… без фокусов! Ваша безопасность зависит от нас. Понятно?

— Вполне, — заваливаясь на кровать, мрачно ответил Михаил Павлович. — Можете не сомневаться…

Заросший щетиной Витек устало крутил баранку, напряженно вглядываясь через лобовое стекло — где тут особняк, в котором обосновался Котенев? Пора бы уже ему показаться, но вдоль шоссе тянутся сады, глухие заборы, журчат арыки с несвежей водой, поднимается над дорогой и тянется за машиной тонкая, как пудра, красноватая пыль, оседающая на листве придорожных кустов. Солнце светит высоко, хотя еще рано и припекает просто спасу нет, а внутри салона — как в парилке.

Сзади, разморенный жарой, полудремал Аркадий, откинув голову па спинку сиденья — сменяя друг друга, они гнали машину почти без остановок. И вот цель, кажется, близка.

— Вон, гляди, — едва шевеля пересохшими губами, просипел Витек.

Лыков встрепенулся, потер кулаками слезившиеся глаза и поглядел вперед. Там, утопая в зелени, стоял двухэтажный дом с застекленными верандами.

— Точно? — растирая щеки ладонями, чтобы окончательно прогнать сон, с сомнением переспросил Аркадий.

— Улица, номер дома, все сходится, — ответил Жедь.

— Не останавливайся! — зашипел Лыков. — Езжай вперед.

Витек послушно прибавил скорость и, чуть повернув голову, с недоумением спросил:

— Передумал, что ли? Зачем тогда в такую даль тащились?

— У нас номера московские, — почти прилипнув к стеклу и внимательно рассматривая дом, где скрывается Михаил Павлович, объяснил Лыков. — Увидеть могут, а нужна внезапность. Он ведь полагает, что никто до него здесь не доберется. Давай вдоль улицы, до первого поворота — и сворачиваем. Поглядим, может, удастся подобраться с задворок? Только бы собаки не было.

— Вроде, будки не видно.

— Черт их знает, это тебе не подмосковная деревня, — продолжая рассматривать дом уже через заднее стекло, откликнулся Аркадий, — у них все по другому. И вдруг он там не один?

Пропылив по длинной улице, свернули, и машина, рискуя завалиться в канаву, подпрыгивая на колдобинах и комьях засохшей глины, покатила по узкому проулку. На перекрестке с грунтовой дорогой — узкой, покрытой толстым слоем пыли, — Жедь притормозил и, обернувшись, предложил:

— Хочу дальше вперед проехать. Там, похоже, есть спуск к кустам. Оставим машину — и пешком.

— Валяй, — согласился Лыков.

Через пять минут остановились среди зарослей. Жедь вышел из машины и достал из багажника сумки, подав их Аркадию. Тот вынул из сумок оружие.

— Пойдем снизу, — пряча парабеллум под курткой и засовывая запасную обойму в карман, распорядился он. — Поднимемся по тропинке и перемахнем через забор. Если собака, ты в нее стреляй, а я сразу в дом. Все, пошли.

— Перекусить бы не мешало, — запирая дверцы машины, напомнил Витек. — Десять минут или полчаса дела не решат.

— Потом перекусим, — оборвал его дрожавший от нервного возбуждения Лыков. — Перекусим по дороге, когда уберемся отсюда. Тогда, после дела, и пищеварение лучше. Пошли, не тянись!

Вздохнув, Жедь поплелся следом за Аркадием к тропке, ведущей к домам. Шли молча, стараясь держаться в тени. Сверху, казалось, падали не солнечные лучи, а раскаленный металл, от тяжести которого трескалась серо-красноватая земля. Не дойдя несколько шагов до дороги, Лыков остановился.

— Видишь? — прошептал он, как будто кто-то их мог услышать.

— Чего? — не понял Жедь.

— Да не туда смотришь, — повернул его голову Аркадий. — Тачка у забора стоит. До других домов далеко, если стрелять в собаку, не услышат. Гляди, мужик около машины вертится.

— Это не Котенев, — определил Витек.

— В общем, так, — приказал Лыков, — идем к дому и перелезаем через забор. Я беру на себя этого мужика, а ты собаку. Потом сразу в дом.

Подтолкнув Жедя вперед, он следом за ним, чуть пригнувшись, чтобы не заметили раньше времени, перебежал через дорогу и, отдышавшись в кустах около забора, перемахнул через него. Рядом тяжело спрыгнул Витек и настороженно прислушался: не раздастся ли злобный собачий лай?

— Похоже, нет собачки? — растянув в улыбке рот, Жедь облегченно смахнул пот со лба.

— Заходи справа, — выхватив оружие, велел Лыков, — пока я не появлюсь у него за спиной, не высовывайся. Давай!

Витек, стараясь не шуметь, полез через кусты. Аркадий крадучись пробирался ближе к машине. В доме не раздавалось никаких шумов, и это его успокаивало. Возившийся у «Жигулей» мужчина тоже не проявлял беспокойства — повернувшись спиной к Лыкову, он ставил в открытый багажник тяжелую сумку. Незнакомец — седоватый, одетый в светлые брюки и рубашку, с коротким рукавом, — поднял руку, намереваясь захлопнуть крышку багажника, и в этот момент Аркадий, одним прыжком преодолев разделявшее их расстояние, приставил к его спине ствол парабеллума:

— Не двигайся!

Незнакомец застыл. Пальцы руки, лежавшей на крышке багажника, чуть заметно вздрогнули.

— Что вам нужно? — глухо спросил он.

— Кто в доме? — спросил Аркадий. Он ждал появления Жедя. Где этот лысый придурок, заблудился что ли?

— Никого. Я могу опустить руки?

— Стой так! — На всякий случай Лыков провел свободной рукой по одежде незнакомца — оружия у того не оказалось.

— Где Котенев?

— Его нет, — ответил незнакомец, и в это время перед капотом машины наконец-то появился Витек с наганом в руке.

— Лихо! — присвистнул незнакомец и попробовал обернуться.

Аркадий рубанул его рукояткой пистолета по шее и, подхватив обмякшее тело, прикрикнул на Жедя:

— Веревку давай!