Даже можешь сквозь окна узреть чьи-то странные лики
Переменчивых масок: Учитель, Целитель, Палач…
Знай же: розги свистят – не твои это скорбные плети.
Громкий, гулкий набат для тебя не всегда благовест.
Часто внешняя вольница – чьи-то искусные сети,
А святое распятие – чей-то пожизненный крест.
Скоро дверь распахнётся и примет в немые объятья.
Не спеши исправлять кривизну иллюзорных зеркал
И с чужого плеча примерять неудобные платья,
Даже если в нарядах таких кто-то ярко блистал.
Не спеши покорить, так манящую славой вершину,
Где возможно толпятся неверные ныне друзья.
Посоветует Время надежную, крепкую спину,
Тех, кто помощь окажет, чтоб выдернуть из забытья.
Обольщаться не стоит: свои и чужие ошибки
Зачастую не смогут толковому нас научить.
Время тут же укажет, наставив на голову шишки,
Лишь чужие успехи способны тебя вдохновить.
Нет у опыта жизни суровой общественной школы,
Время каждому даст разобщённый, особый урок.
Оттого, сколь больны и чувствительны будут уколы,
Нам придётся судить, был ли в этом учении прок.
Чудак
«Жизнь – это не только успехи, но и поражения, которые помогают нам расти и развиваться.»
Жил-был на свете один чудак.
Однажды, на склоне лет,
С виду «ботаник», но не слабак
Отправился на хребет.
Там, где начало берёт река,
Белых вершин гряда.
Главную – видно издалека
В панцире изо льда.
Базовый лагерь уже внизу,
Напарник над ним висит.
Друзья к вершине давно идут,
Цепляются за гранит.
Визжит ледоруб по крепкому льду,
Врубаясь в горы излом.
– Идёшь, приятель? В ответ:
– Иду!
Давай чуток отдохнём.
А до вершины рукой подать,
Но лопнул жумар стальной.
Выбор: без друга наверх шагать
Или назад – домой?
Взглянул на купол в последний раз,
Стоя среди камней.
Скатился жемчуг из скорбных глаз,
Рубины – из-под ногтей.
Чудак отступился, но друга спас,
К мечте оборвав свой след.
Вот так пораженье бывает подчас
Дороже иных побед.
Всё будет хорошо
«Больше всего на свете мы хотим, чтобы нас обняли… и сказали… что всё… что всё будет хорошо».
Лентой извилистой вьётся ночная дорога.
Сын едет к маме, до дома ещё далеко.
Он не забыл, как встречала его у порога
Та, кто ждала и так нежно любила его.
Выйдет, обнимет, слегка прослезится при этом,
Вспомнит примету, мол, чешется правая бровь.
А на вопрос: «Как ты здесь?», чуть замявшись с ответом,
Скажет: «Да всё хорошо, лишь бы ты был здоров!
Что же стоим? Заходи, ты ведь только с дороги.
Будем обедать, я пышек с утра напекла. 
