Валентин Никора – Белые цветы Эйроланда (страница 10)

Вот гром грянул, а он только спохватился. Хранитель, блин. Мудрец. Лентяй – и всего-то. С его идеями, так надо было еще по весне сгонять в Шероиданский лес за этим долбанным мечом. Я пришел бы, а мне клинок – в белы рученьки: спасай наш мир от зла! Так нет же.

И вот теперь мне, маркграфу, приходится питаться в каких-то сомнительных забегаловках, спать на досках и шляться под дождем.

Ихтис же был собран и серьезен. Впрочем, оно и понятно. Ему, как ведуну, пришлось-таки тащить на себе весь тоскунелов скарб. Не удержался маркграф, набрал тряпья, вина и даже холодных закусок, которые, надо сказать, уничтожили в первый же день. Впрочем, отправляясь из очередного трактира, Ихтис всякий раз чувствовал, как тяжела жизнь. Тоскунел запасался едой впрок и основательно. В этом он был педантом. Можно было подумать, что дворяне знают, что такое голод…

– Долго еще? – заканючил маркграф.

– А что?

– Да есть очень хочется. – сообщил Тоскунел. – И ноги отваливаются. Я, все-таки, личность утонченная, а не вьючный осел.

Ихтис хмыкнул, но ничего не сказал.

– Ну где же люди? – вздохнул маркграф. – Я хочу залезть в бочку с теплой водой. Я хочу лечь в нормальную кровать, на перины и подушки. Мне нужно согреть горло теплым вином. В конце концов, какой это изверг придумал, что к Нилрему необходимо-таки тащиться пешком, осенью и по бездорожью?

– Боги забавляются. – вполне серьезно ответил Ихтис.

– У них что, других развлечений мало? – и Тоскунел скептически поглядел на ведуна. – Тоже мне занятие: пялиться на то, как два умника месят грязь.

Ведьмак зловеще усмехнулся и выхватил из ножен кинжал.

– Сбрендил что ли? – взвился маркграф и отпрыгнул в сторону. – Крыша в пути, да?

– Тебе же все твоя дорога покою не дает. – спокойно объяснил Ихтис. – И ты меня уже достал своим нытьем: давай на конях, да давай на конях. Сейчас сам все своими глазами увидишь. И потом больше не лезь ко мне со своими глупостями.

– А ножик зачем вытащил? – Тоскунел не собирался приближаться.

Ведун покачал головою, кинул кинжал на траву, отошел и велел парню:

– Подними. Направь острием на север и просто смотри.

– Что я, ножей не видел? – проворчал маркграф, но кинжал все-таки поднял и сделал, как было велено.

Несколько мгновений ничего не менялось, а потом мир дрогнул, треснул, точно гнилая ткань и начал расползаться хлопьями белого тумана.

– Ой! – сказал Тоскунел.

– Не выпускай кинжала. – приказал Ихтис, но сам не сдвинулся с места.

Туман исчез. И тут Тоскунел увидел в десяти шагах от себя пикет солдат. Они были в чужой, видимо в хордорской форме. Серые плащи, нашивки и петлицы – все было чужим. Воины отдыхали.

Они сидели полукругом у чадящего костра и хлебали что-то из маленьких котелков. Мечи их были на бедрах, а вот копья составлены шалашиком в сторонке. Щиты тоже лежали кучкой. Лат на воинах не было. Кони стояли привязаны. Они мирно жевали траву и всхрапывали, время от времени оглаживая себя хвостами по бокам. Странные это были рыцари. У них не было даже шлемов!

– На реку глянь. – посоветовал Ихтис.

Тоскунел развернулся всем телом и, глядя через острие кинжала, уставился на волны. Через мгновение он различил шум воды, фырканье. А секундою позже, в прорехе колдовского тумана различил тело настоящего дракона. Крылатый змей выползал из реки. А солдаты никак на это не реагировали. Они были вместе: пикетчики и дракон!

– Мать честная. – только и смог выдавить маркграф. Он впервые видел живого огненно-дышащего змея. – Они нас видят?

– Нет. – засмеялся ведун. – Да ты кинжальчик-то опусти, в землю воткни, а то, чего доброго, и заметить нас недолго. Сам видел: в аккурат вдоль их гарнизонов шпарим.

– Мы что же, невидимые? – удивился Тоскунел, быстро втыкая оружие в траву.

– Это они – мастера маскировки. – пояснил Ихтис. – Их драконы чуют лошадей и людей.

– О-па! – вздрогнул маркграф. – А как же мы дальше пройдем?

– А где ты видишь людей? – засмеялся ведьмак. – Моя кровь чародейская. Она открывает мне все дороги. Её ни один дракон распознать не может.

– А я? – жалобно всхлипнул Тоскунел. – Я-то – человек!

– Не больше чем я. – обрезал ведун. – Настанет время: сам обо всем узнаешь.

– Между прочим, я – маркграф, а не какой-то там вурдалак! – обиделся юноша.

– Скажем, в тебе течет кровь древних эльфов. – покачал головою Ихтис. – Тебя это устроит?

– Вполне. – согласился маркграф.

«Звезда Четырехцветья взошла в созвездии Нелепой Вероятности. Драконы разделились, души людей начали метаться между добром и злом. Война неизбежна, но только потому, что она – состояние духа эпохи». – невольно вспомнились Тоскунелу слова Аоронда.

Глава 12. Чёрное разговенье

Незаметно опустившийся вечер зажигал в разрывах туч яркие звезды. Комары давно поднялись из своих дневных укрытий. Их звон заполнял собою все пространство. Осмелевшие, они лезли под одежду, в рот, в глаза – только успевай, отмахивайся. Нет, это не поход за славой, а измывательство какое-то!

Где-то трижды ухнул филин.

– Ну что? – вздохнул маркграф. – Мы заблудились?

– Нет. – покачал головою Ихтис. – Мы просто опаздываем. Время, отпущенное нам, уже на исходе.

– Значит, спать мы сегодня не будем? Хорошие новости. Ох, и обрадовал ты меня. Ясное дело: впереди – никакой забегаловки.

– Хуже того. – озабоченно проворчал ведун. – Там – Кармэцвельский лес.

– И что?

– Мы должны были миновать его засветло.

– Так в чем проблема? – изумился маркграф. – Сейчас мы ложимся спать, а утречком, на свежую голову, – в путь.

– Завтра мы уже не пройдем. – буркнул ведун. – Я не всесилен.

– Да почему?

– Потому что кое-кто слишком долго думал! – взорвался Ихтис. – Я же сказал: мощь Хордора растет с каждой минутой. У Смегоарла длинные руки. Он знает, где тебя искать. Вояки, которых ты видел, не просто ведь утоляют свой голод на берегу реки. Они ждут тебя!

– А при чем здесь Кармэцвельский лес?

– Какое завтра число?

– Тринадцатое.

– Ну? – лицо Ихтиса приняло страдальческое выражение учителя битый час разъясняющего тупенькому ученику, что нельзя есть немытые фрукты.

– Что: ну? – маркграф начал волноваться.

– Ты ведь ученый! – вздохнул ведун.

– Не томи.

– С завтрашнего дня начинается Черное Разговенье.

– А какое отношение имеет к нам языческий обряд ваддаэйрцев? – удивился Тоскунел. – Ради всех богов, пусть дикари едят свое мясо и носятся всю ночь вкруг костров. Нам-то что?

– После полуночи я не смогу тебя защитить. А Кармэцвельский лес и в простые дни – не подарок. Мы должны пройти его до того, как я потеряю силу.

– То бишь, галопом. – подвел итоги маркграф. – Радостно взбрыкивая и стуча каблуками. Да я уже с ног валюсь!

– Но жить-то ты хочешь?

– О, боги, какой же из вас дернул меня с тобою связаться? Мне уже и меч не нужен, и славу – к чертям, и пусть рушится Соединенное Королевство; крестьянам не все ли едино на кого спину гнуть?

– Дело не в них, а в твоей собственной жизни. – Ихтис вздохнул и, казалось, вдруг моментально состарился.

– Черт с тобой, инквизитор! – плюнул маркграф. – Веди уж.

И дворяне двинулись к лесу.