Валентин Культенко – После прочтения сжечь (страница 3)

Роман был опытным клириком и знал, где ангел, а где бес-искуситель. Так он и сделал.

Однако слова гонца Божьего не выходили из головы, и он записал увиденное и сделанное, причем достаточно детально. Опасаясь за свой труд, попросил «братьев» спрятать листы и передавать событие, которое описано там, из поколения в поколение. «Братья» сдержали слово и передали ему хлеб (особый, церковного приготовления, хотя человек не из церкви) от благодарного жителя. Но ни монахи, что передали хлеб, ни сам Роман не знали, что блюдо отравлено сильным ядом длительного действия. Его убили те, кто освободил гаргулью, а убийцы поклонялись Бездне. Вот такая вот история. Причина смерти, да и сама биография Романа Руанского покрыта тайной, а может, и подстерлась, как биография многих известных людей с течением времени, а может, кому-то надо просто стереть «ненужное».

Когда-то люди жили и контактировали с Абсолютом, как контактируют друг с другом или женами, детьми, но увы, человек создан был сомневающимся, может, стал таким, и Мироздание отвернулось от него, не желало видеть его гордыню, эгоизм, страсть к насилию, лжи, а тем более слепая вера в то, что «люди – боги». Мир стал скудным, человечество забыло, во что верило, те, кто хотел искренне верить в Бога, богов и истину нашего мира, с тем Абсолют и контактировал редко. Искатель другой, человечной по-своему жизни возвращался почти в Древние времена, о которых было сказано чуть ранее, получая не только встречу со своим Покровителем, в первую очередь чувство освобождения, радости, легкости в душе, а в некоторых случаях легкости в движениях конечностей, какие-то цепи были на нем и исчезли. Люди были созданы свободными, чтобы освободиться, но не забывать своего «родителя», но забыли, почти забыли.

Проснувшись в холодном поту, Дмитрий решил немедленно рассказывать увиденное, отказался от этого от завтрака. Врач выслушал его рассказ, записав, отпустил его.

С ним находился его ассистент; пройдя мимо ассистента, Михаил заметил на пациенте, что лицо его было похоже на выражение лика почти любой статуи, «каменное», безэмоциональное, отстранённое, точнее погружённое в себя, а глаза пустые, лишь только всмотревшись в них, можно увидеть отражение лица. «Печать смерти», – подумала правая рука доктора.

Врач читал Кинга: «Мгла». Михаил спросил:

– Про что пишет?

– Про то, что даже зомби могут стать «смыслом жизни», когда всё идет к черту.

– В нашем случае это псих.

– Да-да, – небрежно, без удивления ответил собеседник.

Изречения проверили, в храме, где служил Роман, тексты были. Это вызвало еще больший ажиотаж в мире. Коваль держался как мог, он как-то попросил Бога послать миру и себе смирение, терпимости, но знал, что на всё воля Божья, да и служил он на самом деле другим богам.

Герою становилось лучше с каждым днем, к нему уже приходили друзья, невеста. Виктор и еще ряд врачей был этим недоволен, лечащий врач говорил: «Хорошо, но недолго». Еще никогда такого фанатизма не проявлял. Дела действительно пошли странные: бредни почти иссякли, но не был полностью долечен, а его хотят то выписать, то перевести в общую палату. Не только старику, но и отчасти главврачу пришлось взять ситуацию под контроль.

Был январь уже, героя тайно, без чего-либо согласия перевели в общую, в ту самую палату, в которой не так давно лежал. За два дня до этого появилось чувство беспокойства и нервозность, уперто не хотел идти туда, подчиниться пришлось.

Бессонница овладела им, был 3 час ночи, вернее, 2:40, лег, с трудом заснул. Между тем дали ему бумагу, вдруг запишет, что почувствует. Предположения не обманули ни лекарей, ни цивилизацию.

Март 37 года 20 века. Неприятная погода, все еще холодно, и ощущается это время как осень, стоит ночь.

В своем доме, в бедно обставленной, грязной, пыльной комнате доживал свои последние часы писатель. Но известным он станет через 30-40 лет, был одним из тех, кто развил и популяризировал классику ужасов в мировом масштабе, разнообразил даже. Его имя Говард Лавкрафт. Болезнь забирала в нем последние силы, от врачей отказался, почти не доверял им. Не без того стал еще худее, старше, а ему было 37 лет, и лицо его становилось ужасно бледным и вытянутым, придавая вид покойника, у которого лицо стянуто так, что видно череп.

В комнату вошел юноша, культист, так же, как и сам писатель. Говард состоял в ордене Древних богов. Орден имел широкое распространение и влияние на мир и цивилизацию в целом. Писатель наш состоял там, чтобы избавиться от кошмаров и видений, по совету жены там оказался, где узнал, что на нем миссия – раскрыть одну из многочисленных страниц тайн Мироздания и литературной форме описать.

Юноша был в черных туфлях и балахоне такого же цвета, из-под небольшого капюшона с заостренным верхом видно было лицо, покрашенное в белый цвет, и имел красные круги вокруг глаз, голова круглая. Круги – наследственность, он имел не только человеческие корни.

– Викто́р, – с кашлем произнес произнес Лавкрафт. – Приветствую, мне кажется, я сегодня умру.

– Ты говорил это Кларку… в прошлый раз, – парень корчил из себя шута или сумасшедшего, не исключено, что он мог быть хоть немного душевнобольным. Вечно кривлялся, делал паузу и менял голос с интонацией.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.