Валентин Красногоров – Основы драматургии (страница 33)

Хорошо, если концовка неожиданна, но важен не этот технический нюанс, он не может быть самоцелью («Что за жалкое удовольствие – поражать неожиданностью!» – писал Дидро). Важнее итог, к которому ты подводишь героев и зрителей, внятный посыл, ради чего делалась пьеса. Неожиданная, но не мотивированная и не подготовленная концовка говорит о слабости драматурга.

Наличие в пьесе завязки, развития, кульминации и финала важно (кстати, желательно, чтобы и каждый эпизод содержал эти же элементы композиции). Но было бы неправильно думать, что композиция только и заключается в правильном построении пьесы из этих четырех частей. Конструирование пьесы начинается с первого слова и далее продолжается в каждой реплике. Работа над композицией начинается даже задолго до написания первой реплики. На этой стадии продумываются тема и идея пьесы, время и место действия, круг действующих лиц и их характеры, сюжет, и, самое главное, как это все будет воплощено на сцене. Ведь пока не создана сценическая структура пьесы, пока она не расчленена во времени и пространстве на игровые эпизоды, пока для персонажей не продумана система мотивов, отношений и поступков, создающая действие, можно говорить лишь об общелитературном замысле, но не о создании драмы.

В самом деле, прежде чем начать пьесу, нужно ответить себе на много вопросов: в чем идея моей пьесы, что я хочу ею сказать? Каков ее сюжет? Какое у нее будет начало? Какой будет ее финал, итог? Что будет пружиной действия? Кто будут мои персонажи? Сколько их? Нет ли лишних? Кто из них главные и почему? Все ли они нужны для выражения моей идеи? Какие между всеми ними отношения? В какой очередности их надо выводить на сцену? Какие у них мотивы и поступки? Чего каждый из них хочет добиться? Что и кто ему мешает? Будут ли персонажи только сидеть и говорить или они будут еще что-то делать (клеить обои, стрелять, биться на шпагах, копать подземный ход, подписывать бумаги, венчаться в церкви, избивать партнера, заниматься сексом)? Когда будет происходить действие – в наши дни, в прошлом веке, утром, днем, вечером, ночью? Сколько времени будет продолжаться действие – один день, месяц, двадцать лет? Где будет происходить действие: дома, в гостинице, в лесу, на корабле, в тюрьме, на Марсе? В одной точке или в нескольких местах? В каких? Какие основные события будут происходить? В какой последовательности? Какие из этих событий должны происходить на сцене, играться на глазах у зрителя, а какие – за сценой, в рассказах действующих лиц (это, пожалуй, самый главный вопрос)? С чего начнется пьеса? Изменятся ли характеры персонажей в процессе действия и в какую сторону? Сколько актов, картин, сцен будет в пьесе? Сколько времени можно выделить на каждый эпизод, сцену и картину? Как будут распределены события по актам и сценам? Чем кончится пьеса и линия каждого персонажа? Какой длины предполагается пьеса – одноактная, многоактная? Какой для нее будет избран жанр – драма, лирическая комедия, сатира, парадокс, абсурд?

Ответы на эти вопросы и составят композицию драмы, построят будущий спектакль. Работа эта непроста, и многие драматурги ею пренебрегают. Изобретательная мысль особенно охотно подсказывает аргументы против работы над композицией, потому что возведение драматической конструкции – труднейший этап работы над пьесой, а человеческой природе свойственно стремление от работы уклоняться. (Знаменательные слова по этому поводу мы находим у Дидро: «Так как план стоит многих трудов и его нужно долго обдумывать, то что же случается с теми, кто избрал драматический жанр и обладает известной легкостью в обрисовке характеров? У них есть общее представление о сюжете; они приблизительно знают положения, наметили характеры… и их охватывает неистовое желание создавать сцены. Они пишут, пишут, находят мысли тонкие, изысканные, даже сильные, получают отрывки очаровательные и совсем готовые; но, когда они уже немало поработали и возвращаются к плану – ибо к нему всегда приходится возвращаться, – они начинают искать, куда бы вставить этот очаровательный отрывок, они никогда не решатся потерять эту изысканную или смелую мысль и создадут, обратно тому, что нужно, план для сцен, которые бы следовало создать для плана. Отсюда построение и даже диалог становятся натянутыми; много потерянного времени и труда и кучи стружек, остающихся в мастерской. Какая досада!»)

Самый трудный этап в написании пьесы – это ее замысел, ее идея, зерно. Надо понять, О ЧЕМ И ЗАЧЕМ ты хочешь ее писать. Если у тебя есть только сюжет (история, которую ты пережил, или придумал, или где-то ее услышал, или прочитал ее в газете), это будет просто очередной сюжет: как кто-то кого-то обманул, или кто-то кому-то изменил, или кто-то чего-то добился и так далее. Если у этой истории не будет твоего индивидуального видения, если ты посредством ее не выразишь некую свою идею, если у тебя нет сознаваемой цели, хорошую пьесу написать трудно. Невозможно. Ты садишься перед чистым листом бумаги (или экраном компьютера) и пытаешься начать: «Входит…» Кто входит? Зачем входит? Куда входит? А ведь надо не только знать, с чего начать. Ты уже должен знать, чем пьеса кончится. Нельзя двигаться к цели, если ты не знаешь, в чем она заключается.

Для выражения идеи и достижения цели выбираются сюжет и персонажи. Но, чтобы выбрать персонажей, нужно иметь представление о сюжете. Персонажей нельзя избрать произвольно, потому что в пьесах они связаны друг с другом довольно жестко и приводят в движение друг друга, как зубчатые колеса в часовом механизме. Приходится одновременно конструировать сюжет (для раскрытия замысла и идеи) и персонажей (ибо без них не может быть сюжета и пьесы). Надо подумать и о пружине, которая будет двигать действие. Что толкает героев к достижению цели: любовь, ненависть, ревность, алчность, честолюбие? И даже когда тебе все это становится более или менее ясным, надо расположить действие во времени и пространстве, суметь в нужное время привести и увести персонажей, разбить еще несуществующую пьесу на акты, сцены и эпизоды, определить их длительность и последовательность.

Частью плана и конструкции являются пространство и время. Иногда выбор правильного места и времени действия является труднейшим этапом создания плана. Продумывание хронотопа пьесы (что, где, когда) крайне важно. Ведь пьеса – не повесть и не рассказ. Все твои идеи: кризис семьи, война, революция, любовь, невозможность понять друг друга, коррупция власти или беззастенчивость бизнеса – должны быть выражены не «вообще», а на глазах у зрителя посредством небольшой группы актеров, вышедших на два часа на сцену.

Всякий раз надо делать выбор, что показывать, а о чем рассказывать, какие эпизоды сюжета играть на сцене, а какие оставлять «за кулисами», в рассказе. Например, можно сыграть на сцене подготовку к убийству, а само убийство не показывать, а можно и наоборот. Оставаясь строго в пределах того же сюжета и замысла, можно составить всю пьесу из совершенно разных разыгрываемых в театре сцен.

Надо еще позаботиться и о том, чтобы движение пьесы постоянно обновлялось и усложнялось (новым поворотом действия, сменой места, введением новых персонажей, мотивов и событий). И, как уже сказано, начиная пьесу, надо знать, чем она закончится, и подводить цепь событий к задуманному итогу.

Наконец, надо выбрать точку зрения на события пьесы, ключ, в котором она будет написана, ее стиль: иронический, комедийный, жизнеподобный, фарсовый, трагический…

Получается, что еще до того, как будет написана первая строчка диалога, главные трудности сотворения пьесы должны быть уже решены. Между тем почти все считают, что пьеса – это всего-навсего диалог. Большая ошибка!

Способность порождать интересный замысел, идею и сюжет, придать им сценичность как раз и отличает настоящего драматурга от создателей диалогов. Это и есть творчество. Драматург на пустом месте творит мир, до него и без него не существовавший. Именно в этом он проявляет свою новизну и оригинальность.

Тем, кому кажется, что писать пьесу (которая состоит как бы из одних диалогов) проще, чем прозу, в которой есть и описания, и авторская речь, и диалоги, я посоветую изложить какой-нибудь сюжет (например, историю своей первой любви) и в виде рассказа, и в виде пьесы. Рассказ польется сам собой. Но при попытке написать пьесу перо споткнется на первом же слове.

Иллюстрацию начальных этапов работы над композицией покажем на примере. Допустим, мы решили писать пьесу о любви, ревности и обманутом доверии. Выбираем следующий сюжет: некий любящий муж подозревает свою жену, ревнует и в конце концов убивает ее. Герой не должен быть бандитом, иначе это будет банально и не драматургично. У него должен быть внутренний конфликт. Измена жены и распад семьи для него означают не только личную трагедию, но и потерю веры в людей вообще. Поэтому надо сделать нашего героя исключительно порядочным и благородным человеком, который придет к своему решению только после тяжелейшей душевной борьбы. Жена, которую он собирается убить, должна быть невинна – иначе преступление героя будет оправдано, а героиню нам будет не жалко. Более того, она должна быть молода, красива, горячо любить мужа – тогда ее безвинная смерть и трагическая ошибка ревнивца тронут зрителя до слез. У мужа, видимо, есть причины легко поверить в измену жены: для этого пусть он сам будет некрасив и уже не очень молод. Лучше даже сделать его чернокожим: это и экзотично, и эффектно для сцены. Два персонажа и их характеры определились.