Валентин Колесников – Алмаз Перст Аллаха (страница 3)
Глава 2. Перст Аллаха
Шел 1591 год. Шах Бурхан Низам второй в сопровождении преданных воинов обходил укрепления крепостных стен города Ахмаднагара. Стража на крепостной стене при виде во всем воинском облачении своего правителя, низко кланялась, приложив правую руку к груди, ладонью к сердцу. Закончив обход, шах спустился с крепостной стены и двинулся в сторону дворца, встречая на улицах города воинов, прибывших на защиту крепости. Во дворце было прохладно и покойно, как в мирное время, казалось, что ничто не нарушит покой его правлению. Бурхан остановился у покоев гарема. Посмотрел на двух черных стражников, стоящих по обе стороны двери ведших в покои. Глубоко вздохнул и прошел дальше. Сегодня он решил навестить любимую жену и наследника, но в облачении воина этого делать не стал. В своей мужской половине дворца к нему пропустили мастера камнереза, выполняющего его заказы в камнерезной мастерской. Челядь знала, то, что положено было знать слугам, что камнерез Ахмат, пользуется особым уважением шаха Низама за непревзойденное мастерство. Его орнаменты, вырезанные из камня дорогих пород, украшают дворец надписями священных цитат Корана, прославляющих Аллаха, и подвиги, дарованные Аллахом правителю Ахмаднагара.
– Ахмат, рад тебя видеть, ты выполнил мой заказ? – спросил Низам.
– Да хранит вас бессмертный милостивый Аллах, пусть славится в веках имя Его. Я выполнил все, что вы приказали мне сделать. Не изволит ли ваша милость взглянуть? – не смея поднять голову, дабы не осквернить своим взглядом светлейшего шаха Бурхан Низама второго, мастер замер в почтительной позе.
– Нет, Ахмат, не здесь. – Сказал шах. При этом он сделал жест рукой страже. Два стражника, стоявшие по обе стороны мастера камнереза, готовы в любой момент броситься на защиту светлейшего шаха, повернулись кругом, и вышли за дверь покоев, оставив шаха наедине с мастером. Когда стража удалилась, шах сказал:
– Теперь можешь доставать и показывать свою работу.
Ахмат достал из-за пазухи сверток, завернутый в шелковую ткань. Бережно развернул ткань. На его ладони засверкал бриллиант, лежащий рядом с кожаным мешочком на тонкой шелковой тесемке. Ахмат протянул шаху свою поклажу. Бурхан, придерживая левой рукой ладонь мастера, правой стал рассматривать безукоризненную надпись на одной из граней алмаза. Бриллиант заиграл перламутровым свечением бликов, в которых преобладали еле уловимые теплые тона желтоватыми солнечными лучами исходившие, казалось, из середины прозрачного кристалла. Бурхан Низам уловил в этой почти не уловимой желтизне кристалла свечение жизни. Алмаз, как бы давал живой сигнал улыбки бликами, игрой сверкающего блеска, предавая знаки своего живого внимания сверкающей игрою исходивших из естества лучей. Низам второй, любовался работой мастера некоторое время, затем спросил:
– А второй камень совершенно такой же, как и этот? – приглушенным голосом.
– Я выполнил все, как вы приказали мне сделать, светлейший повелитель. В мешочке щепотка земли и "Перст Аллаха" вместе.
– Достань бриллиант "Перст Аллаха", я должен убедиться в совершенстве твоей работы.
Ахмат, молча, развязал тесьму и достал из мешочка сверток в пергаменте, развернул клочок пергамента и сверкающий камень, положил на свою ладонь рядом с первым. И грани, и края в кристаллах, и надписи, были совершенны в своей идентичности, за исключением незаметных двух знаков в безукоризненной вязи надписи на фарси на бриллианте, извлеченном из мешочка в свертке пергамента с надписью рукой Бурхан Низам шаха второго, которая должна быть начертана на алмазе "Перст Аллаха".
– Ты, Ахмат, не превзойденный мастер камнерез во всей окружающей нас вселенной. Я дам тебе столько золота за такую работу сколько захочешь. Ко мне прибыли купцы из далекого Запада, страны Португалии. Их корабль через месяц отплывает из Бомбея, караван уходит сегодня. Неспокойно на нашей границе. Властитель Северной Индии Великий Могол Акбар у наших границ. Со дня на день мы ожидаем набег его головорезов на нашу землю. Я отправляю наследника с моей законной женой с караваном купцов в Бомбей. Сегодня под покровом ночи будешь сопровождать наследника с матерью. С вами поедет и преданная охрана в лице молодого сильного и бесстрашного воина Шерхана телохранителя моей жены и ее сына, наследника Ахмаднагара! – с этими словами, шах взял с ладони алмаз в свою руку. Полюбовался им, вертя в руках, и сверяя надпись с надписью на пергаменте, добавил к сказанному, – Алмаз "Перст Аллаха" вложи обратно в кожаный мешочек, где уже хранится щепотка земли наших предков. – И Бурхан Низам спрятал пергамент в карман халата, и алмаз передал Ахмату. С грустным взглядом Бурхан Низам наблюдал, как камнерез осторожно положил в мешочек, закрепленный на тесьме из крепкой шелковой нити, затянул и завязал нить узлом. Затем поклонившись, передал талисман шаху. Низам отпустил придворного камнереза, щедро наградив за его работу, и по его просьбе разрешил взять с собой в далекую страну свою жену и сына. Проводив мастера, Бурхан Низам переоделся в домашнее платье, затем вошел в тронный зал дворца и, открыв сундук с сокровищами, возложил в особый ларец алмаз, где хранились крупные драгоценные камни. После этого открыл за троном потайную дверь и вошел в опочивальню любимой жены. Жена сидела на корточках на ковре с Кораном в руках и читала своему сыну священные тексты. При виде супруга она поднялась и, склонив в почтительном поклоне голову, сказала:
– Повелитель, ты так давно не приходил ко мне. Чует мое полное любви к тебе сердце, что наступают тяжкие времена на нашу многострадальную землю!
Низам подошел к жене, нежно обнял ее.
– Я, пришел сообщить тебе, что сегодня вечером, ты должна покинуть крепость Ахмаднагар вместе с сыном. С вами будет ехать мой лучший и преданный мне воин Шерхан, и придворный мастер-камнерез с женой и сыном. – Сказав это, шах внимательно посмотрел на супругу.
– Я не готова к бегству. Я готова умереть вместе с тобой на стенах Ахмаднагара! – в ужасе сказала она, представив тяготы скитаний на чужбине.
– Да, это было бы так, если бы у нас не родился наследный принц, здесь останутся братья от других жен, а рисковать тобой и сыном я не в силах. Пусть услышит мои слова Всевышний, да прославляется Его бессмертное имя в веках, и ниспошлет милость свою тебе и нашему сыну, отведет опасности в пути, и сохранит ваши жизни! – он повернулся к сыну, который внимательно слушал, что говорил отец, – Подойди ко мне мой мальчик.
Сын приблизился к отцу. Шах Низам снял с пояса тесемку, на которой болтался кожаный мешочек. Затем нежно с трепетной любовью надел на шею сына.
– Носи этот талисман Мурза. В нем горстка нашей земли предков и священный «Перст Аллаха», пусть будет с тобой всегда. Никогда не снимай его, здесь спрятано твое спасение и власть над Ахматнагаром, данной тебе волею Всевышнего…
На закате солнца караван из четырех верблюдов отбыл из ворот Ахмаднагара. На верблюдах с тюками Индийского чая уезжал наследный принц Ахмаднагара, унося под одеждой на своей груди талисман со щепоткой земли предков и алмазом «Перст Аллаха», точной копией бриллианта оставшегося в сокровищнице дворца известного современной истории, как бриллиант Шах…
Глава 3. Ключ к сокровищу
Прошло сем дней после того, как караван португальских купцов прибыл из Султаната Ахмаднагара в Бомбей. Купец (история не сохранила его имени) назовем купца Симон Перес. Это был энергичный невысокий мужчина с курчавой бородой с проседью. Его круглое полное тело и красное лицо было видно всюду при погрузке продовольствия и тюков с чаем и двух кованых сундуков. С погонщиком верблюдов Перес рассчитался сполна.
– Мустафа, скажи, ты всем доволен? – прощаясь с погонщиком, спросил Симон на местном наречии.
– Мой господин, я доволен всем, да сохранит тебя Аллах в пути! – Отвечал Мустафа.
– Что же ты такой грустный, мой дорогой друг? – с участием спросил Перес.
– Неспокойно у нас в Ахмаднагаре. Слишком крепка крепость, выстроена местными мастерами. Боюсь, что мы живем во времена перемен. Но на все воля Аллаха, бессмертного и милостивого, да славится в веках имя Его.
– Да, друг, на все воля всевышнего Бога Яхве. Пусть и тебя хранит твой Бог Аллах! – Крикнул Мустафе с палубы отчаливавшего корабля «Звезда Востока» от пристани порта Бомбея. Парусное португальское торговое судно «Звезда Востока» отошло от пристани Бомбея, чтобы через месяц плавания войти в Итальянский порт Генуя на пути к порту Лиссабона. Надия и ее семилетний сын Мурза получили отдельную каюту боцмана рядом с каютой капитана. Телохранитель Шерхан, мастер-камнерез Ахмат с женой и сыном были размещены в купеческой каюте с двумя купцами. Надия вместе с сыном и Шерханом получили свободу передвижения по палубе. Боцмана капитан переселил, потеснившись в капитанской каюте. По утрам, телохранитель Шерхан приносил еду в каюту Надия, и оставался там до захода солнца, выполняя мелкие поручения женщины. Частым гостем в каюте был общительный купец Симон Перес. Это был единственный человек на борту из иностранцев, кто умел читать, писать и говорить на фарси. Он часами просиживал в каюте и вел задушевные беседы, с красавицей Надия, угощая женщину и ее сына Мурзу восточными сладостями, и уходил под вечер. Все это время телохранитель стоял у двери каюты, ревностно сверкая глазами в сторону стола, за которым пили чай Симон и Надия, Мурза сидел на ковре листал книги с картинками, взятые в дорогу матерью. На палубе Симон, Надия, Мурза и неизменно Шерхан раз в день прогуливались, иногда капитан присоединялся к ним. Складывалось такое впечатление, что Симон Перес прохаживается по своему кораблю, а на самом деле так и было. Это был самый богатый человек в Лиссабоне, имевший в своем распоряжении корабль, и курсировавший в Индию за экзотическими товарами, шелком, чаем, восточными пряностями, табаком и украшениями. Его товары приносили огромные прибыли. Путь в Индию он тщательно пытался скрывать, до тех пор, пока по приказу короля Филиппа первого его наместник в Португалии не снарядил за ним несколько военных кораблей и под страхом казни заставил привести флот к берегам Индии. Так началась экспансия Португалией Индии. За открытие торгового пути в Индию, король Испании и Португалии Филипп второй даровал Симону Пересу привилегию торговли на всей территории королевства. И теперь, не опасаясь наказания, Симон Перес раз в году совершал морское путешествие в Индостан за товарами, которое проходило и сейчас. Его корабль с товарами и пассажирами следовал в Лиссабон. Узнав о том, что мастер-камнерез султаната Ахмаднагар лучший из лучших мастеров плывет на его корабле, Симон решил предложить ему остаться при дворе короля и продемонстрировать свое мастерство самому королю Португалии Филиппу первому.