Валентин Катасонов – Мировой капитализм. Разоблачение. Они отважились сказать правду (страница 2)

Наша беседа с Джоном Перкинсом – это практически первое столь большое интервью, показанное по одному из крупнейших международных телеканалов.

15.03.2013

1. «Первая истинная мировая империя (США) делалась посредством порабощения других стран и их лидеров»

Ведущий: Мистер Перкинс, рад вас видеть. Мы проехали немало, чтобы встретиться с вами, но это того стоило. Я давно хотел с вами увидеться, чтобы сделать с вами передачу.

Перкинс: Да, мне тоже очень приятно. Но вы можете звать меня просто Джоном. А как вас можно называть?

Ведущий: Халид.

Перкинс: Халид, хорошо, спасибо.

Ведущий: Начну с цитаты из вашей книги. Вы начинаете книгу со следующих слов: «Экономические убийцы – это высокооплачиваемые профессионалы, которые выманивают у разных государств по всему миру триллионы долларов. Деньги, полученные этими странами от Всемирного банка, Агентства США по международному развитию и других зарубежных организаций, экономические убийцы отправляют в сейфы крупнейших корпораций и в карманы богатейших семей, которые контролируют мировые природные ресурсы. Экономические убийцы используют мошеннические манипуляции с финансовой отчетностью, подтасовки на выборах, взятки, вымогательство, секс и убийство. Они играют в старую, как мир, игру, которая приобретает сейчас, во времена глобализации, угрожающие размеры. Я знаю, о чем говорю. Я сам был экономическим убийцей». Мой первый вопрос в связи с этим такой: когда и почему появились экономические убийцы? Почему Америке нужны были эти люди?

Мохаммед Моссадек на обложке журнала» Тайм»

Перкинс: Думаю, обязательно надо сказать, что впервые такие люди стали работать в Иране в начале пятидесятых годов, когда премьер-министром страны был избран Мохаммед Моссадек (Ведущий: В 1951 году.) …В Иране он начал тогда проводить политику по национализации нефтяной промышленности, чтобы доходы от добычи нефти шли на нужды народа. Моссадек хотел стать президентом Ирана и потому начал вести жесткие переговоры с крупнейшей англоиранской нефтяной компанией British Petroleum, сегодня известной как «BP». Мохаммед Моссадек дал понять, что компания должна платить иранскому народу гораздо больше денег или, в противном случае, обязана уйти с иранского рынка. Практически с этого предложения и начался процесс национализации. Британцы с политической точки зрения не играли тогда сильной роли в Иране. В политическом плане ситуация с нефтяной компанией больше касалась американцев. Президент США Дуайт Эйзенхауэр очень опасался, что такой процесс сблизит Иранское правительство с СССР, ведь Иран граничил с Советским Союзом, имел с ним давние связи, а «холодная война» находилась в своем апогее! Влияние на Иран нельзя было потерять, но и воевать на чужой территории было опасно. У СССР было ядерное оружие. Его же имели и США. Кроме того, Дуайт Эйзенхауэр понимал, что военное вмешательство во внутренние дела Ирана и во все, что может быть направлено против Мохаммеда Моссадека, породит серьезные проблемы между СССР и США и даже может привести к ядерной войне. И тогда Госсекретарь США Аллен Даллес и глава ЦРУ Джон Даллес убедили Дуайта Эйзенхауэра найти другой путь решения проблемы. Вместо того чтобы готовиться к войне, Эйзенхауэру предложили отправить в Иран агента ЦРУ с тем, чтобы тот помог США избавиться от Моссадека.

Кермит Рузвельт

…И вот внук бывшего президента США Теодора Рузвельта – Кермит Рузвельт (это и был тот самый агент ЦРУ) отправился с миссией в Иран. Он поехал туда с несколькими миллионами долларов и очень быстро сумел организовать то, что тогда со стороны казалось народными протестами против Мохаммеда Моссадека. На самом деле эти протесты устроила небольшая группа людей, которым хорошо платил американский агент. Если говорить коротко о дальнейшем, то Кермиту Рузвельту удалось добиться того, что Мохаммед Моссадек не только был смещен со своего поста, но и прожил под домашним арестом до конца своих дней. Более того, Кермит Рузвельт сумел возвратить в страну изгнанного шаха Ирана! А мы все знаем, конечно, что Мохаммед Реза-шах Пехлеви был большим другом западных нефтяных компаний и международного бизнеса.

Я работал на шаха Ирана в течение нескольких лет и поэтому знаю, что это была действительно успешная операция, которая проводилась ЦРУ, Госдепартаментом и Белым домом. Вот после этого в Правительстве США и поняли, каким именно образом надо действовать для достижения своих целей в мире. В таком пути не было особого риска, и это не стоило особо больших денег. Американцам удалось свергнуть премьер-министра чужой страны, который мешал их политической экспансии! Единственная проблема заключалась в том, что Кермит Рузвельт был агентом ЦРУ, то есть государственным служащим! Если бы его поймали, то это поставило бы в очень неловкое положение США. Сотрудник правительственной структуры США вмешивается в дела другой страны! И тогда было принято решение использовать для подобной работы людей, которые не были непосредственным образом связаны с правительством. То есть частных консультантов, таких людей, как я. Таким образом, идея использовать экономических убийц получила свое развитие и дальнейшее распространение и в других странах. А началось это с истории, связанной с Моссадеком, в 1953 году.

Ведущий: Но как можно верить людям, не связанным с ЦРУ? Я имею в виду, что это очень ответственная работа – идти на переговоры по столь деликатным вопросам с государственными деятелями? Не надежней ли использовать людей непосредственно из ЦРУ, ФБР или других спецслужб для подобных заданий в пользу США?

Перкинс: Никто не знал этого лучше, чем в самом ЦРУ и Госдепартаменте. Они знали, что на самом деле никому нельзя доверять. Я имею в виду, что и агенты ЦРУ, и ФБР также могли переходить на другую сторону. То есть им тоже нельзя было верить.

Ведущий: Но как можно верить людям совсем посторонним, со стороны? Их ведь еще легче может завербовать противник?

Перкинс: Да, конечно они могли быть завербованы. Но мне кажется, что все-таки больше можно доверять людям из частных компаний. Людям, которым хорошо платят. Кроме того, таких людей можно шантажировать, запугивать, а можно и подкупать. Существует много путей. Но, тем не менее, вопрос доверия все-таки был здесь основным.

Ведущий: Возможно, кроме этого, они не имели доступа к секретным материалам? Правда? Я имею в виду людей, не принадлежащих ЦРУ?

Перкинс: Да, это верно. Я, например, никогда не имел доступа к секретным материалам. Хотя многие агенты ЦРУ тоже не имели подобных доступов. Они знали то, что надо было, и не более того. И я на самом деле ничего не мог выдать, кроме того, во что я был непосредственно вовлечен.

Ведущий: Расскажите нам, пожалуйста, историю вашей вербовки? Почему именно на вас пал выбор?

Перкинс: Да, это интересная история. В то время я учился в экономическом колледже университета города Бостон. На последнем году обучения я женился на молодой женщине, чей отец занимал высокий пост в Министерстве военно-морских сил США. А его лучший друг занимал высокий пост в Агентстве национальной безопасности. И вот этот человек, который служил на высоком посту в Агентстве национальной безопасности (я называл его «дядя Фрэнк»), организовал мне собеседование в этом Агентстве. Это была продолжительная беседа, которая включала в себя психологические тесты, связанные с проверкой на детекторе лжи. В ходе этих бесед они обнаружили, что у меня имеются три слабых пункта, которые они назвали «тремя наркотиками нашей культуры». Я любил деньги, стремился к власти и любил женщин. Я ведь вырос в бедной семье…

Ведущий: А какое значение для них имело то, что у вас были эти три слабости?

Перкинс: Эти слабости могли позволить им манипулировать мной. То есть они мне могли предложить и деньги, и власть, и секс. И в этом случае я бы соблазнился и пошел работать на них. И, как показала жизнь, так оно и произошло.

Ведущий: Они ведь знали все о вашей бедной жизни, так? О вашем провинциальном детстве? И, возможно, использовали ваши комплексы для того, чтобы вас завербовать?

Перкинс: Да, знали. Они знали, что я мечтал поехать в Буэнос-Айрес, что я мечтал побывать в Париже, Тегеране, Джакарте, в других странах. И, по сути дела, они мне предложили подобное «путешествие» за их счет. Я должен был летать в эти места первым классом, останавливаться в роскошных отелях, есть в лучших ресторанах. И, действительно, я к этому стремился. С детства мне всегда хотелось сравняться с богатыми ровесниками в этом смысле. Хотелось, чтобы во время праздников и каникул я не проводил время дома, играя один в баскетбол, а так же, как и мои друзья, мог путешествовать по лучшим местам мира.

Ведущий: А не могли бы вы рассказать вашу историю с Клодин? Как вы с ней встретились? Что она вам рассказывала? По-моему, это интересно.

Перкинс: Это произошло, когда я начал работать на одну компанию в Бостоне. Компания называлась «Чаз Ти Мейн» (Chas T. Main) Это была солидная частная консалтинговая компания.

Ведущий: Это было в 1971 году, так?

Перкинс: Верно. Я тогда еще не знал, что мне надо будет делать. Я знал, что мне предстоит ехать в Индонезию. Это была моя первая командировка на ближайшее будущее. В это же время мне дали задание заняться изучением экономики Кувейта, так как в этой стране у нашей компании был проект. Для изучения вопроса я часто посещал публичную библиотеку в Бостоне и работал по теме Кувейта. В те времена, сами понимаете, не было Интернета, поэтому приходилось очень много времени проводить в библиотеке… (Ведущий: Ни Google тебе, ни Википедии…) Да, это потрясающе, как сегодня все это легко делается. Но в те времена нам надо было перебирать какие-то папки, листать сотнями книги и подшивки.