Валентин Иванов-Леонов – Копья народа (страница 21)

Мкизе вошел в здание полиции. Аплани шел за ним с беспечным видом. Направо — дверь к дежурному сержанту полиции. Налево — в коридор, где размешался маленький отдел лейтенанта Нунна.

Мкизе не торопясь открыл ключом дверь под номером «3». Вошли. В кабинете царил порядок. На столе — ни одной бумаги. В углу — серый тяжелый сейф. Мкизе действовал не торопясь. Все продумано заранее. Это было нелегкое дело — раздобыть ключ от несгораемого шкафа. Целую неделю работали члены организации, засланные в полицию, чтобы добраться до сейфа и изготовить второй экземпляр ключа. Мкизе набрал номер замка сейфа, вставил ключ, сорвав печать, потянул на себя дверь. На полках — зеленые папки.

С другой половины здания доносились голоса, неясный разговор. Не теряя ни минуты, Мкизе начал засовывать папки в матерчатую сумку.

— Дай-ка мне одну, пока ты там канителишься, — сказал Аплани. Усевшись в кресло и положив на соседний стул ноги, стал с интересом читать, словно был дома. Генри недовольно поморщился. Эта показная храбрость Аплани не нравилась ему.

— Гляди-ка, Генри, — воскликнул Аплани, — связной Госани арестован!

— Йека!

В этот момент хлопнула наружная дверь. Кто-то вошел в коридор, потоптался у двери. Генри почувствовал, как жар охватывает виски, взмок подбородок. Вошел европеец, толстощекий, с широким ртом, в углу которого торчала сигарета.

— Вы что здесь, ребята? — спросил он. — Где баас?

Агент внимательно посмотрел на африканцев.

И вдруг толстощекое лицо его оделось мертвенной белизной. Словно загипнотизированный, стоял он против широкоплечего Мкизе. Только шаг разделял их. Рука Мкизе лежала в кармане пиджака. Властный взгляд его давил, отнимал волю.

Аплани, зло улыбаясь, неторопливо встал, вынул пистолет.

— Ложись! — Он толкнул агента. Человек рухнул, словно ноги его были сделаны из ваты, лег ничком. Аплани наклонился над агентом, размахнулся тяжелом рукоятью пистолета.

— Ло! Ты что? Брось! Зачем его убивать? Лежачего?

— А по мне хоть положи их таких тысячу рядышком — рука не дрогнет.

— Он сдался.

— А если бы ты попал к нему в руки, посмотрел бы он, что ты сдался?

— Я против террора. И какой толк в его смерти? Обыщи и свяжи, — сердито отрезал Генри.

Мкизе засунул в припасенную сумку последние папки. Посмотрел на агента. Тот лежал, не поднимая головы.

— Пошли.

— Куда торопишься? Давай обыщем кабинет. Этот тип нам не помешает. Может, найдем оружие.

Генри нахмурился:

— Пошли, пошли.

Ветерок играл на улице красным шлейфом пыли. Солнце зашло за тучу. Генри огляделся по сторонам.

— Свяжись с Могано, Аплани. Скажи ему: нужно срочно встретиться.

Они разошлись в разные стороны…

Через час Сарон Нунн, развязывая агента, спрашивал:

— Как он выглядит? Вы уверены, что это Мкизе?

Чертыхаясь и ругая «проклятых кафров», Нунн поднял трубку телефона и рассказал начальнику отдела безопасности, что произошло.

Голос начальника, обычно тихий и вкрадчивый, на этот раз яростно гремел.

— Вы разиня, лейтенант Нунн! Как он мог проникнуть к вам, открыть сейф? — И, отметая объяснения, бросил в трубку: — Высылаю вам отряд полиции. Он должен быть пойман, слышите вы, слюнтяй?

Генри увидел в окно, как по улице промчались двое, преследуемые полицейскими. И сразу же вслед за этим вошел взволнованный хозяин дома Мтута. Мтута шепотом сообщил, что полиция оцепила поселок.

— Много их?

— Больше, чем травинок в вельде.

Генри не сомневался: ищут его. Надо ему было сразу уйти из локации. Они перероют теперь весь поселок и в конце концов доберутся до этого дома. Что делать? Спрятаться не удастся. А папки? Мкизе подавил подступающее волнение, спокойно сказал:

— Пойди, Мтута, посмотри, нет ли наших среди полиции? Я должен выбраться. Обязательно.

Мтута ушел.

Мкизе заставил себя сесть за стол, принялся читать «дела», вырывая листы, на которых были клички агентов, адреса явок, ставшие известными полиции, сжигал остальное в печке, чтобы не оставлять следов в доме. Ло! Вот оно!

«…В селении Ланга наш агент обнаружил неизвестного. Им оказался Госани — связной Комитета действия. Госани доставлен в отдел безопасности… Госани отрицает, что оружие прибудет на самолете в район селения Ухловане. Говорит, что никогда не слышал об этом. Возможно, сведения нашего сотрудника неверны. Госани направлялся в вашу локацию. Сообщите в отдел все имеющиеся данные о нем и о тех, кто с ним связан…»

Значит, все пронюхали! Теперь они могут накрыть и зарубежных друзей с грузом оружия там, у селения Ухловане.

Желая прочитать документы в более спокойной обстановке, Мкизе поднялся по приставной лестнице и очутился в небольшом мрачном помещении. Сквозь запыленное окно чердака проникали лучи вечернего солнца. Мкизе осмотрел поселок. Вдали полицейские обыскивали дома и хижины, заталкивали арестованных в тюремные машины.

Он снова принялся читать. Вот более позднее сообщение.

«…Связной Госани вчера повесился на спинке кровати в одиночной камере… Арестуйте и доставьте в штаб-квартиру на Маршал-сквер[24] Мкизе, Аплани, Мабиходу и Махлангу. Есть данные, что эти банту были связаны с Госани. В первую очередь арестуйте Мкизе… Необходимо уточнить, не изменилось ли место доставки оружия…»

Значит, Госани умер. Дорогой брат, да успокоится дух твой там, внизу. Ты умер напрасно. Полиция все знает.

Надо во что бы то ни стало выбраться отсюда. И куда исчез старый Мтута?

Мкизе ждал возвращения хозяина дома. Он не хотел рисковать. Там, среди полиции, есть свои люди, они помогут выбраться. Но время шло. Ночь подходила к концу. Мтуты все не было. Видно, арестовали.

Мкизе спустился вниз, через окно вылез во двор. Холодный ветер освежающе дохнул ему в лицо. Мкизе уверенно пошел сквозь проемы в покосившихся заборах, мимо затаившихся хижин. В предутреннем мраке сквозь открытые ворота Генри увидел на улице цепь полицейских-африканцев, вооруженных только дубинками. Белые расисты не доверили им огнестрельного оружия. Значит, прорываться надо именно здесь. Из засады Мкизе долго всматривался в лица. Ни одного знакомого.

Он услышал шаги. Прямо на него шли двое европейцев. Тишину прорезал яростный крик:

— Вот он! Все сюда! Это он, он! — надрывался агент.

Мкизе побежал между хижинами, слыша за спиной топот преследователей. Он ворвался в ближайшую халупу, сооруженную из ящиков, быстро закрыл за собой полог из мешковины. Замер, ожидая испуганных криков хозяев. Но хижина была пуста. Рядом зазвучали голоса.

— Некуда ему деваться, — сказал кто-то властным топом. — Он здесь. Передайте по цепи: не выпускать ни одного!

— Я сразу узнал его, — говорил другой голос. — Это он.

Они скрылись за соседними хижинами.

Кольцо вокруг Мкизе сжималось. Они обыскивают дом за домом и рано или поздно доберутся до него.

Мкизе вышел из хижины. Озираясь, направился к воротам, из которых только что смотрел на полицейских. Сжав челюсти, он прошел в калитку. Одним взглядом охватил Мкизе переулок и ближайших к нему врагов. Полицейские-африканцы вытянулись цепочкой. Офицеры маячили вдали. Мкизе вынул пистолет, пошел на агента в черном берете. В цепи раздались тревожные крики.

Словно стая павианов от пантеры, метнулись от Мкизе полицейские. Они бежали за ним на расстоянии. Генри был хорошим бегуном, когда-то в школе занимал первое место. Он нырнул под проволочную изгородь, окружавшую локацию, и кинулся через поле к шоссе. Сзади захлопали выстрелы. Где-то высоко и сбоку пронизывали сизый сумрак утра пули. По дороге шла машина. Шофер заметил беглеца и, когда Генри оказался рядом, притормозил. Мкизе ухватился за борт, больно ударившись коленом, перевалился в кузов. Сел, отдышался. Представил себе, как беснуется сейчас Сарон Нунн, и усмехнулся. Теперь он, Генри Мкизе, предупредит Комитет действия. Место доставки оружия будет изменено.

Майор Ганс Краммер, как всегда аккуратный и подтянутый, ходил по кабинету, стараясь не обнаруживать душившую его ярость. Только шрам на правой скуле его покраснел, что было признаком душевного волнения. С тех пор как был застрелен его зять Вильям Гендерсон, он сильно изменился: разражался иногда вспышками неудержимого гнева. Сотрудники говорили, что Краммер любил Вилли и что тот погиб при таинственных обстоятельствах от руки террориста.

Иногда Краммер останавливался, и взгляд его гвоздем впивался в Сарона Нунна.

— И в бумагах, похищенных Мкизе, говорилось, что нам известно место доставки их груза?

— Да, — тихо ответил Нунн.

— Ничего не скажешь, этот Мкизе — хитрый малый, не то что мои сотрудники.

Краммер резко повернулся на каблуках.

— Вот что: их загранбюро теперь, по крайней мере временно, отменит операцию. У вас есть какие-нибудь соображения на этот счет? Ведь именно по вашей милости мы выпустили их из рук.

— Я бы попросил вас послать нашего человека в Найсал, где находится загранбюро этого Африканского общества.

— У нас там есть уже человек.

— Надо послать опытного сотрудника. Он связался бы там с нашими людьми, заслал бы кого-нибудь в загранбюро. Прошу направить меня.