Валентин Искварин – Естественно, магия (страница 58)
— Раз, — шепнул Виктор.
Дрейк вздрогнул от неожиданности. Он услышал! Сработало!
— Дмитрий, вы в эфире.
Старый маг вскочил и бросил камень, словно тот его укусил. И забормотал.
— Эй! Мы вообще-то связь тестируем, а не сферу погло…
Однако Дракон ничего не тестировал. Он нападал!
Виктор бросился на землю и перекатился. Раздался треск. Молния! Какого беса!?
Догадка мелькнула, но провалилась куда-то в дальний угол сознания: сейчас было не до размышлений о суевериях. Надо спасаться! И ведь, тваюмагию, ещё и этого психа не покалечить бы!
Виктор подпрыгнул и вызвал щит. Сфера слишком нестабильна, пока ненадёжна, и неизвестно, как она себя поведёт при быстрых передвижениях.
Красное пятно на земле, как точка лазерного прицела. С небольшим отличием: она магическая! Мысленно потянувшись к ещё не
Через секунду в лесу полыхнуло. Дрейк удивился, что огненный шар сработал неизвестно где, но с отчаянным упрямством начал следующее заклинание.
— Дрейк! Да ни к чему мне твоё имя!
Тоже без толку. Вот же пакость! Три воздушных удара подряд и глушак следом. Опять не вышло! Теперь Дракон скрылся не под серой, а под сиреневой сферой, очевидно, дающей более сильную защиту. Пробьёт ли сферу молния? И выживет ли от её удара суеверный недоумок? Как же всё нескладно!
Виктор почувствовал запах тухлых яиц, а следом за ним зуд по всей коже! Отчаянной попыткой уйти из поля действия какой-то мерзости, играющей с органикой, маг направил силу себе под ноги. От ударной волны, что подбросила его, заложило уши и заломило виски. Но с высоты метров в пять он увидел удивлённое лицо бывшего наставника перед тем как того оглушило и он стал падать лицом в собственное заклинание!
Поставить щит Виктор успел только под себя, чтобы смягчить падение. Смягчил, но ноги от удара подломились. Ягодицы, спина, голова — влетели в заросли, крапива ожгла шею, левая нога приложилась о дерево, ещё один кувырок назад. По щеке проехалась ветка какого-то кустарника.
Виктор вскочил и побежал сквозь кусты. Воздушным ножом вспорол ограждение поляны, прыгнул, продираясь сквозь им же сплетённые и сращённые ветви. Подбежав к краю круга, в котором всё живое корчилось в гниении, маг в отчаянье снова швырнул силой, чтобы отбросить потерявшего сознание учителя. Не получилось: Дрейк лежал, и волна воздуха прошла над ним. Плохо понимая, как именно, Виктор принялся всасывать силу заклинания, скатывая её в шар. Но ему повезло: процесс замедлился и остановился!
Цвет. Он уже видел это сочетание. Практически то же, что и в целительном прикосновении зловредного Петра! Надо сохранить его. Вынуть всю дрянь, оставив только то, что сможет лечить!
Держа шар в правой руке, левой Виктор вызвал щит, им перевернул Дрейка лицом вверх. Кожа с правой стороны пожелтела и почернела от глубокого химического ожога. Половины щеки просто не было, как и большей части волос. Разбавляя тошнотворную вонь, пришёл запах гари от занявшихся пожаром деревьев.
Старый маг дышал. Значит, ещё не всё потеряно! Лила, конечно, будет в ужасе. Все будут в ужасе. Потом можно будет позвать лекаршу, нынешнюю наставницу Петра. Но что-то надо сделать уже сейчас! Вдруг уже идёт заражение, сепсис или ещё что-то? Тяжело в партии без нормального лекаря…
Сфера в руке продолжала переливаться, но контроль над ней ощутимо терялся. Надо всё сделать быстро. Зелёно-красное. Жёлтое ни к чему. Эта серость — тоже. Маг вытянул из клубка всё лишнее и отбросил. Клубок не выдержал и начал стремительно разматываться! Виктор успел толкнуть сгусток в сторону головы Дрейка. И отпрыгнуть назад. Упасть в вонючее месиво и зажмуриться, чтобы не видеть, что будет происходить.
С минуту ничего не происходило. Закисленная земля начала жечь лодыжки. Всё? Он добил бывшего учителя? Весельчака, который взял ученика, вырвав его из лап Ордена. Даже думать не хотелось о том, что будет дальше.
И тут Дрейк заверещал! Виктор открыл глаза, чтобы увидеть, что старый маг сидит и неистово трёт лицо руками, с трудом сдерживаясь, чтобы не царапать, а из-под ладоней с каждым движением вываливаются обгоревшие клочки плоти. Бросив покрасневшее лицо, он начал чесать живот, ноги, бока, руки — всё тело. Потом упал навзничь, рыча от злости, и стал извиваться, стремясь унять чесотку в спине.
Жуткое зрелище не помешало обрадоваться: Дмитрий был жив!
— Помоги раздеться! — прошипел несчастный, пытаясь содрать непослушную одежду.
Виктор помог, стараясь не обращать внимания на поток ругательств. Он жив! Раздевшись догола, Дрейк кинулся к роднику, плюхнулся в него, подняв фонтан брызг, и, часто-часто дыша, начал смывать с себя начёсанное. Пока предавался этому занятию, волосы, уже державшиеся на честном слове, выпадали, покрыв плечи и спину. Плеснув воды в лицо, Дрейк смыл брови.
Минут через пять очень худой человек, весом не более трёх пудов, сидел, дрожа от холода, на лавке. Предложенную грязную одежду он отверг с выражением крайней брезгливости. Раскрасневшееся лицо медленно бледнело.
Перед Виктором был жилистый, тощий… юноша.
49. Молодость
Дрейк отогревался, надев свою собственную рубашку, отданную Виктору три дня назад.
На то, чтобы потушить пожар, ушло четверть часа. Родник был трижды вычерпан до дна и теперь наполнялся новой, чистой, неосквернённой водой.
Решив оставить уборку на потом, Виктор помчался в коттедж за одеждой для Дракона. Сработавшие сторожевые заклинания, позабытые в спешке, вышвырнули обалдевшего мага, добавив при приземлении синяков.
Виктор взбежал по лестнице. Из зала на шум высунулась Лила. Увидев молодого волшебника без рубашки, с ободранным лицом и торсом, воровка побледнела.
— Рубашку, трусы, штаны… для Дрейка, — выдохнул запыхавшийся маг. Спохватившись, добавил: — И ремень обязательно.
— В каком порядке вас пороть?
— Только его. Дважды!
Конечно, Лила не смогла усидеть в доме. С сумкой в руке она обогнала умаявшегося Виктора. Тот запоздало вспомнил о не сработавшем ещё глушаке и крикнул вдогонку. Воровка махнула рукой, а на тропинке каким-то чудом увернулась от заклинания.
Когда Виктор прибежал, Лила рыдала на плече Дрейка.
Через полтора часа, чуть живой от усталости нечаянный целитель притащился в коттедж и рухнул на диванчик в холле. Из кухни выбежала Женя. Увидев бледного, осунувшегося Виктора, убежала обратно и вернулась с чашкой крепкого приторно-сладкого чая и бутербродом с колбасой.
— Спасибо…
— Что произошло? Лила вся не своя, Дрейк — молодой и тощий, как вешалка, ты в крови, Моав с Вахтангом куда-то умчались! — скороговоркой выпалила девушка. — Меня тут оставили… за тобой присматривать.
— Он напал, я защищался. Он упал в кислоту…
Женя ахнула, прикрыв личико ладошками, а Виктор слабо махнул свободной рукой и продолжил рассказывать:
— Я его отбросил. Кислоту
— Выпил… вылечил… Прости, что я с расспросами! Ты такое пережил, а я…
— Ничего, — Виктор, как смог, улыбнулся. — Понятное беспокойство. И любопытство.
Он ел. Она смотрела то на него, то в пространство. Временами вслушивалась в громкие разборки на втором этаже. Уши мага ещё не отошли от звуковых ударов, так что, когда крики стихли, он ничего больше не услышал.
Когда Виктор доел, девушка, отчего-то покраснев, предложила ему пойти на кухню.
Затворив дверь, Женя поставила разогреваться остывший обед. Она нарезала хлеб, подождала, пока пропищит микроволновка, поставила тарелку супа, пиалу с салатом на поднос, положив рядом два куска хлеба, подала еду на стол.
— Спасибо.
— На здоровье, — и села сбоку у стола.
Румянец от смущения ещё не сошёл с её лица, девушка смотрела на стол перед собой, боясь поднять глаза, и Виктор почувствовал себя неловко. Начав есть, чувствуя, как просыпается аппетит, маг тоже не поднимал взгляд от тарелки.
Трогательно. Мило. Романтично. Он ей нравится. Обстоятельства догрузили восхищения к его образу. Нравится ли
Что из этого следует? Только то, что нужно остыть. Дед как-то сказал, что вредно
Она сидит кротко и застенчиво. Отчасти смущается его общества. Отчасти… Виктор вдруг догадался, отчего она могла покраснеть, что именно услышала! И почувствовал, как краска начинает заливать и его лицо. Лила и Дрейк, должно быть, очень крепко обрадовались, что старый маг помолодел. Ну и пусть себе радуются…
Взгляд Виктора машинально отдрейфовал к двери. Мельком ухватив позу девушки, маг снова уставился в тарелку.
Путь к сердцу мужчины. Фи, как банально! Ну, ладно: истрёпано, избито. Вкус еды — отнюдь не главное! Забота, участие — вот что греет. И кружка чая, и «языки пустынного зайца в соусе из специи» — только знаки внимания. Не хочется считать, что и им так же легко манипулировать, как и большинством мужчин.