Валентин Искварин – Естественно, магия (страница 24)
Вышедшая из мужского крыла Виола кивнула Элеоноре в знак приветствия, заговорщицки подмигнув. Вульгарная Виола, циничная и насмешливая. Плевать на всех вас, недобрые коллеги, неутомимые в разносе слухов и такие неспешные, сонные в действии!
Волшебница миновала три двери четвёртого этажа и тихонько постучала в четвёртую. Открыл Викки. Молодой маг вежливо поклонился и улыбнулся. Пропустив тепло улыбнувшуюся ему волшебницу в комнату, он вышел и направился по своим делам. Уж у него-то они всегда находились…
— Элли! — седой маг сделал пять шагов навстречу и обнял волшебницу.
— Ал! — шепнула она в его длинные волосы.
17. Подарок
Дождь собрался быстро, как бывает летом. А поблизости не оказалось ни магазинчика, ни иного места, где можно было бы спрятаться. С другой стороны, после обожжённой засухой Самары, перспектива промокнуть выглядела даже заманчиво. Хотя лучше бы сходить на реку искупаться. Посмотреть, как она преобразилась…
Тяжёлые прохладные капли принялись вбивать в асфальт нашалившие травинки. Виктор перебежал под защиту восточной стены дома. Но скоро польётся с крыши и с ветвей. В конце концов: волшебник он или где!? Он огляделся. Ни души.
Невидимый щит выполз из вытянутой руки, и Виктор поднял его над головой. Во-о-от, теперь куда комфортней. Хм, а так ли необходимо поддерживать щит? К тому же, опыт имеется. Всё получилось — и маг прислонился к стене, наслаждаясь буйством ливня из-под своей незримой крыши. Ветер притих, и брызги перестали доставать до кроссовок. Виктор прошёл три метра в сторону дороги, перетащив щит, чтобы сухое пятно не выдало чего наблюдательному человеку.
Время поразмыслить. Нужно место, в котором можно отсидеться несколько дней. Нора, в которой было бы тепло и сухо. Кроме того, необходимы деньги. И — разобраться с полицией. Тут не обойтись без информации, а она обычно тоже стоит денег. Хорошо бы озаботиться покупкой так называемого
Дядя Федя говорил о возможности заключения контрактов даже с крайне неполной временной регистрацией. Контракт, договор, сделка. Как они появляются, как их найти? Наверняка имеется и подённая работёнка, к которой студенту не привыкать. Быть может, самым тёплым местом оказалась бы работа переводчиком в какой-нибудь нотариальной конторе. Если только тут нет чего-то вроде гильдии переводчиков, к которой все и обращаются, начисто игнорируя вольных стрелков. Это было бы неприятно, хотя и неудивительно.
Дождь закончился быстро, уже минут через двадцать после поднятия щита. Виктор только собрал заклинание, как услышал окрик:
— Monsieur! Surveillance courante!*
Маг окаменел, поняв, что попался. Надо ж было так не вовремя стать беспечным! На негнущихся ногах он повернулся к спешащей к нему паре полицейских.
— Oui, j' vous ecoute…* — покорно ответил Виктор.
— Veuilliez…** — высокий тощий мужчина лет двадцати пяти — в ярко синей рубашке с медной бляхой полиции на груди, в чёрных брюках и в зелёной кепке — поморщился. Глаза стрельнули вправо-влево и он почти шёпотом спросил: — По-русски понимаете?
— К-конечно, — ответил Виктор, чувствуя, как железные тиски, сдавившие сердце, снова проваливаются куда-то вниз: полицейские не видели, как он применяет магию!!! Хорошо, что брызги от дождя его всё-таки достали, а то стоять после ливня сухим — ой, как подозрительно!
— Тогда укажите, пожалуйста, причину нахождения в рабочий полдень под дождём, — тоже с облегчением сказал офицер.
— Nos noms, Vladimir*, - негромко напомнил второй полицейский, плотненький дядька лет сорока. И представил Виктору обоих: — Michel Janvier et Vladimir Kolessov*.
— Anchante*.
— Назовите, пожалуйста, ваш регистрационный вход, — попросил несколько стушевавшийся Владимир.
— Же, а, эм, ё, два нуля, 729, - ответил Виктор сколь возможно кротко.
Полицейский достал из сумки блюдце и ввёл буквы и числа. Система ответила быстро, и Владимир зачитал:
— Виктор Самойлов, 1990 года рождения. Сейчас на каникулах, из Симбирского Имперского Университета, факультет металлографии. Адрес временной регистрации: Париж, улица Менделя, 11-1. Там постоянно проживает… — полицейский ткнул пальцем в экран, — Ангелина Петровна Савицкая, бабушка Самойлова. А зачем тут обязательная полицейская проверка? — Владимир озадачено поскрёб в затылке. — А! Вот, пропала. Видно, ошибка какая-то.
Виктор тоже озадачился: какая ещё к лешему бабушка!? Мария Семёновна в Самаре только готовится грустить по пропавшему внуку! Кто же сей благодетель, избавивший его от полицейской проверки? Спасибо, конечно, но было бы куда приятней, если бы вы соизволили поболтать с подшефным, право же.
— Ну, тут всё в порядке, — Владимир снова поскрёб пятернёй в затылке. — А что под дождём-то оказались?
— Мм… гуляю. Люблю дождь.
— А… — полицейский пожал плачами.
— Bien, comme tout est en ordre, — заторопился старшой, — bonne promenade, m'sieur!*
— Да, всего наилучшего… Виктор Самойлов.
Виктор попрощался. Просто фантастика! Полицейские — слуги народа, верящие электронной регистрации, как самим себе, и не докапывающиеся до мелочей при удобном случае!
Что за адрес ему вписали? И хотите сказать, там сидит добрая бабулька, готовая сыграть роль Марии Семёновны? Это была бы сказка. Но нет повода не проверить тот домик. Вдруг там засела Лира, шифрующаяся от Ордена?
Хотя заголять адрес всё же неосмотрительно. Может, там записка? Магически закрытый тайник, в который только он сможет проникнуть и получить инструкции? Дурной шпионский детектив получается. Но, когда все пути одинаково ведут в неизвестность, этот — не хуже прочих. И ещё: где улица Менделя — неизвестно, но смотреть по карте в сети — не очень разумно. Что ж, бумажная карта города ещё не раз пригодится. Кажется, это место обещает стать его домом. Несколько менее ласковым, но, без сомнения, — более удобным.
Виктор вдохнул полной грудью ароматы травы и цветущих деревьев. И пошёл по улице, полагаясь лишь на свои глаза и чутьё. Последнее немного сбоило, но иных, более безопасных советчиков в округе не наблюдалось.
18. Дом над обрывом
На следующем же перекрёстке в пристройке к длиннющей многоэтажке нашёлся киоск с говорящим названием «Глас Империи». Одноимённую газету Виктор брать не стал, опасаясь передозировки пустой информацией. Ограничился картой города за восемь империалов.
Город в целом был похож на родной. Только правый берег большой реки оказался куда более освоенным. А индустриальная зона, изрезанная ветками железной дороги, была благоразумно вытеснена на восток, до берега притока, имеющего простое и понятное название — река Жаркая. С севера городская черта проводилась аж по мосту через реку Хладная. Что у людей с фантазией? Виктор читал где-то, что название реки Сок на каких-то тюркских языках означает «холодный, студёный, родник», но нельзя же вот так напрямую-то! Прям скукотища, никакого разнообразия.
Волга у города стала необозримо широкой. Выше по течению, где разлив упирался в горы, она затопила все миленькие островки, а дорога вдоль Царёва кургана километра два шла по натуральнейшей дамбе. В устье Хладной расположился Верхний порт. Напротив Нижнего порта стлался по течению песчаными мелями сиротливый остров Лягушачий.
Восемь линий скоростных трамваев обслуживали промзону, по городу же, уберегая людей от грохота, разъезжали исключительно автобусы. Четыре восьмиполосные трассы пересекали мегаполис с юго-запада на север и столько же, цепляясь за высокий берег Волги, убегали на восток.
Оборотная сторона листа была занята алфавитным указателем. Виктор нашёл строчку, начинающуюся с «Менделя, ул.», далее следовал квадрат карты — Q09 — и ближайшая остановка автобуса — «Зелёный овраг»: E15, N1, N12, N37. Он предположил, что цифробуквенные сочетания — номера автобусных маршрутов, разделённых по сторонам света. Действительно, E15 уходил на восток, а все N-ные маршруты заканчивались в северной части города.
Виктор поискал глазами остановку, но увидел только хвост автобуса N12 и даже не расстроился. Через двести метров нашлась и остановка. Ещё через пять минут подъехал N1, идущий к мосту через Хладную.
Две остановки — мимо высоких серых домов — автобус просквозил, не притормозив: пассажиров на вход и выход не оказалось. Виктор оплатил проезд, ещё четыре империала долой. Пейзаж за окном сменился высоким забором и цехами фабрики. На остановке у проходной с весёленьким логотипом «Сметанкино» вошли три женщины и один мужчина. Снова автобус пошёл, как на взлёт, удары воздуха в форточку слились в усыпляющий шорох. Виктор поёжился. Остановки не объявляются, нужно справляться по схеме. Ой! да вот после того подъёма уже выходить!
Мягко, почти не снижая скорости, автобус прошёл лёгкий вираж и нырнул в карман, чтобы высадить пассажира. Да, это «Зелёный овраг». Виктор кивнул отъезжающему железному зверю, благодаря за приятную стремительную поездку. Водитель, видимо, заметил кивок в зеркало заднего вида и коротко просигналил.