Валентин Гладких – Адаптивный пожиратель 5 (страница 9)
Споры.
Лада.
Если бы пришёл сигнал, пришлось бы решать.
Возвращаться.
Или идти дальше.
Тишина решения не требовала.
Поэтому она была удобной.
Я это понимал.
И всё равно шёл.
Зачем?
Не к конкретной цели.
Не к сокровищу.
Не к древнему городу, о котором мне кто-то рассказал.
Мне никто ничего не рассказывал.
Первый город был связан с внешней сетью. Караван уже увидел изменения. Где-то дальше существовали те, кому шли тёмные ящики. Если однажды к городу придёт не торговая группа, а что-то хуже, тридцать один человек должны хотя бы знать, куда можно уйти.
И я хотел знать, что находится вокруг.
После крушения мир всё время сжимался до следующей стены.
Корабль.
Лес.
Шахты.
Город.
Гора.
Снова город.
Теперь стену никто не ставил.
Я мог выбрать направление сам.
Это раздражало.
На очередном гребне я впервые увидел облака ниже себя.
Не все.
Только тяжёлую серую полосу над дальней низиной.
Плато поднялось настолько, что воздух стал заметно тоньше. Организм увеличил глубину вдоха, сердце несколько часов работало чаще. Потом успокоилось.
Я стоял у края и смотрел вниз.
До дна было далеко.
Очень.
Человеческая часть мозга сообщила, что подходить ближе не нужно.
Другая часть уже оценивала каменные выступы, расстояния между ними и возможный спуск.
Я не стал проверять, кто победит.
Обошёл край.
Разум иногда тоже полезная мутация.
На склоне нашёл старый обломок.
Сначала решил, что обычный камень.
Потом заметил прямой угол.
Очистил.
Тёмная плита толщиной с предплечье. На одной стороне — три неглубоких канавки. Никаких понятных символов.
Я поднял её.
Тяжёлая.
Положил обратно.
Рядом под камнями нашлась вторая.
Потом третья.
Они лежали линией.
Я поднялся выше.
Линия продолжалась.
Но уходила не туда, куда шёл современный путь.
Древнее направление.
Ветер наверху был сильнее.
Я вышел на плоскую площадку и остановился.
Передо мной тянулись ещё несколько каменных гребней. За ними плато поднималось к длинной возвышенности.
На её боку что-то пересекало природный рисунок.
Слишком ровно.
Я прищурился.
Линия шла почти горизонтально, несмотря на изгиб склона. Иногда исчезала под осыпью, потом появлялась снова. На таком расстоянии нельзя было понять материал.
Но природа редко тратит силы на геометрию ради моего удобства.
Я стоял и смотрел.
Потом посмотрел на молчащий приёмник.
На дорогу назад.
На линию впереди.