Валентин Гладких – Адаптивный пожиратель 3 (страница 8)

На мгновение внешнее электричество вошло в проводящие каналы ладони и предплечья. Не зарядило их — обожгло. Белые линии вспыхнули до локтя. Сердце пропустило удар.

Я упал на левое колено.

Горин использовал служебный профиль, чтобы подать напряжение в диагностическую ветвь.

— Ты всё ещё пытаешься разговаривать током, — выдохнул я. — С людьми обычно сложнее.

Ответа не было. Красная линия в стене нагревалась снова. Я видел это близким тепловым зрением: за панелью тянулась узкая тёплая полоса. Следующий разряд будет сильнее.

Открыть панель ключом не получилось бы: зубец потерян, корпус треснул. Левый корень прошёл по шву и нашёл четыре крепления. Я вогнал пальцы под край облицовки. Сцепляющие пластины зацепились за металл.

Правый корень упёрся рядом с поясницей. Короткий. Достаточный.

Я потянул.

Панель держалась.

Ток снова пошёл по линии.

Я оторвал ступни от металла и повис на левом корне. Разряд прошёл подо мной. Воздух запах озоном. Белая сетка света скользнула по стене и исчезла.

Плечо под весом тела отозвалось болью. Кровь из свежего среза пошла быстрее.

Я качнулся, упёрся обеими ногами в противоположную панель и рванул облицовку.

Первое крепление вышло, второе согнулось, третье удержалось. Я изменил направление: не тянул наружу — повёл панель вдоль стены, используя её собственную деформацию. Металл сдвинулся.

За ним оказались кабели и три тонких распределительных пластины. Красная нагревалась. Зелёная дрожала от работы вентиляции. Белая оставалась холодной и уходила к Е-4.

Горин снова подал ток.

Я не касался красной линии рукой.

Левый корень обвил изолированное крепление. Пальцами я вырвал металлический зажим, соединявший красную пластину с зелёной.

Искра ударила в лицо.

Кожа на щеке лопнула. Свет перед глазами стал белым.

Но перемычка вышла.

Красная линия продолжила пульсировать отдельно.

Зелёная осталась связана только с воздушным узлом.

Горин больше не мог получить вентиляцию людей через этот участок.

— Один провод, — сказал он из динамика. — Ты думаешь, корабль заканчивается одним проводом?

— Нет. Я надеюсь, что ты закончишься раньше.

Я нашёл местный механический отсекатель и ударил по нему основанием левой ладони.

Он не сдвинулся.

Пришлось использовать кабельный ключ как клин. Тонкий корпус вошёл между рычагом и рамой. Трещина раскрылась ещё шире.

Я надавил запястьем.

Ключ согнулся.

Рычаг пошёл вниз.

Красный контакт погас.

Динамик захрипел.

Последние слова Горина пришли уже через вибрацию металла:

— Я могу открыть тебе путь к людям.

Я удерживал рычаг, пока защёлка не вошла в паз.

— А взамен?

— Оставь Е-4. Там один человек. За дверью пятнадцать. Выгодный выбор.

— Ты плохо меня изучал.

— Наоборот.

Голос стал почти спокойным.

— Ты всегда выбираешь того, кого можешь спасти сейчас. Поэтому тобой так легко управлять.

Линия отключилась.

В канале остался только шум вентиляции.

Я вытащил кабельный ключ. Точнее, то, что от него осталось. Корпус раскрылся вдоль трещины. Внутренняя пластина держала две половины вместе. Один зубец отсутствовал, второй был погнут. Технический доступ он ещё мог подтвердить, если разъём согласится принять это издевательство над инструментом.

Для механической работы ключ почти закончился.

Я закрепил его на шнуре.

Схема маршрута оставалась в памяти. Зелёная ветвь вела к вспомогательному воздушному узлу. Через него можно было выйти к внешнему сервисному люку и дальше к Е-4. Прямая белая линия была короче, но за ней автоматика уже закрывала двери по шаблону Горина. Если пойти туда, он снова будет выбирать, где меня зажать.

Я свернул к воздушному узлу.

Коридор постепенно расширялся. Появились вентиляционные трубы, сетчатые настилы и ручные клапаны. Воздух стал теплее, но в нём появился серый сухой запах. Не дым и не пыль разрушенной изоляции — что-то органическое сидело внутри фильтра и медленно разбрасывало по потоку мелкие частицы.

Левый корень коснулся трубы.

Вибрация вентилятора была неровной. Один из двух рабочих приводов терял обороты. На другом ощущалась дополнительная масса, сокращавшаяся вместе с вращением.

Из стены загорелась короткая строка:

ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЙ ВОЗДУШНЫЙ УЗЕЛ.

ПРОПУСКНАЯ СПОСОБНОСТЬ СНИЖАЕТСЯ.

За следующей дверью что-то ударило по кожуху вентилятора.

Не Горин. Слишком лёгкое, но достаточно большое, чтобы забрать воздух у людей раньше, чем Горин доберётся до другого распределителя.

Я положил ладонь на ручной замок.

Повреждённые проводящие каналы ещё горели после разряда. Энергетический орган остался пустым, но теперь я точнее чувствовал направление внешнего тока.

Первый урок получился болезненным, значит, запомнится. Я открыл дверь воздушного узла.

Серая пыль сразу легла на язык.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.