Vakre Ludder – Ты принадлежишь мне. Даже самым холодным сердцем движет желание быть рядом (страница 3)

– Ты же говорил, что нужны дополнительные руки…, – снова не успел договорить старик:

– Ну не ребенка ведь, – опять тяжелый вздох, – Слушай, Андерсон, ты знаешь, что у меня много работы. Мне не до этого. Что бы ты не предложил, ответ «нет», – поставив точку, Бэлфорт вновь упер свой взгляд в бумаги, раскиданные на столе. Сердце Вэлери сжалось от разочарования. Она понимала, что и здесь ей оказались не рады.

– Ричард! – чуть прикрикнул Андерсон, заставив девушку чуть дернуться. Она была удивлена такому поведению садовника, – А кого ты собрался нанимать? Стариков? – все же он привлек внимание начальника, который в раздражении потер виски, но отложил бумаги, рассевшись в кресле и расстегнув верхнюю пуговицу своей черной рубашки. Его взгляд безмолвно, но так понятно, позволял Андерсону продолжить, – Слушай, девочка в тяжелой ситуации, ей некуда пойти…

– Мы не центр помощи детям, – лицо Ричарда продолжало быть, казалось девушке, каменным. Совершенно ни один мускул не дрогнул на его лице, он смотрел словно сквозь своих «гостей». Андерсон стоял молча, прожигая взглядом начальника. Без словная перепалка продолжалась несколько минут, которые показались Вэлери вечностью, – Что ты умеешь? – неожиданно вдруг задал он вопрос, устремив свой взгляд на девушку. Его темные зеленые глаза прожигали ее.

– Я умею все! – уверенно воскликнула белокурая, от чего впервые увидела живые эмоции на лице мужчины. Он усмехнулся, показывая небольшие ямочки на щеках.

– Сомневаюсь, – его позабавил такой ответ девушки. Как она наигранно уверенно пыталась выглядеть взрослой. Ричард же сам был еще достаточно молод, но в свои 23 года уже давно был тем самым «взрослым». Жизнь этого мужчины, как и Вэлери, была наполнена болью и страданием, но в 20 лет все прекратилось, только тогда, после смерти своего отца, он смог наконец-то начать жить и дышать полной грудью. Но все же что-то в этом ребенке показалось ему знакомым. Возможно, та же боль? Те же испытания? Или сходство с почившей дочерью Андерсона, из-за чего, очевидно, садовник так хотел, чтобы Вэлери работала здесь, – Готовить умеешь? Мисс Гилберт нужна помощь на кухне, – сдался Бэлфорт, тяжело вздохнув, понимая, что не сможет отказать Андерсону.

– Умею! – вновь воскликнула девушка. Ее звонкий голос бил по барабанным перепонкам мужчины, от чего он слегка сморщился.

– Ладно, – протянул он, откинувшись в кресле, – Под твою ответственность! – указал он пальцем на садовника, от чего тот радостно закивал, – До первого косяка! – добавил Ричард, когда пара уже собиралась уходить, – И одежду нормальную ей купите!

Глава 2

– А вот и твоя комната, – сообщил садовник, открывая одну из дверей восточного крыла особняка. Вэлери открыла рот в удивлении, когда на ее глазах вновь появились маленькие слезы, – Что-то не так?

– Нет, просто…, – на секунду она замолчала, переведя взгляд на Андерсона, улыбаясь, – У меня никогда не было своей комнаты, – не говоря ни слова, старик крепко обнял девушку, чувствуя ее хрупкое худое тело в своих руках. На мгновение ему показалось, что он обнимал свою дочь, от чего и у него на глаза навернулись слезы.

«Я скучал» – пронеслось в его мыслях, когда он отстранился.

– Сейчас попрошу Джеймса – водителя, съездить в магазин и прикупить тебе вещичек, а пока можем пойти познакомиться с мисс Гилберт, – Вэлери лишь коротко кивнула.

Коридоры особняка казались девушке бесконечными. Восточное крыло, как она поняла, было предназначено для работников. Там не было такого количества картин и украшений, как в коридоре, ведущем в кабинет Бэлфорта.

– Вы про него говорили, что он хороший человек? – вдруг вспомнила и усмехнулась девушка, плетясь вслед за садовником.

– Ричард и правда хороший, просто…, – он замолчал, проходя мимо какого-то открытого помещения, слегка обернув голову на свою спутницу, – У него тоже было не простое детство, как и у тебя. Он с осторожностью относится к незнакомым.

– А вы давно здесь работаете?

– Я работал здесь еще до рождения Ричарда. Меня нанимал еще его дедушка, когда его отцу было, – он призадумывался, вспоминая такие далекие годы, пролетевшие так незаметно, – Лет 14.

– То есть ты здесь живешь еще дольше Ричарда? – удивилась Вэлери, когда садовник остановился возле какой-то очередной высокой, практически под потолок, двери. Старик лишь коротко кивнул, приоткрывая двери. В глаза тут же ударил яркий белый свет, отражающийся о такой же белый кафель. Пройдя в помещение, девушка поняла, что это была кухня, где уже у плиты кружила высокая худощавая женщина, в длинном платье, завязанным на нее тонкой талии. Ее движения больше напоминали девушке порхание бабочек. Ее ноги, казалось бы, даже не касались пола, когда она передвигалась, а длинные изящные, слегка сморщенные, пальцы, словно играли на музыкальном инструменте, когда она добавила щепотку какой-то специи. Женщина совершенно не спешила оборачиваться, продолжая заниматься своей работой, пока Вэлери продолжала наблюдать за ней.

Из всех женщин в своей жизни, она видела лишь продавщицу Реджину, чье раздутое то ли от алкоголя, то ли от ожирения лицо, вечно было покрыто красными пятнами, в то время пока ее уставший ненавистный взгляд, разглядывал покупателей. Она всегда была чем-то испачкана и неприятно пахла. Вэлери знала, что отец периодически проводил с ней ночи, как, в принципе, и многие мужчины их района. Она читала книги, и всегда удивлялась тому, как других женщин там описывают, и теперь могла лицезреть это воочию. По ее мнению, мисс Гилберт и была той женщиной из книг. Но когда все же, она обернулась, на мгновение, Вэлери засомневалось. Ее лицо совсем не выражало радости и доброты. Слегка скуренный с горбинкой нос, высокие точеные скулы и длинный острый подбородок. Ее немного прикрытые впалые веки, за которыми скрывались яркие серые глаза, излучали, казалось бы, призрение. Схватив кухонное полотенце, она вытерла свои бледные ладони и обернулась к гостям всем телом, сложив руки возле живота.

– Добрый день, – официозно проговорила она, прожигая взглядом Вэлери, – Чем могу помочь?

– Лорейн, познакомься, это Вэлери – новая сотрудница! – улыбнулся садовник, слегка подталкивая девушку поближе к мисс Гилберт.

– Сотрудница? – спросила она, было видно, что она сомневается в словах Андерсона, – И кто ее нанял? – женщина приподняла одну бровь, укоризненно продолжая смотреть в голубые глаза девушки.

– Ричард и нанял, – сообщил старик, когда лицо женщины приняло больше удивленное, нежели презрительное, выражение лица, – Вэлери будет помогать тебе на кухне, тебе ведь нужна была помощь.

– Вообще, я думала, что сама найму себе помощника, но раз мистер Бэлфорт ее нанял, – она замолчала, продолжая разглядывать девушку, сделав пару шагов ближе к ней, – Пусть так.

Лорейн никогда не могла перечить Ричарду, она не была настолько приближенной к династии Бэлфортов, как Андерсон. Она всегда тряслась над своим местом, которое уже давно считала домом. За последние пятнадцать лет работы в этом особняке, она заслужила уважение прислуги и самого Ричарда. Приказ начальника был неоспорим. Всегда. Если же Андерсон, с детства воспитывающий мальчишку Ричарда, мог надавить, пригрозить и в некоторых моментах даже манипулировать им, мисс Гилберт никогда такого себе не позволяла. Она знала, что Бэлфорт послушает ее, ведь она так же была для него близка, но никогда не пользовалась своим положением. Она разделяла работу и семью, которая была одним и тем же.

– Андерсон, – обратилась женщина к садовнику, – Помнится мне, у тебя было много работы, ты можешь идти, – сообщила она, – Я введу девушку в курс дела, – еще минуту старик переводил взгляд с Вэлери на мисс Гилберт, но все же вздохнув, покинул помещение, оставив девушку один на один с экономкой, – Для начала, – Лорейн вновь укоризненно взглянула, пробегаясь глазами по внешнему виду новой работницы, – Что с твоей одеждой?

– Андерсон сказал, что ее скоро привезут, – наконец-то, подала голос девушка, слегка замявшись.

– А с волосами? – она аккуратно, немного брезгливо, взяла белокурую прядь волос двумя пальцами, тут же откинув, – Во-первых: голова должна быть чистой; во-вторых: на кухне волосы всегда должны быть собраны. Распущенные волосы – распущенное поведение, запомни, – женщина командовала, каждое слово, словно заученное наперед, четко вылетало из ее тонких, накрашенных губ. Во время своего монолога, Вэлери казалось, что та даже не дышала, настолько она была неподвижной, – Я наберу тебе ванную, тебя нужно привести в порядок.

***

Расслабляясь в горячей глубокой ванне, Вэлери прикрывала глаза, наслаждаясь и растворяясь в моменте. В ее прошлом доме не было горячей воды, которую давно отключили за неуплату. Приходилось нагревать воду самостоятельно, чтобы помыться хотя бы раз в несколько дней.

Горячая вода приятно обжигала кожу, покрывшуюся легким румянцем, наконец-то, за много лет, девушка смогла расслабиться. Сейчас в ее душе поселилось спокойствие, такое ранее незнакомое ей. Она знала, что здесь ее никто не обидит и надеялась, что это место станет ее новым домом.

– Вэлери, все хорошо? – послышался стук худых костяшек в дверь, – Я принесла одежду, которую привез Джеймс.