Вагид Мамедли – Палач спешить не любит (страница 21)

Агаев вышел из номера и спустился на первый этаж. В вестибюле не было ни души, и он вышел во двор мотеля. Там он увидел администратора Самира, поливавшего цветы. Обернувшись и продолжая лить воду из лейки, он спросил:

— Как ваша нога, господин Салех? Не нужно ли вам чего-то?

— Да нет. Нога уже получше, вот вышел подышать свежим воздухом. Честно говоря, из-за этой жары оставаться в номере совершенно невозможно. Вы случайно не знаете, где Тарик?

— Он вместе с поваром поехал на рынок в Аль-Касимию, чтобы закупить там продуктов для кафе, — ответил Самир, поставив лейку на землю. В его глазах словно повис вопрос: «С чего это новый постоялец ищет сына хозяина? Не хочет ли он на что-то пожаловаться?»

— Скорее всего, вернутся через час. Могу ли я вам чем-то помочь?

— Наверное. Не могли бы вы меня оповестить о его приезде? Я знаю, что он собирался в Аль-Джабирию. Мне тоже надо туда. Хочу составить ему компанию. Он хорошо знает дорогу, — как можно беззаботнее произнес Агаев.

Администратор с сомнением покачал головой:

— Не думаю, что у него есть такое намерение. Разве он может оставить гостиницу без присмотра? А потом вы же знаете, что там сейчас творится. Только недавно утихла канонада. Американцы в последние сутки вели непрекращающийся обстрел Аль-Джабирии. В новостях на канале «Аль-Джазира» диктор сообщил, что лишь сегодня войска стали перебрасывать в сторону Аль-Фалуджи…

Дмитрию не хотелось продолжать разговор. Беседа становилась бессмысленной.

— Вы сами поговорите с Тариком, когда он вернется. Если у него в тех краях есть какое-то важное дело, он, конечно, примет ваше предложение.

— Конечно, конечно, — кивнул Агаев, подходя к воротам.

Мотель словно оазис, располагался посреди голой горячей пустыни. Дмитрий долго всматривался в ленту шоссе, узкой полосой вьющейся между барханов. По дороге длинной змеей растянулась колонна военной техники. Гражданских машин не было видно. Постояв на одном месте минут десять, Агаев вернулся во двор.

— В сторону Аль-Джабирии следуют военные автомобили, — поделился он своими наблюдениями с администратором, который сидел в холле у радиоприемника. Самир не мог скрыть волнения.

— Вы закрыли ворота? Бывают случаи, что они стреляют по жилым строениям без всякого повода. Я только что слушал новости. В Аль-Джабирии все еще идут ожесточенные бои. Там до сих пор находятся американские десантники. А теперь туда перебрасывают морскую пехоту. Видимо, из Аль-Фалуджи, раз они решили двигаться нашей дорогой.

— Да, — сделав грустное лицо, произнес Агаев, — наверное, сегодня добраться в Аль-Джабирию будет трудновато.

— Уж не знаю, зачем вам это нужно, но если у вас нет там каких-то неотложных дел, лучше вернитесь в Багдад.

Администратор выключил радио и, задумавшись, долго смотрел за окно.

— Кажется, будто все страны мира воюют с Ираком. Когда это кончится, неизвестно…

Агаев стал прохаживаться по вестибюлю. Заканчивались сутки с начала его рейда по охваченной войной провинциям Ирака. Однако для освобождения итальянского пленника до сих пор ничего конкретного сделать так и не удалось. Правда, он уже на полпути к цели. И, кажется, появилась реальная возможность войти в контакт с людьми аль-Халиди.

Дмитрий очень надеялся на связи Тарика. Хотя и тут могут возникнуть неожиданные препятствия. Он безусловно поинтересуется, зачем какой-то бизнесмен из Багдада едет в Аль-Джабирию и интересуется месторасположением штаба аль-Халиди. Какая версия покажется Тарику убедительной? Видимо, прежде всего стоит провести с сыном хозяина мотеля обстоятельную беседу, выяснить его взгляды, установить сильные и слабые стороны его характера. Лишь после этого можно думать о дальнейших действиях.

Решив дождаться возвращения Тарика, Агаев сел на диван в вестибюле и стал листать старые газеты и журналы, разложенные на столе. Затем снова поднялся в свой номер.

11

Джузеппе Карауччи, заместитель директора итальянской военной разведки СИСМИ, внимательно слушал доклад Андреа Вителли. Он не перебивал подчиненного, задумчиво крутя в руках красивую зажигалку. Было очевидно, что синьор Карауччи разочарован.

Информация, которую сообщал офицер специальной отдела разведки в Ираке, дублировала имеющиеся материалы. Кроме того, новые сведения никак нельзя было назвать обнадеживающими. Поиски места дислокации группировки аль-Халиди, которая уже больше двух недель удерживала в заложниках итальянского репортера Мигеле Антонари, пока не привели к позитивным результатам.

— Довольно! — Карауччи встал с крутящегося кресла и раздвинул жалюзи на окне, сразу впустив в комнату поток ярких солнечных лучей. — У меня не вызывает ни малейших сомнений то обстоятельство, что за истекшие двое суток мы не продвинулись к цели ни на сантиметр. Между тем я имею настоятельные указания руководства начать подготовку операции по полному уничтожению отряда аль-Халиди. Переговоры с американскими оккупационными властями уже завершены. Нам мешает немедленно приступить к ликвидации боевиков только то, что в районе Аль-Джабирии идут ожесточенные бои. А войсковые подразделения США имеют свое командование и не согласятся пропустить нас на эту территорию. Кроме того, — он достал сигарету и закурил, щелкнув своей красивой зажигалкой, которую не выпускал из рук, — кроме того, Андреа, не стоит забывать и о том, что результаты нашего рейда будут плачевными по отношению к синьору Антонари. Аль-Халиди в состоянии скоропалительно устроить казнь, так и не дождавшись крупной суммы денег, на получение которой, похоже, серьезно рассчитывает. Русские, выкупив главу представительства своей нефтяной компании, только раздразнили его аппетит. Теперь он будет из последних сил пытаться сорвать немалый куш.

Офицер молчал, зная характер своего начальника. Синьор Карауччи иногда любил вести обширные монологи в присутствии посторонних, словно лектор военной академии на лекции перед курсантами.

— Ладно, Андреа, — вздохнул заместитель руководителя СИСМИ, — давайте еще раз суммируем все, что нам известно.

Вителли предупредительно развернул на столе огромную карту северного Ирака, где серым цветом был выделен интересующий их квадрат — район, примыкающий к Аль-Фалудже. Карауччи минуты две внимательно изучал карту, потом провел карандашом тонкую линию, соединяющую несколько населенных пунктов, на которой, словно камешки на молитвенных четках правоверного, выделялись три городка — Аль-Касимия, Аль-Джабирия и Аль-Юсуфия:

— Мы имеем данные, поступившие из независимых друг от друга источников, что основная база этой группировки находится на восточной окраине Аль-Джабирии, у древнего караванного пути. Но учитывая военные действия, боевики могли передислоцироваться и в соседние городки.

— Согласно последним сообщениям, — вежливо откашлявшись, позволил сделать дополнение Вителли, — американцы перенесли сейчас центр массированного удара к Аль-Фалудже. Ракетный обстрел в Аль-Джабирии прекратился, но туда перебрасываются подразделения бронетехники. Видеоизображений из всего района поступает очень мало, но вполне возможно, что окраины просто сравняли с землей. Сомнительно, что аль-Халиди остался там. Так что Антонари скорее всего вывезли в другой населенный пункт.

— Знаете что, Андреа, — нахмурился Карауччи, — я много раз не уставал вам повторять, что вы слишком легко переходите от предположений, которые нельзя ни опровергнуть, ни подтвердить, к условным выводам. Возможно, что вы правы, и аль-Халиди давно покинул это место. Но с той же степенью вероятности я готов утверждать, что он, напротив, остался там. Неужели столь сложно оборудовать в одном из подвалов небольшой бункер, где можно пересидеть не один артообстрел? Потом там речь идет о точечных ударах. Уничтожать Аль-Джабирию никто не будет.

Он затушил сигарету в большой пепельнице и снова сел в кресло.

— Есть еще одна информация, — невозмутимо продолжил Вителли. — Вы просили установить личность русского агента, который прибыл в Ирак для освобождения начальника местного отделения русской нефтяной компании. Так вот. Нам удалось это сделать. Его зовут Дмитрий Агаев, руководитель собственного детективного бюро в Москве, бывший сотрудник российских спецслужб. Большая часть его расследований в той или иной форме выполняется им за пределами России. В Ирак Агаев приехал по решению главы нефтяной компании «Алтуннефть» для спасения Киселева. Мы также выяснили следующее. Вчера во второй половине дня Агаев покинул Багдад и выехал в сторону Аль-Фалуджи. Час назад нам удалось установить его точное местонахождение. Это небольшой мотель у дороги в направлении Аль-Джабирии. Видимо, Агаев собрался самостоятельно добраться до аль-Халиди.

— Минуту! — Карауччи вскочил с кресла. — Я не понимаю его целей. Ведь Киселев уже освобожден и вылетел в Москву. Неужели Агаев решил помочь Антонари?

— Другого объяснения не придумать, синьор.

Карауччи покачал головой:

— Ведь ему никто не поручал этого дела. Трудно поверить, что кто-то готов бескорыстно, по собственной воле, да еще в одиночку взяться за такую невероятно сложную операцию. Наверное, Агаев — человек выдающихся личных качеств…

Заместитель директора СИСМИ, ссутулившись, прошелся по кабинету. Потом резко повернулся к Вителли: