Ваджрагупта (Ричард Стаунтон) – История «Триратны» – взгляд изнутри (страница 7)
Для тридцати или сорока людей, которые работали там, особенно в ресторане, это был тяжелый труд по приготовлению пищи, в жарком помещении. Они работали допоздна, возвращаясь после этого в общину, где они жили по три-четыре человека в комнате. На следующий день они вставали рано, чтобы помедитировать и снова приняться за работу. Это было не просто временное положение дел на время нового проекта – так продолжалось год за годом.
Цель начала оправдывать средства. Та тяжелая работа, которой требовали все эти виды деятельности, поглотила их, и духовное благополучие и цельность части людей приносились в жертву. Шоу должно было продолжаться, структуры управления стали более жесткими, общение – резким, культура – сошла на нет.
Сложности и нездоровые тенденции в группе продолжали накапливаться, как описывает Вишвапани, работавший в ресторане:
27[1] «Преданность» кройдонскому центру постоянно ставилась под сомнение и испытывалась. Однажды человека, который просил о разрешении стать митрой, встретили словами: «Ты говоришь, что хочешь быть митрой 28[2], но я не вижу того, кто будет предан» 29[3]. Но, если человек решался покинуть центр, ему говорили, что он трус и недостоин того, чтобы справляться с требованиями напряженной духовной практики.
На протяжении 1980-х годов членов Ордена из других центров ДЗБО стало все больше беспокоить то, что происходило в Кройдоне. Трудность заключалась в том, что все центры ДЗБО основывались как юридически и финансово самостоятельные. Это делалось для того, чтобы побуждать людей брать на себя ответственность за местные дела и избежать излишней централизации. Но это означало, что не было никого, кто мог просто прийти бы и потребовать изменений. Более того, к Падмарадже относились с такой преданностью и покорностью, что многие боялись, что это спровоцирует отделение кройдонского центра от ДЗБО. Тогда ситуация стала бы еще более неподконтрольной.
В 1988 году Манджуматха стал руководителем подготовки митр-мужчин в Кройдоне. Это привело к тому, что он стал посещать общие собрания ДЗБО, где столкнулся с критикой своего центра. Вернувшись домой, он начал высказывать свои опасения. Постепенно умонастроения в группе стали слабеть. Сангхаракшита попросил Манджунатху советовать митрам, которых так или иначе запугивали, писать ему лично, чтобы у него были веские основания бросить вызов Падмарадже. Люди стали говорить об этом открыто.
Затем, довольно быстро, Падмараджа вышел из Ордена вместе с некоторыми другими людьми. Были люди, которых этот опыт очень травмировал. Большинство осталось внутри ДЗБО, и им пришлось пройти через болезненное чувство стыда, поражения и предательства.
Для того, чтобы предотвратить подобные ситуации в будущем, в устройство центров было внесено одно важное изменение. В начале 90-х старшие и самые опытные члены Ордена были назначены Сангхаракшитой «президентами» над главными центрами ДЗБО. Они действовали главным образом как «духовные друзья» этих центров, давали советы, вдохновляли людей, проводили лекции и передавали учение. Но у них также складывался независимый взгляд на ситуацию, так что они служили защитой на случай, если что-то опять пошло бы не так.
Можно было бы легко сделать Падмараджу козлом отпущения, но в целом этого не произошло. «Золотой барабан» (журнал, пришедший на смену информационному бюллетеню ДЗБО) так писал об этом: «Вопросы «как», «почему», «когда» и «кто» дадут пищу для более серьезных размышлений на протяжении следующих нескольких месяцев, не только в Кройдоне, но во всем движении Британии» 30[1]. На самом деле, на собраниях членов Ордена происходили длинные и неоднократные дискуссии, полные потрясения и самоанализа. Что пошло не так? Как это случилось? Люди размышляли о тех, кто был вовлечен в эту ситуацию, и недоумевали насчет внутренних изменений в группе: как они позволили захватить власть на собой? Для ДЗБО это была главная «утрата невинности».
Некоторые из тех, кто работал в Кройдоне, ощущали такое братство и общность цели, которые они едва ли могли испытать снова, но существовали также запугивание и враждебность. Как странно и печально им было ощущать, что нечто столь хорошее и благое по намерению могло зайти так далеко в неверном направлении! Им пришлось узнать, что идеализм должен сдерживаться опытом. Им пришлось понять более полно сложность групповой динамики и смешанную природу человеческой мотивации. Это были болезненные уроки.
Глава 4. Дхармическая революция в Индии
Группа людей с Запада едет с местными проводниками в джипе по самому центру Индии. Их машина часами трясется и скользит на ухабистых, обрывистых дорогах. Пейзаж главным образом равнинный, повсюду большие плантации сахарного тростника и хлопка. Изорванные листья банановых деревьев полощутся на ветру, а манговые деревья стоят в дымке цветущих ветвей. Большая зеленая ящерица отступает в подлесок. Через каждые несколько миль джип проезжает еще через одну деревню с кучкой глиняных построек и рыночными прилавками.
Эти дороги, покрытые красной пылью, – вены, по которым течет кровь Индии. По ним идут женщины с младенцами, привязанными к спинам. Худые, рассеянные коровы бредут по дороге. Мужчины трясутся на велосипедах, перегруженных мешками риса. Движутся воловьи повозки с длинными стеблями сахарного тростника поперек них. Расшатанный старый автобус, забитый пассажирами, спешит забрать тех, кто ждет на следующей остановке. Не все влезут в него, кого-то придется оставить дышать красной пылью и сизым выхлопным дымом. Женщины с пальмовыми ветвями величаво сметают мусор перед своими крошечными хижинами. Старик с серебристой щетиной на подбородке хромает мимо; его нога сильно распухла и дергается. Джип объезжает грузовик, доверху полный бананами, которых достаточно, чтобы забить целый дом. Девушки с великолепной осанкой несут на головах горшки и чаны, а бойкие мальчишки радостно бегут, стараясь не отстать от джипа. И все время солнце льется на красную пыль.
Наконец, джип сворачивает с главной дороги на более узкую и тряскую, которая кажется сплошным рядом рытвин. Он приезжает в еще одну деревню, где останавливается, и все вылезают из него, растирают уставшие и сведенные конечности, но улыбаются группе местных жителей, вышедших встретить их. Индийцы смотрят на них с любопытством, а западные люди с удивлением оглядывают все, что их окружает.
В центре селения есть открытое место, к которому теперь направляется группа. На одной из сторон площади – сборная сцена, украшенная желтой и оранжевой тканью, фонариками и картинками. Некоторые из них – изображения Будды, но есть также изображения современного индийца с круглым лицом и очками в толстой оправе, одетого в костюм.
Постепенно, когда наступает вечер, люди собираются на площади. Кажется, туда собирается вся деревня, – повсюду шум, болтовня и возбуждение. Некоторые индийцы взбираются на сцену с приветственными и вступительными речами. Затем на платформу забираются и несколько западных людей – немного робея – и один за другим начинают говорить.
Выясняется, что они тоже – буддисты. Они рассказывают слушателям, что страны Запада, откуда они приехали – не буддийские. Это очень богатые страны, где у людей есть все, в чем они нуждаются материально. Но часто люди остаются несчастными, они ощущают, что чего-то им не хватает. Именно поэтому они решают стать буддистами – чтобы в их жизни появилось духовное устремление и смысл.
Они также узнали, что буддизм на протяжении сотен лет вымирал в Индии. В 1950-х годах человек по имени доктор Амбедкар повел большое количество своих бедных и униженных соплеменников от гнета кастовой системы к свободе буддизма. Их очень тронула эта история. Для них много значат слова, что буддизм может нести в себе такую сильную общественную миссию и так мощно влиять на большое количество людей. Поэтому они приехали, чтобы самим увидеть это движение и познакомиться с некоторыми из этих новых буддистов Индии.
Когда каждый из них кончает свою речь, раздаются смех и аплодисменты. Две группы – западная и индийская – смотрят друг на друга с улыбками на лицах. Трудно сказать, кто из них больше удивлен: западные люди – тем, что их так тепло встречают незнакомые люди посреди этой большой страны, или индийцы – тем, что встретили западных людей, которые интересуются ими и разделяют с ними выбранный ими духовный путь.
То, как ДЗБО, основанное как новое буддийское движение для Запада, распространилось среди некоторых из беднейших людей Индии, – это, возможно, самая неожиданная глава в этой истории. Чтобы объяснить, как люди, настолько различающиеся с социальной, культурной и экономической точки зрения, могут, в конце концов, начать практиковать в одной и той же духовной общине, потребовалось сделать эту главу довольно длинной. Однако это будет необычайная история. В настоящее время в Индии больше людей, связанных с движением, чем где бы то ни было еще в мире. Если бы содержание и структура этой книги отражали число людей, вовлеченных в движение, это была бы книга о движении в Индии, и, возможно, лишь одна-две главы были бы о ДЗБО на Западе, а не наоборот, как я ее написал.