Вадим Скумбриев – Когнитивная симфония (страница 17)
Ре отнюдь не выглядела обычным полицейским. До — тоже.
Логическая цепь выстроилась до конца. Осталось только понять, кто же угрожает обществу Клэр. Андрей сильно сомневался, что это Ми, Ля и остальные. На его взгляд они были слишком безобидны, чтобы создавать реальную угрозу. И слишком неосторожны, чтобы оставаться на свободе, если за ними действительно охотились.
Картина оказывалась куда сложнее, чем выглядела на первый взгляд. Вспомнились рассказы о пропавшей Фа — куда она могла запропаститься в этом стерильном мире? Уйти в пустоши и не вернуться? Вряд ли.
Пискнул кодовый замок на двери, и Андрей поднял голову.
— Доброго цикла, Эндрю, — Ре плавно прошла в комнату. Её шаги по-прежнему сливались в одно мягкое, пульсирующее движение, Андрей даже залюбовался, но тут же одёрнул себя.
— Скучно, — вздохнул он. — Сходил в больницу, потом меня перехватила До. Потом она хорошенько врезала мне, когда я спросил про клонов...
— Что? — Ре замерла. Андрей ухмыльнулся про себя. Один-ноль в его пользу.
— Про клонов, — повторил он. — Мне стало интересно, кто вы такие.
— Вот, значит, как, — она всё-таки сумела вернуть в голос прежние нотки. Сняла кобуру с пистолетом, наушную гарнитуру, расстегнула пояс — Андрей вдруг понял, что не может оторвать взгляда от её рук. Изящные пальцы скользнули по тонкой линии, идущей по комбезу сверху вниз, и через мгновение тот упал на пол. — И много ты узнал?
— Ну... — он заставил себя собраться и отвести взгляд от её груди, стянутой полоской термобелья. Ре, уловив это, села рядом и приникла к нему. — До — идеальный солдат... Про тебя, увы, Келлер отвечать отказался.
Ре отодвинулась, скривив губы.
— Знаешь, это не самая приятная тема, которую хочется обсуждать в постели, особенно когда уже разделся, — сказала она. — И уж тем более тебя она никак не касается.
— Касается, если в постели со мной одна из тех, о ком я спрашивал. А ещё извини, но вряд ли меня удовлетворит работа простого авиационного пилота, о которой ты рассказывала. Я не простой гражданин, который спокойно работает и начисто лишён любопытства. Иначе никогда не полетел бы в космос.
Она толкнула его на матрац и тут же скользнула ближе всем телом, садясь сверху. Андрей против воли ощутил, как внизу живота рождается приятное тепло, и тут же расслабился — пускай. Вечно это продолжаться не будет, а к разговору он всё равно вернётся. Как бы Ре ни пускала в ход свои женские хитрости, от правды она не уйдёт.
— Не получится, да? — жалобно спросила девушка, поймав его взгляд. — Слушай, может, просто потрахаемся и забудем это всё?
Андрей покачал головой.
— Прости, дорогая. Хотя я даже не знаю, искренне ли ты звала меня тем же словом.
Лицо Ре помрачнело. Глаза сузились, взгляд стал холодным, и на миг Андрей даже подумал, что, вполне возможно, никуда он уже отсюда не выйдет. Несколько секунд, пока она колебалась, показались пилоту вечностью.
— Значит, решил раскрыться, — глухо сказала она и одним изящным рывком поднялась на ноги. — Дурак ты, Эндрю.
— Меня тут попеременно называют то умником, то дураком, — сказал Андрей, глядя, как Ре натягивает комбез и пристёгивает к уху гарнитуру. — Вы уж определитесь.
— Как ты понял? — обернулась она.
— Логика и опыт. Я повидал достаточно офицеров-безопасников, и ни один не вёл себя так же, как ты. Потом увидел нестыковки в поведении... извини, но кое-где ты переигрывала. Театров в вашем мире явно не хватает. Ну и результат напросился сам собой.
— Отлично, — Ре вздохнула. — Тогда давай проясним две вещи. Первое: я не желаю тебе зла. Ты сейчас в городе — фигура номер один, о тебе знают немногие, но, к сожалению, узнали уже все, кому это действительно нужно. Утечку предотвратить мы не сумели. И нет, это не Ля с её кучкой романтиков.
— Ты знаешь про Ля? — глупо спросил Андрей. Ре закатила глаза, всем своим видом говоря: «ну и простак же ты».
— Разумеется. А они свято уверены, что действуют скрытно, что глушат наши жучки, ну и пускай. Дурацкие игры с записками, приглашениями узнать результаты анализов, тайными разговорами... Ми было бы интересно узнать, наверное, что датчик прослушки встроен в твой ботинок.
Она будто действительно сняла маску, превратившись в совершенно другого человека. Если первая Ре была весёлой, слегка наивной, инфантильной девицей, то эта вторая — жёсткой, холодной и расчётливой. Змея сбросила кожу. Теперь в искренности собеседницы Андрей был уверен.
— Второе: я не сплю с теми, кто мне не нравится, — продолжила она. — Это чтобы ты не чувствовал себя морально униженным, обиженным, потерявшим мужскую гордость или что ты там себе придумал. Да, наш с тобой роман выдуман от начала до конца, но это не значит, что я не получила удовольствия от общения и секса. Ты мне симпатичен.
— Ну, хоть в чём-то не врала, — Андрей позволил себе расслабиться и даже заложил руки за голову, демонстрируя открытость. Ре, поджав губы, села рядом.
— Я понимаю, что ты чувствуешь, но не поддавайся эмоциям. Ты сейчас — главный возмутитель спокойствия на Клэр, это при том, что ничего толком сделать-то не успел.
— Что у вас тут происходит? — не выдержал Андрей и сел, поджав ноги. Они с Ре оказались лицом к лицу, и она отвела глаза.
— Мы хотим превратить эту планету в настоящий дом, а не просто научную базу. Можешь представить себе сложность этого проекта... и главная проблема не в технике, а в людях. У нас нет ресурсов, чтобы обеспечивать второстепенные нужды. У каждого — своя функция, которую он выполняет. Как в программе. Большинство это вполне устраивает, но не всех. Одни, как Ми и Ля, думают, что им врут, и мечтают о хорошей жизни. В чём-то они правы. Только есть и другие. Более радикальные. С ними мы и боремся.
— И успешно? — не удержался Андрей. Он уже знал ответ.
— У нас ничья. Я очень надеюсь, что Фа ушла не к этим людям... иначе всё усложняется многократно. Но она, скорее всего, вне города.
— А я-то думал, что здесь возникло единственное общество, сумевшее обойтись без вражды, — хмыкнул Андрей.
— У любого общества есть болезни, Эндрю. У нашего их, наверное, немного, только слишком глубоко они укоренились. И ты вполне можешь выступить лекарством.
— Как?
— Пока не знаю. Да и не моего ума это дело.
— Неужто? Келлер рассказал мне про До. Она — командир. Си, я так понимаю, ординатор. А вот кто ты?
Он ухватил Ре за плечи. Та вздрогнула, посмотрела ему в глаза — и отвернулась.
— Отвечай!
— Я... — она запнулась. — Я — Архитектор.
— Что? — растерялся Андрей.
— Управленец. Надзиратель. Аналитик. Всё вместе, в одном.
— То есть...
— Мне исправили когнитивные искажения, мешающие анализу. Селективное восприятие, например. Это когда ты обращаешь внимание на детали, которые согласуются с твоей точкой зрения, и игнорируешь остальные. Эффекты ложной памяти, ошибка хайндсайта, когда уже полученная информация искажается из-за твоего отношения к ней... Но полноценным ординатором я не стала. Доволен? Всё? Ещё вопросы?
— Да, и много, — Андрей отпустил её. — Зачем всё это было нужно? Семь нот? Они же хотели просто исправить ординаторов, верно?
— Я не могу ответить на этот вопрос.
— Ну да, — саркастически заявил Андрей. — Келлер сказал то же самое и отправил к тебе.
— Это сложная... — Ре вдруг замерла — дверь издала переливчатую мелодию.
— К нам гости? — Андрей повернул голову.
— Наверное, — Ре пробежалась пальцами по экрану смартбрасера. — Дерьмо! — приглушённо добавила она.
— Что?
— Дела плохи. Может, оно и хорошо, что мы раздеться до конца не успели. Слушай, это прозвучит глупо, но времени нет. Иди с ними добровольно, на вопросы отвечай честно. Понял?
— С кем добровольно? — растерялся Андрей. Ре схватила со стола пистолет, юркнула на кухню. Андрей тяжело поднялся, по-прежнему ничего не понимая. Дверь снова запела.
Пилот выругался про себя и призвал на помощь весь свой профессионализм. Происходящее сейчас, сказал он себе, ничем не отличается от любой нештатной ситуации в космосе. Так или иначе нужно сохранить голову холодной. Как там Ре говорила? Когнитивные искажения? Да, наверное, они. Их надо подавить. Растворить вылившийся в кровь адреналин, или что там отвечает за нынешнее состояние. Адреналин. Стереть. Удалить.
— Иду! — крикнул Андрей, нарочито громко топая ногами. Электронный замок недовольно пискнул, отпираясь.
Гостей было трое. Один — невысокий худой парень в сером невзрачном комбезе и смарт-очках. За его спиной стояли двое армейцев — эти были в бронекостюмах, но, как заметил пилот, оружие не доставали.
— Эндрю Комаров, — сказал парень. — Я прошу прощения за неожиданный визит, но будет лучше, если вы проследуете с нами.
Теперь Андрей понял, и обругал себя последними словами за глупость. Он едва не напортачил.
Одно движение, один неверный взгляд — и здесь развернётся бойня. Ре велела сдаться. Андрей не знал, почему, да и доверять этой девушке у него не было никаких причин — но это единственный бескровный выход из ситуации. Оставалось лишь надеяться, что «гости» не додумаются проверять весь дом.
Ведь тогда Ре придётся защищаться, и неизвестно, кто в итоге погибнет. А её смерти Андрей не хотел.
— Вы кто? — спросил Андрей, стараясь не думать о Ре. Если этот человек заметит неладное...