Вадим Скумбриев – Когнитивная симфония (страница 16)

А сейчас Келлер кивнул, показывая, что разговор окончен. До буквально силой потащила Андрея наружу, и он не стал сопротивляться.

Идеальный солдат. Не силой, не мышцами, а головой.

Идеальные люди. С виду такие же, как и все остальные, только чистые разумом. Лишённые недостатков, которые с большим трудом самостоятельно устранял Андрей, да и то не смог довести дело до конца — биологию не обманешь.

Но Келлер назвал только одну ноту.

Шесть осталось.

Глава 9

Снаружи всё ещё стоял мрак — темнее, чем в любую ночь из тех, что Андрей видел на Клэр. По звёздному небу растеклось чёрное пятно Финна, и не было ни одной яркой звезды, ни одного спутника, которые выплывали наверх в настоящую ночь. Мерцали только крохотные искры далёких светил — созвездия здесь располагались немного по-другому, но всё же Андрей без труда нашёл Солнце, Канопус и Альфа Центавру. Наверное, при взгляде на дом что-то должно было отозваться в сердце, но он так и остался равнодушен.

Жизнь на Клэр успела изменить его.

— Садись в машину, хватит на небо пялиться, — бросила До. Андрей молча подчинился.

— Что ты чувствуешь? — спросил он, когда офицер запустила двигатель.

— Ничего.

— Ты уверена?

— Вполне.

Он не стал расспрашивать дальше. Уж лучше спросить у Ре. Только аккуратно. Прямолинейную и бесхитростную До разговорить не составило труда, а вот с её подругой всё было куда сложнее: Андрей даже не знал толком, каков её настоящий характер. Зато, рассудил он, таким образом можно заставить её выйти из равновесия и тем самым выдать себя. Атаковать «в лоб» он не хотел: Ре была ему интересна.

До остановила машину у дома и знаком велела выходить.

— Если захочешь поговорить об этом, я к твоим услугам, — сообщил пилот, вылезая наружу.

В ответ он получил ледяной взгляд. Хлопнула дверь, и через несколько секунд выжавшая газ до упора До уже скрылась на проспекте.

— Ну, вот и договорились, — пробормотал Андрей, входя в подъезд. Поднимаясь по лестнице, он думал, что зря заставил Келлера раскрыться и объяснить всё. В такие вещи человека надо вводить постепенно. А сейчас на До вывалили кучу сведений, которые невесть что в её сознании устроили. Попробуй догадайся теперь, что она учудит. Пилот лишь надеялся, что ничего плохого. В конце концов, ведь это он запустил реакцию.

А зачем, собственно? Он и сам не мог сказать. Наверное, потому, что До и остальные в какой-то мере напоминали ему ординаторов. Тех тоже не спрашивали, когда правили геном ещё до рождения. И если раньше Андрею было плевать на судьбу модификантов, то Рашель сумела показать ему: «живой калькулятор» способен на чувства куда более сильные, чем у иного человека.

Хотя Андрей так и не решил для себя, был ли её поступок человеческим или нет.

Он собирался проваляться в кровати до самого вечера, ожидая Ре — в конце концов, делать всё равно было нечего, но реальность подкинула очередной сюрприз. На лестничной площадке пилота ждала девушка — спокойно стояла, прислонившись к стене и сложив руки на груди, совсем как До у обелиска. И Андрей нисколько не удивился, отметив, что единственное её отличие от остальных его знакомых — это цвет волос. Тёмный с заметной сединой.

— Привет, — сказал он, остановившись перед дверью. — Ты Фа или Ля?

— Как это вежливо, — фыркнула она. — Умник. Раз ты такой умный, то должен знать, что Фа уже несколько сот циклов как пропала и о ней ничего не слышно.

— Ля.

— Да. Мы так и будем стоять тут или ты всё-таки пригласишь девушку на чашку чая?

Крыть было нечем. Пришлось набрать простенький четырёхзначный код — мимоходом Андрей подумал, что в этом мире всё-таки не забыли о замках, пусть даже для психологического комфорта — после чего он усадил Ля на матрац и включил электронагреватель. Ждать, пока вода вскипит, Андрей не стал.

— Что тебе нужно? — спросил он, вернувшись в комнату.

— Может, сядешь рядом? — Ля улыбнулась ему с пола. Комбез на ней был сине-белый — такого Андрей здесь ещё не встречал. — Мне неудобно так говорить.

— Если вернётся Ре, мне будет трудно объяснить это. К тому же я знаю, что ты пришла не просто так, иначе сперва позвонила бы. И договорилась с Ре.

— Умник, — вздохнула девушка. — Ты говорил с Ми. Я здесь из-за этого.

— Она почти ничего мне не рассказала.

— В том-то и дело, и не в последнюю очередь из-за тебя. Надо ж было тебе додуматься перевести разговор на больную тему, а? Просто так вышло, что ей удалось близко подобраться к тебе, вот и всё. Но для переговоров она годится не больше, чем необученная нейросеть.

— Переговоров?

— Не строй из себя дурака. Мы хотим получить от тебя информацию. Ну, знаешь, о том, как там дела устроены на Фрейе, на других мирах, и так далее...

— А зачем тогда нужны переговоры?

— Ну, мы ведь не знали, что ты думаешь насчёт нас. Надо было прощупать почву.

— Понятно. Ми говорила, вам врут, — Андрей сел рядом.

— Ну... — Ля пожала плечами, — Это слишком громкое слово. Понимаешь, нам с детства вбили в голову, что другие миры не нужны. Туда всё равно не долететь. Ну то есть долететь можно, но затраты на это окажутся огромными, а нам сначала надо свой мир в нормальный вид привести. Кислорода в атмосфере в среднем всего пять процентов, а кое-где его вообще нет...

— Но мы же дышим...

— В среднем, Эндрю. На Клэр немало зон, где кислорода даже больше, чем положенные двадцать один процент. Ты, собственно, в такую и угодил, так что считай себя везунчиком.

Андрей подумал, что всё его крушение на этой треклятой планете — одно сплошное везение.

— Короче, нам мало что рассказывают, и многим это даже неинтересно, — продолжала Ля. — Их устраивает такая жизнь. А нас — нет. Мы считаем, что нас лишают чего-то. С твоей помощью мы поймём, чего.

— Теория заговора какая-то, — вздохнул пилот. — Почему вы так уверены, что чего-то лишены?

— Потому что нам чего-то не хватает. Ощущение, понимаешь? Тоска, может быть. Не знаю. Гложет что-то изнутри, нас всех. Тех, кто осознал это.

— И каков план?

— Значит, ты не против помочь? — уточнила Ля. — Это не так просто. К тебе приставили шпиона, точнее, шпионку, и один сверхразум знает, на что способна Ре. То, что сейчас тебя на целый день оставили одного, ещё ничего не значит. Может, это так и задумано. Не расслабляйся, в общем. И не ляпай глупости в разговоре. Сейчас я глушу их жучки, но это сейчас, не всегда.

— Без информации немного трудно понимать, что говорить, — не выдержал Андрей. — Ты мне расскажешь подробности или нет?

— Не сейчас. Твоя ненаглядная может вернуться в любой момент. А ты сам только что говорил, что не хочешь попасть в неловкую ситуацию.

С кухни донёсся сигнал чайника, и Ля поднялась, шагнув к двери.

— Спасибо за приглашение, Эндрю. Ты милый. Жди, мы свяжемся с тобой.

Пилот смешался, не найдя, что ответить. А через несколько секунд пискнул замок входной двери — Ля ушла.

Он снова сел, забыв про чай. Значит, подпольная организация, в которой состоят Ми и Ля — не террористы. Скорее этакие диссиденты, подозревающие, что их обманывают. Или просто не рассказывают всего. Действительно похоже на теорию заговора, но, с другой стороны, пока что всё выглядит вполне логично. Далеко не факт, что люди неправы.

Проект, подобный терраформингу Клэр, требует полного контроля. Над обществом в том числе. Так что нет ничего удивительного в том, что правительство контролирует и предоставляемую обществу информацию. Другое дело, что неизвестно, в чём именно оно врёт и для чего. Может, так лучше для всех. В благородном порыве Андрей может открыть «диссидентам» глаза, а в результате — дестабилизация, кризис и, вполне возможно, война. Человек ведь такое существо, что везде начнёт воевать. Как на Фрейе, например. Думали построить светлое будущее, где нет войны, нет бедности, нет неравенства... и как-то само собой так получилось, что деньги снова возникли, потому что без них общество нормально не функционирует, возникло и неравенство — на этот раз не социальное, а интеллектуальное, разве что бедность осталась за бортом. «Третьего мира» на Фрейе нет. Зато есть война.

Пусть даже холодная.

Нет уж, прежде чем рассказывать Ля и её знакомым о жизни на Фрейе, сначала надо узнать и другую сторону.

Только как это сделать, не выдав девушек?

А ещё Андрея смущал один факт, который не вписывался в картину. Рашель, наверное, нашла бы возможные решения моментально, пилоту же пришлось думать довольно долго, переваривая эту мысль и выстраивая логические связи. Окончательный вывод выглядел очень просто, и теперь он удивлялся, как не пришёл к нему раньше. Ещё одно искажение, мешающее ему думать — и отсутствующее у модификантов.

Выводы были очень простыми. Андрей видел здесь уже двоих в чёрно-белых комбезах службы безопасности. Но здешнее общество построено на принципах рационализма — никто не стал бы держать штат работников, у которых нет функции. Значит...

Если есть служба безопасности, то есть и те, с кем она борется.

Когда правительство полностью контролирует общество, преступность минимальна. На новых колониях всегда так. Тот же Гельветис, к примеру: первое преступление там произошло, когда население выросло до тридцати тысяч человек, да и то оно случилось на почве ревности, из-за человека с явными отклонениями в психике. Сейчас не начало двадцать первого века, в новых мирах нет необходимости красть, чтобы выжить, или унижаться ради дозы наркотиков. За исключением одного процента «крыс», бунтующих против общества, всё остальное — мелочь. Для них достаточно обычной полиции.