Вадим Скумбриев – Анатомия колдовства (страница 17)

Но судьба, кажется, решила распорядиться иначе. Работа ещё только начиналась, а в подземной галерее уже слышался стук кованых сапог — кто-то уверенно шёл к лаборатории Магнуса. И только один человек из знакомых ему носил такую обувь.

— Дождя и теней тебе, ученик, — сказал гость, перешагнув порог. Никаких дверей в подземной части крепости не было, только стальные решётки, и, конечно, сейчас они были открыты. — Всё пытаешься научить мясо думать?

— Дождя и теней, учитель, — Магнус поднял голову. К его удивлению, кириос Шапур был не один — за его спиной стояла молодая девушка, смущённо опустившая взгляд в пол. — Пытаюсь, и не без успеха.

— Неужто?

— Химеры уже умеют различать жесты. Один жест — один простой приказ. В теории их можно заставить слушаться обычного человека даже без амулета.

— Хорошее знание, — гость усмехнулся в седую бороду. — Но ты принёс бы куда больше пользы, уча не мясо, а людей.

— Я пытался, — Магнус вернул усмешку. — Наши многомудрые старцы решили, что я учу людей неправильно.

— Если я уговорю их, ты возьмёшь нового ученика? — его собеседник резко стал серьёзным.

Магнус пожал плечами и взглянул на девушку. Красива. Каштановые волосы, подведённые сурьмой глаза, идеальные пропорции лица и тела. Если судить только по внешности — великолепный экземпляр, но он уже успел убедиться, что далеко не всегда в красивом сундуке лежит сокровище.

— Если они согласятся, что научный подход северного натурфилософа содержит хоть что-то разумное, впору готовиться к концу света, — сказал он. — Для них не существует другой истины, кроме собственной.

— И всё же?

— Да, возьму. Как будто у меня есть выбор, — он снова усмехнулся. — Но вы ведь здесь не за этим, так, учитель?

— К сожалению, — вздохнул гость и отошёл к шкафу, полки которого ломились от пыльных свитков. Бумагу приходилось возить в Фец из столицы — в окрестностях замка не было даже папируса, не говоря уже о деревьях или хлопке. — Я хочу, чтобы ты отправился в экспедицию к Серебряному Утёсу.

— Зачем?

— В песках нашли древнюю библиотеку. Будет лучше, если с разведчиками Фец отправятся книжники, потому что иначе эти бегемоты превратят ценные записи в пыль.

— И, надо думать, поеду я не один? — он снова посмотрел на девушку и перехватил её взгляд, тут же вернувшийся к полу.

— Да, с тобой отправится моя подопечная. Её зовут Джаана, она теург Жизни второго звена.

— При всём уважении…

— Спокойно! — Шапур поднял руку. — Я прекрасно знаю, что ты хочешь сказать, так что избавь меня от лишних слов. Девочка вынослива, послушна и разумна, этих качеств хватит, чтобы выдержать не такой уж опасный поход. Зато она умеет поддерживать гомеостаз в замкнутом пространстве, а это, знаешь ли, не каждый и на шестом звене сможет.

— Значит, она нужна, чтобы сохранить возможные записи?

— Именно так. Ты и сам это умеешь, но ты не сможешь одновременно работать и колдовать. Возможно, какие-то вещи вам придётся переписывать на месте.

— Ладно, — сдался Магнус. — Надо думать, вы её и в ученицы мне хотели предложить?

Шапур пожал плечами.

— Нет, но если ты хочешь и если Джаана не будет против, то хоть в Дом Жизни под венец отправляйтесь. Надеюсь, вопросы закончились?

— Да, учитель.

— Тогда у тебя время до вечера, и советую потратить его на сон, — он шагнул за порог. — И постарайся вернуть её назад живой, ученик.

— Можете быть уверены, — Магнус проводил его взглядом. Затем, дождавшись, пока гулкие шаги мага затихнут среди подземных залов, повернул голову.

Джаана стояла, сложив руки на животе, и выглядела скорее едва закончившей медресе дочерью богатого аристократа, чем магом, способным отправиться в глубь пустыни Феззе-Кавир. Шапур всё-таки подложил ему свинью с этой девчушкой, которая, наверное, и демонов-то ни разу в жизни не видела.

— Ну здравствуй, — вздохнул некромант.

— Дождя и теней, кириос Магнус, — ответила Джаана.

Глава 8

Долгая хельвегская зима не добралась ещё и до половины, а Ситилла уже ненавидела её всей душой. Но выбирать не приходилось: известие от наблюдателя, два дня в дороге сквозь буран и мороз — и вот она уже въезжает в ворота Фьёрмгарда. Одна, без помощников и свиты. Палачи Ордена вообще часто предпочитали перемещаться в одиночку, чтобы не давать повода для лишних слухов. Демонисты не любят Багровых, и приезд палача может легко спугнуть их.

Началось всё с местного коронера. Могло бы начаться с кого угодно, о происшествии слышал весь Фьёрмгард, но именно коронер, он же могильщик и владелец кладбища, располагал точными сведениями, и он же самолично пришёл в резиденцию Ордена, чтобы рассказать об увиденном.

Наблюдатель Фьёрмгарда, не став долго думать, известил командиров — дело не выглядело обычным, а значит, не ему им заниматься. Таких дел последнее время становилось всё больше, но именно это чем-то заинтересовало вышестоящих, да так, что они тут же нашли ближайшего палача и передали приказ отправляться на место. Им-то и оказалась Ситилла.

Резиденция Ордена встретила её той же привычной мрачностью, что и всё остальное в Хельвеге: это был неприметный двухэтажный дом, затаившийся среди улочек ремесленного квартала. Горожане спокойно ходили рядом, не обращая внимания ни на заросшую плющом стену, ни на человека в багровом плаще, стоявшего у ворот, а тот меланхолично провожал их взглядом. Лишь когда среди прохожих мелькнул багровый плащ палача, он наконец оживился.

— Мы ждали вас завтра, госпожа, — сказал он, когда Ситилла остановилась рядом. Это был посвящённый брат-рыцарь Ордена — никого выше рангом в этом захолустье не нашлось, да и не требовалось.

— Дорога оказалась лучше, чем я думала. Ну? Какие новости?

— Погиб Дунстан Фьёрмгард, сын градоправителя и жених убитой девушки, — рыцарь жестом предложил ей идти к дому и, не дожидаясь, зашагал к нему сам. — Градоправитель обвинил в этом приезжего джумарского колдуна и убил его.

— Что?! — от неожиданности Ситилла остановилась и закусила губу.

— Ученице колдуна выжгли глаза, сейчас она лечится у местной знахарки. Больше убийств не было, хотя, думаю, ещё будут.

Ситилла глубоко втянула морозный воздух и выдохнула, до боли стиснув кулаки.

— Значит так. Сейчас вы мне расскажете всё — кто такой этот колдун, почему Эльфгар обвинил его и так далее. А потом я отправлюсь к нему, так что баню можете не готовить. Или нет, лучше приготовьте. Когда я вернусь, она будет не лишней.

***

Йон понимал, что задание провалено. Магнус Эриксон мёртв, единственная ниточка к некромантии оборвана. А ведь он уже почти что поверил, что всё получилось, и у них появится козырь против наступающих октафидентов.

Но нет. Южный колдун погиб, да так нелепо и глупо, что впору этот случай на золотые скрижали внести. На глазах Йона этот человек играючи превратил морбуса в комок растекающегося мяса, по рассказам Роны так же легко расправился с убийцами, а теперь его одним ударом уложил не самый искусный фехтовальщик. Просто заколол, как свинью. Конечно, Деоринг может гасить магию, но Магнус должен был знать об этом. А вместо этого… случилось то, что случилось. Да к тому же и сам Йон приложил к этому руку, хоть и не напрямую.

— Что нам делать дальше, Хильда? — задумчиво спросил он, сидя в кресле у камина. Снятая им комната оказалась куда лучше той убогой кельи, в которой он жил прошлые годы, и мало чем уступала покоям в замке Дейры. Правда, и содрал за неё хозяин отеля столько, что хватило бы на пять тех обиталищ, в которых поселился Магнус.

Забавно, думал Йон. Некромант девятого звена, а жил в гостинице средней руки, да ещё и за городскими стенами, где один Сефран знает, на что можно наткнуться. Не то чтобы Фьёрмгард славился разгулом демонов и потоками скверны, но если верить слухам, последние годы в Хельвеге везде было небезопасно.

Он посмотрел на тир, которая стояла у камина, чинно сложив руки на животе, и молчала. Вопрос, конечно, был риторическим, но Йон ждал хоть какой-то реакции.

— Я думаю, нужно сделать хоть что-то, чтобы не возвращаться с пустыми руками, — девушка заметила его взгляд и склонила голову. — Мы можем найти виновника гибели джумарцев. Их король наверняка будет доволен, если узнает правду.

У Йона было своё мнение на этот счёт, но высказывать его он нужным не счёл. По сути, Хильда была права. Даже если джумарский царь придёт в ярость и казнит любимого шута после известия о наглости северных восьмёрников, он вполне может оказать помощь тем, кто захочет этим восьмёрникам отомстить. А даже если и нет, это отличный повод наладить отношения с империей, внедриться к ним и, возможно, узнать хоть какие-то тайны. Колдуны любят роскошь: такие аскеты, как Магнус, весьма редки. Их найдётся чем подкупить.

Значит, нужно разобраться в деле. Йон не сомневался, что виноват Эльфгар — но в то же время он понимал, что эти выводы слишком поспешны. Нужны доказательства. Что он знает? Только то, что градоправитель чинил препятствия Магнусу и даже пытался его убить. И спихнул на некроманта вину за гибель сына, хотя тут его можно было понять. Что ещё?

Ничего.

Это вполне могло быть совпадением.

— У тебя есть какие-нибудь мысли, Хильда?

— Мысли о чём, господин?

— О том, кто виноват в гибели экспедиции Джумара.

Как всегда, сначала Хильда не сказала ничего. То ли она размышляла, то ли просто боялась высказаться, Йон не знал. Только когда он уже собрался возмутиться её молчанием, девушка наконец подала голос: