Вадим Силантьев – Из предыстории Магадана. Историко-приключенческий роман-летопись (страница 16)

Впрочем, к нонешней зиме срок моей долгой ссылки оканчивается; продолжу службу отечеству в Москве-матушке.., либо в уральском граде Уфа, где объявились у меня близкие родственники (и где жизнь, по их отзывам-рекомендациям, много дешевле и есть у меня возможность быстро сделать карьеру)…

____________________________________________

*Новиков Н. И. (27.04.1744 – 31.07.1818 г.г.) известный российский просветитель, писатель, журналист, издатель.

**штык-юнкер – офицерское звание в тогдашней российской артиллерии, соответствовало званию «прапорщик».

***Напомним читателям, что в XVIII часть Башкирии, в том числе

г. Стерлитамак и, соответственно, Стерлитамакский уезд, входили в Оренбургскую губернию.

****Имеется ввиду российская императрица Екатерина II (21.04.1729 – 06.11.1796 г.г.)

– — —

Скажу Вам, любезный друг, что крайний северо-восток Сибири освоен весьма поверхностно, хотя и числится за Россией уже около ста пятидесяти лет. На побережье Охотского моря ныне существуют два города-порта: Охотск и Гижига; добавим, есть ещё третий порт – Петропавловская гавань или просто Петропавловск, подле которого пыжится вырасти городок… Вдоль великой местной реки Колымы так же имеется несколько русских селений, но самые большие из оных: Нижнеколымский острог, Среднеколымский острог да Верхнеколымский острог. В коих населения, вместе с инородцами, наберётся едва по сотни душ… Внутри края – это тысячи квадратных вёрст, также существует 40 – 50 очень мелких деревушек, где живут осёдло русские, которые постоянно берут за себя жёнок инородцев, впрочем, дети их, разумеется, числятся русскими и православными. К слову, священников в сиих пустынях крайне мало… Да, сказывают, мол, есть в этих дебрях и несколько скрытных (5—6, возможно и по более) селений беглых старообрядцев…

Большая часть коренного туземного населения платит в царскую казну ясак. Здешние туземцы делятся по образу деятельности своей на две категории: кочевники (пасут огромные стада домашних олений) и оседлые (охотники-рыболовы). Одежды инородцев из шкур животных, живут в кожаных чумах либо в землянках; вооружаются примитивными луками да копьями; земледелия не ведают. Народы сии не скажу, что многочисленны. Старожилы утверждают, мол, раньше их было более, но междоусобные войны и эпидемии подсократили их число… Так вот, инородцы местные довольно простодушны и доверчивы (как дети малые), что не мешает им быть неплохими воинами. К примеру, чукчи (основная их масса) до селе не покорились престолу, а многие коряки нередко бунтуют. Да, поясню – туземцы здешние азиатского рода-племени. Между тем, встречались мне некоторые ватаги одулов* и ходынцев* почти европейской внешности. Кстати, угадывается родство местных инородцев с заокеанскими индейцами. Подобную догадку, в своё время, ещё высказывал Михаил Васильевич Ломоносов**. (Слышал я, дескать, часть американских индеян воюет нынче плечом к плечу с английскими переселенцами за независимость колоний от Британской короны***…)

Возможно уроженцам оных палестин городок Охотск кажется весьма приличным.., на самом же деле это убогое местечко: три-четыре сотни жителей; вросшие в землю избы, крытые досками и лиственной корой; покосившиеся амбары, коптильни, бани; крохотные огороды (где выращивают кортошку и репу); местами деревянные тротуары… Правда, над серой рябью убогих избушек возвышается несколько строений побогаче – жилища местной знати и купцов, церковь, приходская школа, армейские и казачьи казармы. К слову, гарнизон тут так же невелик: три десятка солдат, да менее сотни служилых казаков, большая часть которых постоянно находится в разъездах с казёнными поручениями. Порт и верфи Охотска так же невелики, однако заходят к нам и иностранные суда. К слову, на верфи время от времени строят корабли, которые ходять по здешнему студёному океану. Следует подчеркнуть – Охотск связующие звено с Америкой; северо-запад коей россияне частным порядком стараются колонизировать. Из нашего порта уходил, по велению императора Петра I, капитан-командор Беринг на разведку северных вод и поиск путей к соседнему материку. Отсуда ныне плавают корабли купцов и промышленников на Алеутские острова и Аляску…

Тем не менее, сей суровый край весьма богат: лесом, всевозможным зверьём и птицей, рыбой и иной морской живностью. Есть тут и разные руды, и уголь, да и золотишко…

С развлечениями в Охотске не шибко, поэтому когда весной и осенью над городом пролетают огромные караваны лебедей, уток да прочих гусиных, почти всё мужское население хватает кто ружья, а кто и луки и развлекаются промыслом птицы. Сие весьма весёлая забава…

Есть ещё одна интересная здешняя массовая забава – летний лов корюшки. Правда, она больше для простолюдинов… Но я пару разиков не удержался, по участвовал в том весёлом мероприятии: В начале лета корюшка (океанская мелкая рыбёшка) заходит в местные реки и ручьи на нерест.. Идёт она огромными косяками, тут лишь бы не прозевать ход рыбы. Когда объявляется в городке, мол, «Корюшка пошла!» – население хватает вёдра да мешки и бежит на берега рек. Народ, собственно, просто черпает рыбку вёдрами и засыпает в мешки****… Потом корюшку сушат, вялят, коптят и, разумеется, жарят свеженькую (не чистя чешую, вместе с головами и кишками). Рыбёшка эта весьма вкусная и жирная. Ну, а когда охотчане затаряться корюшкой, в городе пару-тройку дней пахнет огурцами (так благоухает сия дивная рыбка) … Весьма курьезная рыбалка.

Я, скуки ради, хаживал с казаками на сбор ясака. Морем добирались до корякско-ламутского селения Ола и бухты Волок*****. Места там практически дикие, но очень богатые относительно всяких охотничьих промыслов… Довелось мне малость повоевать здесь: участвовал в небольших экспедициях против шаек немирных инородцев, да разбойных мужиков; за что отмечен повышением в звание. Опять же, удалось вашему покорному слуге скопить некоторую толику деньжат – в своих походах выменивал у туземцев, за разные безделушки, меха да бивни мамонтовые, здешние аборигены обзывают их «зубами»…

_________________________________________________

*одулы и ходынцы – названия некоторых юкагирских племён. К началу 19 века юкагиры, некогда великий народ Крайнего Северо-Востока, совершенно утратили свой изначальный облик; растворившись среди русских, чукчей и эвенов. В настоящее время юкагиров насчитывается около 800 человек; сильно метисированы.

**Ломоносов М. В. (08/19.11.1711 – 04/15.04.1765 г.г.) великий русский учёный и поэт, просветитель и художник, инициатор создания Московского Университете (1755 г).

***граф С. подразумевает войну за Независимость (1775 – 1783 г.г.), в результате которой образовались США.

****Корюшку во время нереста ловят подобным образом в Магадане и сейчас (сам тому свидетель)…

*****бухта Волок – старинное русское название магаданской бухты Нагаево.

– — —

Собственно, я и надумал описать один из моих последних походов. Весьма курьёзный.

Занимаясь скупкой у туземцев мамонтовых бивней, узнал от оных, что в краях этих частенько сталкиваются людишки со снежным человеком. Вона как! Хоть аборигены довольно примитивны (местные русские крестьяне, да и казаки, тож весьма темные и суеверные), однако не из самых глупых.., а их рассказы о снежных людях весьма похожи на правду и схожи с преданиями цивилизованных народов об этих мистических созданиях… Русские старожилы так же подтверждают существование снежных людей – огромного роста, полностью покрытые шерстью. Они утверждают, дескать, это и есть лешие – колдовские существа… Опять же, скуки вопреки, увлекся я изучением туземных «чудес». Расспрашивал постоянно инородцев об их тайнах… Конечно же, мало верилось во всех этих леших, да колдунов…

Однажды я уберег от виселицы крещённого коряка. Молодой паренёк – низкорослый, вроде мягкий характером, бесхитростный. Однако, когда его надумал притеснять крепкий служилый из уйгуров*, тот его зарезал… Зиновий, сие имя получил туземец при крещении, стал при мне на вроде денщика. И вот Зинка как-то поведал, что на одной из сопок, в районе Тауйского острога**, появилось «великое колдовство». О том, де, многие инородцы сказывают. Навёл я справки – действительно есть. Спрашивал разных туземцев: «Какое оно тауйское колдовство?» Все

отвечают: «Великое!»

– А ежели я туда приду, увижу ваше колдовство?

– Должен увидеть, уважаемый тойон… Все видят!

И загорелся я воочию узреть то «колдовство». (А то всё сказки какие-то, да побасёнки.) Отпросился у начальства (дескать, ещё и инспекцию проведу – мол, вот де – осматривают русские свои владения…). И впятером: ваш покорный слуга, Зинка, два казака, да, так же, крещёный мещанин-бурят, двинули на поиски чудесной сопки. Стояло начало лета. Наш девиз был: «Еже ли, что – отобьёмся. От лукавого крестом, от буяна пестом.» Впрочем, по мимо песта оружия хватало. Лошадёнки у нас были не плохие… Здешний край для путешествий весьма труден – тайга, сопки, озёра, реки, болота и тундра. Однако мой денщик слыл опытным проводником; кстати, казаки так же не единожды пересекали Охотоморье вдоль и поперёк.

Когда до сопки с великим колдовством оставалось менее четверти пути, повстречали ватагу охотников-одулов. Собственно, это были смутьяны, так как их предводитель Железный Волк отказывался платить ясак в государеву казну. Но в мои обязанности не входило усмирять оных дикующих силой оружия, а по сему, общались мы по-товарищески. Эти бродяги одулы обликом своим сильно напоминали американских индеян – длинноволосые, прямые носы (у их вожака вовсе орлиный), почитай, половина отряда с ружьями в расписных замшевых чехлах с бахромой; у двоих даже перья в иссиня-чёрные гривы воткнуты. Облачены они были, по аборигенным меркам, в пух и, разумеется, в прах: красивые рубахи из тонкой кожи, суконные штаны с бахромой, мягкие сапожки (торбаса) с затейливой вышивкой. Тойон их носил русскую дорогую лёгкую кольчугу, за что и получил прозвище Железный. Встретились наши отряды подле заброшенного охотничьего зимовья, где и решили заночевать. В дикой глуши лучше с туземцами ссоры не искать – себе дороже может обойтись. Мы на лошадях с приличным запасом провианта; инородцы пешком, с небольшими котомками за плечами. У туземцев даже соли нет, а у нас и горькая найдётся. Достаём различные съестные припасы и начинаем с одулами сильно дружить. Костёр уютно потрескивает, душистая похлёбка получилась наваристая; по чарочке для аппетита хорошо прошли…