Вадим Сагайдачный – Дайте шанс! Том 4 (страница 35)

Помимо нас, на улицу выбежали и продолжали выбегать другие посетители клуба. Несколько таксистов, что здесь стояли в ожидании клиентов, покинули автомобили и теперь пытались расспросить у нас, что случилось. Их я уже слышал. Получалось, нас всех в клубе всего лишь оглушило, а не контузило. Иначе так быстро слух сам по себе вряд ли вернулся.

Лишь оказавшись на улице, мы вспомнили о куртках, оставленных в гардеробе. Я собрал у всех номерки, и сам сбегал за ними. Когда вернулся, ребята уже стояли у нашего такси. Торопливо надев на себя куртки, мы сели в машину и тронулись. Точно так же поступали другие посетители, оказавшиеся на улице. Все боялись, что в клубе может еще что-нибудь случится, и поэтому старались поскорее уехать.

«Как? Почему? Что за х*йня?!» – возмущались Ева, Эмили и очередной говорливый таксист. Естественно, я помалкивал рассказывать при последнем. И Матвей помалкивал. Чем давал мне повод думать, что он все знает.

Все-таки плохо иметь рядом с собой подобного человека. Реально напрягает. Спасибо тетке Эмили, прикрыла лавочку, поставила защиту на прошлом. А от настоящего меня оберегал Брелок Сумрака. По крайней мере, теперь Матвей больше не мог нырять ко мне в голову, когда ему вздумается.

– Может быть там была взрывчатка? Просто огонь заставил ее сдетонировать, – осторожно подкинул я идею главным образом для таксиста.

– Точно! Это казаки! У них по-любому всякой взрывоопасной херни навалом! – эмоционально первой повелась Ева.

– Да что там, тонна взрывчатки была, что ли? – усомнился таксист.

– А для подобного взрыва много не нужно. Достаточно пары килограммов. Если было бы килограммов десять или больше, весь клуб взлетел на воздух, – с умным видом разъяснил Матвей.

Его уточнения сделали свое дело, к приезду на квартиру и таксист, и девушки были уверены – сработала взрывчатка самих казаков.

Забрав два пакета с одеждой и сдав хозяйке квартиру, мы вызвали новое такси, намереваясь на нем добраться до промежуточного поселка Туламу и там пересесть на следующее. В общем, насколько возможно обрывали за собой ниточки и заметали следы.

Эмили купила два новых смартфона, которыми мы теперь пользовались. Как только сели в такси, я забрал один из них и всю ночь бродил по местным новостным каналам и соцсетям в надежде узнать, чем закончилось дело в «Станице».

С каждым часом информации становилось больше. Правда, лишь в виде описания ЧП. Везде писали об одном и том же – о пожаре и о взрыве. К счастью, кроме двух рыжих в «Станице» больше никто не пострадал. Приехавшие машины скорой помощи, так в итоге пустыми и уехали.

С таксистами повезло. Что один гнал как не в себе до поселка Туламу, что второй. Еще до рассвета мы оказались на железнодорожной станции Хасан. Здесь все словно вымерло. Ни людей, ни машин, ни прочей активности. Еще и станция оказалась закрыта. Равно как все остальное, что мы успели увидеть, пока ехали через поселок. Нам оставалось сесть у станции на лавочку и дождаться пока Хасан проснется.

Я снова открыл смартфон и обнаружил в новостной ленте интересное сообщение:

– По предварительной версии полиции, пожар и взрыв в клубе «Станица» устроили китайские триады в ответ на закрытие казаками контрабандных каналов поставки опия, – зачитал я вслух сообщение.

– Чет фигня какая-то. Ни одного китайца я там в упор не видела, – засомневалась Ева.

– Наших подкупили. Это не проблема, – нашла решение Эмили и обратилась к Матвею: – А здесь, как будем искать есаула?

– Что его искать? – усмехнулся он в ответ. – Появится первый попавшийся казак, и мы все узнаем.

– Спасибо тебе огромное. Без твоей помощи мы бы ничего не сделали. Но знаешь, я не могу понять, почему ты нам помогаешь. Ты согласился ехать на Дальний Восток и даже не выставил условий. Ничего не сказал по гонорару. Я просто хочу понять.

Матвей пожал плечами.

– Мне хотелось помочь.

– Извини, но вот вообще не верится, – критически встретила признание Ева, – жизнь нас заставила давно снять розовые очки. Вот лично я могла бы поверить, если ты стал ухаживать за Эмили или за мной. А мы ничего такого не замечаем. Ты знаешь о нас практически все. И в то же время мы о тебе ничего не знаем, кроме того, что ты служишь в Особом отделе.

– Вот именно. Ты в Особом отделе и одновременно с этим помогаешь мне совершать месть. Даже согласился поехать на другой конец Империи. Это выглядит очень странно, – закончила мысль Эмили.

– Странно? Ты серьезно? Странно, что только сейчас вы задались этим вопросом, – снова усмехнулся Матвей. – Что мне ответить? В принципе, требования справедливые. В такой маленькой компании не должно быть секретов. Я прав?

Матвей посмотрел на меня и улыбнулся.

Вот же засранец!

Но засранец тактичный. Сам не выдает. Чисто подталкивает сделать признание.

– Я не возражаю рассказать о себе. Но сразу после твоей истории. А то действительно, получается несправедливо. Ты о нас знаешь все, а мы – ничего, – поддержал я требования девушек.

– Ну если вам интересно, – пожал плечами Матвей. – Это будет долгая история. Вам придется запастись терпением.

– Ой, хорош нагнетать. Рассказывай уже! – поторопила Ева.

– Мое настоящее имя Алексей. Я последний из старого княжеского рода Четвертинских. Мне было тринадцать, когда мама посадила меня в машину и повезла. Мы ехали несколько дней. Много где останавливались. Не понимая, что происходит, я каждый раз спрашивал: куда мы едем. Она отвечала: «К добрым людям». Такие нашлись в Оренбуржье. Совсем простая семья Рябьевых из пуховой артели со скучным деревенским бытом. Появление рядом с деревней червоточины и осветление никак на них не сказалось. Как и их предки столетия назад, семья занималась разведением коз и вязанием пуховых платков. В деревне все были такими же. Артель состояла из родственников. Мать что-то заплатила Рябьевым, а мне пообещала приехать через год, но не приехала. Ни от нее, ни от отца не было ни писем, ни звонков. На мои расспросы Рябьевы каждый раз отвечали, что нужно немного подождать. В пятнадцать я не выдержал, поставил вопрос ребром: или говорите, или я сваливаю. Только тогда я узнал, что родителей больше нет. Конфликт с родом Ухтомских привел к тому, что мою семью и родственников вырезали.

– Месть? – сочувственно спросила Эмили.

– Да, месть. Неудачная дуэль двоюродного брата с одним из Ухтомских. Он убил его в порыве гнева из-за мелкого конфликта. Ухтомские потребовали отдать виновника. Мы отказали. В результате между родами началась война. В тот же день я решил отомстить. Но как? Я ведь прекрасно понимал, лезть с голыми руками – это верная смерть. Мать не для этого меня прятала, чтобы я погиб настолько глупой смертью. Вынашивая мысли о мести, пришло понимание – мне нужно взять способность, которая поможет подобраться к каждому из врагов. К этому времени из разговоров в деревни я уже знал, как берутся способности. Я сформировал в уме мысль, что именно мне нужно и опустил руки в скверну. В первые минуты случилось нечто. Мне столько всего открылось. А потом началась горячка. Две недели я находился между жизнью и смертью. Помогла деревенская лекарша. Она не дала Тьме окончательно сожрать меня. Я выжил, стал обладателем особого видения. Но это не оружие. Как только исполнилось шестнадцать, я в одиночку сбежал в червоточину. Я хотел взять Огонь, Воздух, остальные стихии и стать Абсолютом. Попав в червоточину, получилось совсем не так, как я себе напридумывал. В первый же день вместо мелочи на меня вышел огромный Барс. Честно признаться, я сильно испугался. От страха побоялся даже бежать. Стоял как вкопанный и не мог сдвинуться с места. Эмили придумала классный способ со взрывами. Я же от страха зажмурился и подумал, чтобы стать такой же тварью. Понадеялся, что он меня тогда не тронет. Время шло, Барс не нападал. Когда я открыл глаза, его уже не было. Только тогда я понял, во что превратился. Я стоял на задних лапах в виде точно такого же Барса. Это стало моей второй и последней способностью.

– Да ладно! То есть ты можешь становиться Барсом? Это и есть твоя способность? – запищала от удивления Ева.

– Ну да. Способность прикольная, но лишний раз к ней не обратишься. Есть и плюсы. В виде твари я обошел червоточину вдоль и поперек. Однажды встретил там даже Бигов. Так что не верьте, когда говорят, в червоточинах их не бывает. Вот только Тьма отказывалась давать новую способность, даже когда я принимал человеческий облик и выходил против тварей. Но прогулки не прошли зря. По крайней мере, я узнал, что такое твари и для чего они пришли в наш мир.

Матвей как будто ждал, что мы переспросим, продолжил, лишь услышав наши просьбы.

– Твари – это только облик. Внутри они такие же, как и мы. Через проломы они приходят к нам за Светом. А когда его обретают, возвращаются в свой мир и становятся людьми. Поэтому он для них так важен. Если у нас вдруг не станет Света, то их тоже не станет. Люди и животные в виде одного только корма их не интересуют. Они жрут нас из-за необходимости питаться, пока ищут Свет. Это особенность их мира.

– У нас свой мир. Проблем в нем предостаточно, – обронила Эмили, не особо заинтересовавшись миром тварей. – А что случилось после червоточины? Ты исполнил свою месть?