Вадим Сагайдачный – Дайте шанс! Том 4 (страница 31)

Матвей продолжил есть, время от времени поглядывая на экран смартфона с изображением Веры. Как только мы закончили, обратившись к Эмили, он выдал свой вердикт:

– Можно выдохнуть. Вера успокоилась. Теперь общается с клиентами. Из ее поведения я понял так: она сдала твоего отца, получила деньги и что случилось потом, не имела представления. Она действительно считала, что вы все сбежали за границу. Сейчас она переживает, что они приедут и потребуют вернуть агентство и деньги. Думает, что ее предательство осталось в тени. Пока ее смело можно оставить, не боясь за последствия.

– Ну слава богу. А то я переживать начала, – с облегчением выдохнула Эмили.

– Смотрите, смотрите. Это тот мужик с самолета, – показала Ева на висящий в отдалении телевизор.

– …Эм-м-м… Авария устранена… Эм-м-м… Выброс стоков не причинил вреда окружающей среде… Эм-м-м…

– А что со второй аварией? – недослушав, спросила журналистка местного телевидения. – Насколько стало известно, стоки до сих пор сливаются в акваторию Уссурийского залива.

Знакомый по перелету во Владивосток усатый матершинник снова невнятно замычал. Мне были понятны его трудности. Он-то привык говорить исключительно на матерном, а тут пришлось перейти на общепринятую речь.

– А кто это? – обратилась Ева к проходившей мимо официантке и показала на телевизор.

– Заместитель городского головы по коммунальным и еще каким-то вопросом, – сообщила девушка. – Он из казачества. Бывший то ли подпоручик, то ли поручик. Я в их чинах не разбираюсь. Знаю только, у них сидел невысоко, а как попал к городскому голове, поднялся до заместителя.

Эмили окончательно отошла от желания прямо сейчас убить Веру. Рассказ о матершиннике ее не заинтересовал. Мысли девушки вернулись к насущному.

– И чем мы сейчас займемся? – обратилась она главным образом к Матвею.

– С разбегу не получилось, зато есть зацепки. Есть черный микроавтобус, есть место, дата и время. Наконец, есть примерные портреты исполнителей. Жаль, мы не можем воспользоваться съемками камер городского видеонаблюдения. Если не ошибаюсь, архивы хранятся всего до трех лет. Но ничего, будем брать измором.

Несмотря на озвученный оптимизм, парень с тяжестью вздохнул.

– Мне потребуется сфотографировать главные развязки города. В принципе, снимки можно взять из сети, – он развернулся и указал на телевизор. – А еще потребуется раздобыть фотографии казаков. У этого стоит защита на прошлом. Нам нужны лица простых казаков. Их мы сможем взять из соцсетей, тех же сайтов знакомств. А для этого нам потребуется приобрести хотя бы один ноутбук. Со смартфоном работать неудобно. Ну и наконец, нам нужно раздобыть новый телефон с новой сим-картами. Это чтобы, когда все закончится, можно было его выбросить и вернуться домой чистыми. Жалко мы не подумали об этом с самого начала. Пока нам лучше вообще не пользоваться своими смартфонами. В идеале желательно находиться здесь инкогнито.

– Мой смартфон сам сел еще в понедельник. Я забыл его вовремя зарядить, – сказал я.

– Мой тоже отключен еще с Москвы, но этим же пользовались, – указал Матвей на лежащий около него смартфон Эмили, на экране которого продолжало висеть изображение Веры.

– Прям так чтобы совсем инкогнито приехать во Владивосток у нас все равно бы не получилось. Взять тот же аэропорт или каждую оплату картой Эмили. Наши данные по-любому зафиксировались. Но в целом по мерам безопасности я согласен. Нужно будет только дополнительно обзавестись наличкой, – рассудил я.

Матвею нечего было противопоставить. Скрыть на все сто процентов наше пребывание во Владивостоке уже было не реально.

– Купить смартфоны, ноутбуки – не проблема. Но как ты найдешь ублюдков, если они все время пользовались мощным оберегом? – задалась новым вопросом Эмили.

– В день похищения – согласен, пользовались. В другие дни – вряд ли. Я возьму срок за неделю и спустя неделю от даты похищения. Придется тщательно прокручивать каждый снимок.

– Сколько по времени займет один снимок? – спросил я.

– Три-пять минут пять максимум.

– Мы можем взять снимки офиса «Дальний Восток Транссервис». Можем попытаться найти в сети снимки сотрудников. Только я не знаю, смысл похитителям было светиться у головного офиса, – с сомнением предложила Эмили.

– А почему не проверить? – поддержал предложение Матвей.

У Эмили нашлось еще одно предложение:

– В городе у казаков есть свой район. У бухты Промежуточная лет сто назад была станица. Теперь это окраина Владивостока. Там как были казаки, так и остались. Не знаю, что сейчас, когда я еще здесь жила, отец говорил, чужих туда не пускают. Вход строго по пропускам. Я и сама помню, вокруг района стояли заборы. Так понимаю, нам нужно сфотографировать въезды.

– А это уже совсем отличная мысль, – обрадовался Матвей. – Предлагаю все закупить, сфотографировать въезды к казакам и отправиться в гостиницу. К вечеру не обещаю, а вот к утру, скорее всего, я справлюсь. Лишь бы нам поскорее улыбнулась удача.

– Только давайте сменим таксиста. Не нравится он мне. Слишком много сует нос, куда не нужно, – вставила свое Ева.

Таксиста сменили. Купили два ноутбука, два смартфона и чистые сим-карты. С ними проблем не возникло. Помог сам продавец за отдельную плату.

Вспомнив о наличных, мы сначала попытались воспользоваться банкоматом. Однако, также как в Москве, они временно не работали, поэтому пришлось ехать в отделение банка и снять там всего тысячу рублей. Больше просто не выдавали.

Далее, проехав к казакам, мы сфотографировали въезды и проходные. А после остановились в съемной квартире, чтобы не светить документами в гостинице. Хозяйка – пожилая женщина сдавала соседние с собой однокомнатные апартаменты. Место маловато, конечно. Зато каждому досталось по кровати.

Я сначала подумал, это из-за плотного обеда появилась усталость. А нет, все-таки давала знать активность моего оберега.

– Как ты им пользовалась? – обратился я к Еве, приняв на кровати горизонтальное положение. – Еще полдня не прошло, а я уже потерял сил процентов на семьдесят.

Матвей с Эмили разместились за ноутбуком. Он показывал ей разные виды микроавтобусов, чтобы точно определиться с моделью. Ева засела за вторым ноутбуком и уже приступила к отлову в соцсетях местных казаков, которых она надеялась вычислить по их собственным записям.

– Ну правильно, если не следить, будешь постоянно уходить в ноль. Ты же смотри, когда не надо – сужай радиус покрытие, когда надо – расширяй. Если постоянно держать на максимуме, так конечно высокий расход получится, – не отрываясь от экрана, разъяснила она.

Мда… Надо следить. Ну и сейчас можно сократить радиус на половину. Пяти метров будет достаточно.

– А если уснуть, Брелок Сумрака не отключится? – снова обратился к Еве, потому как у нее был опыт.

– Его пока не отключишь, он работает. Только держи в открытую. В кармане он слабеет. Опять получится перерасход, чтобы поддерживать зону покрытия.

– А ничего что он будет где-нибудь рядом?

На этот раз Ева обернулась. Я показал на куртку, которую положил на тумбочку рядом с собой.

– Ты чего делаешь? Брелок должен быть на тебе. Когда его отдаляешь, он слабеет. Снова получится перерасход.

Пришлось снимать брелок с куртки. На мне оставались утепленные треники и майка. Вешать оберег было попросту некуда. Пришлось надевать висящее на цепочке кольцо на палец.

У ребят началась работа, а я… Я тоже нашел для себя важное дело. Мой вклад заключался в поддержании защиты. А для этого требовались силы. Так что я закрыл глаза с чувством, что тоже не бездельник и тоже тружусь на общее благо. Лишь бы нам поскорее улыбнулась удача. Силы-то Матвея не бесконечные.

--------------------------------------

Ребят, со следующей главы проды перенесутся на вечер. Будут выходить примерно в 18 часов.

Глава 22

И все-таки глава клана Вагаевых поспешил вернуться в Москву. Он рассудил здраво: выждав день или два, он сделает себе только хуже – даст братьям Бельским время придумать еще один довод, чтобы содрать с клана больше денег.

Но что мог противопоставить Федор Гордеевич, когда старший брат Бельского являлся правой рукой Императора. Младший брат служил для старшего сборщиком податей и решалой, которому позволялось проворачивать махинации. Выступить против, означало столкнуться лбом с могучей стеной. Добиться чего-то вряд ли получится, а расшибить лоб – запросто. Тут оставалось уповать на здравый смысл и уговоры, не более.

К назначенному времени, прибыв к ресторану «Прага» и взглянув на его роскошный фасад, старик скривился. Ему не раз приходилось здесь бывать, так что он не понаслышке знал о баснословных местных ценниках.

«Еще и счет за обед на нас повесит, падаль», – мысленно заключил Федор Гордеевич и с еще большим мрачным видом покинул автомобиль.

– Ну, наконец, а то я заждался! – с притворным радушием встретил главу Бельский-младший.

В отличие от старшего брата Николай Александрович был молод, подтянут и более энергичен. Ему не было сорока, а выглядел и того моложе, лет так на двадцать пять.

Не посчитав нужным поднять со стула задницу, широким жестом он показал на множество блюд, от которых ломился стол и пригласил главу клана вместе отобедать.

– Это изумительнейшее карпаччо. Попробуйте. Только что прямым рейсом из Италии доставили, – указал Бельский почему-то на собственную тарелку.