Вадим Сагайдачный – Дайте шанс! Том 4 (страница 12)

– В этом направлении тоже работаем, – сухо ответил Берник.

Тихо стоявший все это время Балашов встрепенулся, будто наступил его звездный час.

– По университету у меня, можно сказать, все готово. Осталось от силы два дня, и можно устраивать бойню.

Берник с недоумением посмотрел на Балашова, потому как был совершенно не в курсе. Его реакция не ускользнула от внимания опытного руководителя.

– А кто выступит зачинщиками? Вы определились?

– Так точно. Зачинщиками выступают Ярослав Корнеев с наиболее радикальной группой и Святослав Лившиц – это вспомогательная группа. А основным фигурантом конфликта станет все тот же Андрей Вагаев. По нашему замыслу именно он должен будет начать стычку с Высшими, а остальные его поддержат.

– У вас Вагаев и в ограблении банка засветился, теперь вот и в университете должен выступать основным фигурантом. Тогда зачем при задержании вы стрелять в него хотели?

– Никак нет. Хотели только ранить. Чтоб знал свое место. С него не убудет. При ограблении Ситибанка ему пуля в сердце попала. И ничего. Уже оклемался.

Ромодановский кинул недовольный взгляд на старшего троицы, на Оболенского и вернулся к Балашову.

– Вы точно установили с ним правильный контакт? Боюсь, как бы опять ни вляпались. Второго Ситибанка мне не нужно.

Балашов нервно вытер ладонью, проступивший на лбу пот.

– Платон Юрьевич, это исключено. Уверяю вас, такого больше не повторится. А по Вагаеву все определено. Он сделает как надо. У меня только будет просьба. Можно к Иглам Падина добавить огнестрельное оружие? Хотя бы пару тройку стволов. Так сказать, придать храбрости Низшим.

– Если только пару тройку. Не больше. Все должно выглядеть, как спонтанный конфликт. Нас не должны ни в чем обвинить. Тем более Императора. А для этого нам нельзя оставлять ни улик, ни свидетелей. Подозревать могут сколько влезет. Без прямых доказательств – это будут только слова. Ну и не забывайте, после бойни, все с кем вы имели контакты, должны предстать в виде трупов. Чем больше будет мертвецов, тем лучше. Надеюсь, вам все понятно?

Покинув высокий кабинет, Оболенский дал распоряжение Бернику с Балашовым продолжать поиски оставшихся в бегах грабителей Ситибанка, а сам направился по своим вопросам, которых, к слову, было более чем предостаточно.

Если Балашов был в растерянности, не зная в какую сторону рыскать дальше, то Берник знал наверняка на кого и как нужно надавить, чтобы те, к кому приказали не приближаться, сами к нему явились и выложили все, что знали.

Вот только прежде ему хотелось узнать, чем Балашов сумел подцепить Андрея Вагаева, что так уверенно докладывал Ромодановскому.

-------------------------

Утром будет еще одна прода.

Глава 9

Вчерашние события в итоге прошли совсем без последствий. Благодаря вмешательству Эмили, неожиданно оказавшейся внучкой нереально крутого князя Шувалова, Особой отдел просто поджал хвост и свалил. Впрочем, стычка выявила существенные прорехи в моей подготовке.

Оно понятно, Ева резко соскочила, побежала к клинике, я за ней. Там нас с криками «сдавайтесь» встретили с оружием. Времени на раздумья не было. И как раз это вызывало беспокойство.

Мне предстояло срочно выработать меры противодействия для подобных случаев. Ну и как следствие, серьезно потренироваться. Причем, сделать это не разово, а поставить на регулярную основу.

Опять же, оно понятно, каждый мой день получался по-своему насыщенным. И, тем не менее, хотя бы через день тренировать материализацию необходимо было по-любому. Не говоря о физической подготовке, которую я фактически совсем забросил.

Ну и самое главное, мне нужно было заниматься с лекарями. Для этого можно было договориться с Евой и ездить в общежитие медичек в Егорьевск, где они с Эмили жили.

А именно сейчас у меня по плану стояло освоение Голоса. Для этого к назначенным 10:00 я прибыл на свое первое занятие к Лилии Михайловне, носящей, как ни странно, фамилию Смирнова и приходящейся Лене Смирновой родной теткой.

Явно немолодая женщина, но выглядящая очень даже молодой, отобрала у меня смартфон и провела в большую и в то же время почти пустую комнату с двумя креслами и столиком, на котором стояли запечатанные две бутылки минералки и два пустых стакана. Окон здесь не было. Мягкий свет лился от большой плоской люстры, подвешенной в центре. Больше в комнате ничего не было.

Кажется, я понял, почему сразу догадался о возрасте женщины. Ее выдали большие старомодные серьги, длинное старомодное платье и старомодная прическа в виде собранного пучка на затылке.

– Свет – это не мистическое, не эфемерное явление, – начала Лилия Михайловна заученными фразами с теории, – физически он вполне реален. Его можно вынуть из себя, посмотреть и вернуть обратно. Без сомнения, он является частицей божественной энергии, находящейся за гранью нашего понимания. Чего стоит его бесконечность, которой мы до сих пор не находим объяснения. Даже когда мы расходуем Свет практически до остатка, вопреки физике и здравого смысла он все равно каждый раз сам собой восстанавливается. Но как ведет себя Свет, когда мы расходуем силы? Энергетический сгусток светлой энергии меняет плотность, а после – размеры. Он уменьшается до теннисного мяча. А когда речь заходит о предсмертном состоянии, принимает размер едва ли не горошины.

– Подождите, а как быть с Сакрумом? – ловлю из ее рассказа интересный момент. – Получается, если забирать истратившийся Свет, Сакрума будет совсем немного?

– Когда забирают Свет, его перемещают в золотую коробочку. Там Свет находится в течение суток и только потом превращается в пыль. За это время Свет успевает восстановиться.

– А можно вынуть Свет, сделать из него Сакрум, а потом снова возродить его и вернуть себе?

Женщина посмотрела на меня с удивлением.

– Не слышала о подобных экспериментах. В принципе, теоретически вполне возможно. Но мы отвлеклись. Итак, Свет всего лишь чистая, светлая энергия, лишенная всякого разума. Поэтому не стоит придавать ему одушевленной сущности божества. Внутри нас он находится прямо в центре груди. В районе солнечного сплетения, – показывает женщина на себе. – Свет можно легко почувствовать. Для этого нужно уединиться так, чтобы вам ничто не мешало, закрыть глаза и прислушаться к себе. В груди вы почувствуете теплоту. Продолжая концентрироваться на этой теплоте, вы ощутите легкое покалывание и даже жжение. С этого момента, можно сказать, вы взяли Свет и можете его из себя вынуть.

Теперь я понял, почему в комнате для занятий пусто и почему преподаватель забрала у меня смартфон. Это чтобы ничто не отвлекало от занятий. Вот только после вчерашних событий мои мысли постоянно норовили задуматься о другом. В общем, приходилось приложить над собой усилие.

– В отличие от Света, принимаемая Тьма в нас въедается намертво. Ее вынуть нельзя. Она тоже находится в районе солнечного сплетения. Тьма как бы обволакивает собою Свет. Именно из-за нее мы чувствуем в груди покалывание и жжение. Те, кто не опускал руки в скверну, этого не ощущают.

Снова ловлю интересный момент.

– А если опять же вынуть из себя Свет, сделать из него Сакрум и потом какое-то время хранить, Тьма уйдет из тела? Просто, когда мы долго бываем в червоточинах и Темных зонах, скверна въедается в кожу. Потом она сходит. Так, может быть, через время Тьма точно так же может нас покинуть?

На этот раз преподавательница еще больше удивляется.

– Теоретически, наверное, да. Но какой смысл? Вместе с Тьмой уйдет способность. Я не говорю о рисках. Вдруг вашим Сакрумом кто-то завладеет. Вы навсегда потеряете Свет. Станете обычным человеком. Вы не находите? Это слишком высокие риски.

Пожимаю плечами.

– А, по-моему, смысл есть. Можно избавиться от взятой по ошибке способности, после снова опустить руки в скверну и взять то, что действительно нужно. Ну и для женщин это будет полезно, если кому-то надоест постоянно поддерживать молодость Сакрумом.

Теперь Лилия Михайловна на несколько секунд выпадает в осадок. А для меня кажется странным, что за столько времени никто до такого не догадался.

– Скверна сходит с тела месяца за три, – принимается вслух обдумывать женщина. – Допустим, можно вытерпеть еще три месяца. Итого ожидание продлится полгода. Или год, чтобы уже наверняка. Нет. Слишком долго. Слишком. А если к тому же не получится? Если тело все это время будет продолжать стареть?

– Без экспериментов не обойтись, – выдыхаю очевидное. – Понадобится несколько добровольцев и год времени.

– Мысль хорошая. Я еще над ней подумаю. Ну а наше занятие продолжается…

После краткой теоретической части мы переходим к практике. К сожалению, пока очень отдаленной от попыток призыва Голоса.

Как заверила Лилия Михайловна, прежде мне обязательно нужно научиться извлекать из себя Света. Этот навык помогал, что называется, прощупать в себе Свет и Тьму. Ощутить их не как растворенное в теле нечто, а как отдельные элементы, через которые предстояло выпускать Голос.

Перед тем как я смог впервые в жизни вынуть из себя Свет, пришлось немного помучиться. Примерно минут десять или около того. Зато, когда это наконец получилось, я смотрел на этот яркий светлый шар как завороженный. Появилось такое чувство, что держу нечто бесценное. Типа собственного сердца. И если уроню или с ним еще что-то случится, я тотчас умру.