Вадим Сагайдачный – Дайте шанс! Том 1 и Том 2 (страница 76)

Не стал дальше слушать угрозы, вернулся к своей кровати, где меня ждали пять пар испуганных глаз.

— Теперь они нас точно кончат, — в отчаянии тихо произнес Ромка.

— Да все правильно сделал. Иначе бы этот пид*р специально ссал в сортире на пол и ржал. И что бы мы делали? Сглатывали и за ним прибирались, что ли? — верно подметил Сёма.

Мы принялись заниматься постельным бельем. Раскладывая его, я на всякий случай повнимательнее присмотрелся к остальным спецназовцам. У них все держались по кучкам. Как такового единения не было. То есть длинного и квадратообразного особо никто не поддерживал. Вот только я не сомневался, если что, они прикроют своих. За нас вступаться никто не будет. О гражданских и думать не приходилось. Они обычные, не осветленные, поэтому будут сидеть молчком.

Что значит два умывальника и два унитаза для оравы под сотню человек. Около нас выстроилась нескончаемая очередь. Лишь в десять вечера, все кое-как разбрелись. Подошло время прибраться за тем, что устроили в санузле.

Со стороны гражданских двоих уборщиков я что-то вообще не заметил. Мы тоже не определились. Синицын наотрез отказался что-то мыть, потому как в драке не участвовал, а вместе с ним категорически отказались убираться Роман и Семён. Из-за этого сильно распереживались Эмили и Ева, небезосновательно посчитав, что по возвращению в крепость нас могут отправить на гауптвахту.

Я же вообще не думал об уборке. По мне так у нас уже есть два серьезных залетчика. Им и надо убираться, чтобы хоть как-то реабилитироваться.

С дракой еще куда ни шло, тварей в тот момент еще не было. Но вот делать подножку и тем провоцировать вторую драку, когда мы все бежали прятаться в бункер, это реальная подстава. Это дело можно так вывернуть, что мало не покажется. Своей выходкой и последующей дракой длинный мог лишить жизни нескольких человек. Взять того же лейтенанта Верещагина, не догадавшегося следить за небом. У него какой-то маленький момент, а тут целая драка.

Тем временем длинный дождался пока все улягутся, немного выждал и вместе с квадратообразным поднялся с кровати. Друг пошел закрывать дверь в расположении, а он направился к нам. Пришлось мне тоже подняться.

— Ну что, герои, — встав в проходе напротив меня, начал длинный, — базару нет, не лошье, но нужно что-то делать с уборкой. Иначе Глебыч завтра спросит. Мы предлагаем дуэль. Проигравшая сторона встревает на все то время, пока мы будем здесь. Ну как согласны?

— А что за условия по дуэли?

— Мы предлагаем закончить начатое в поезде: вас трое, нас двое и никакой магии. Нельзя ни вызывать Свет, ни обращаться к своим способностям.

Я обернулся к парням. Роман и Семён уже поднялись и стояли за моей спиной.

— Рано или поздно нам все равно придется с ними драться, — также как я рассудил Сёма.

— Других вариантов все равно нет, — с тяжестью вздохнул Роман.

— Мы согласны. Дуэль!

Такое чувство, все только и ждали нашей драки. Кто уселся на кровати, кто подался к проходу с дальних мест. Конечно же растолкали всех спавших. Даже гражданские и стрелки приготовились смотреть шоу.

Узкий проход в два метра шириной тянулся вдоль расположения от входной двери до санузла. По бокам стояли выстроенные ряды двухъярусных кроватей. Для двух дерущихся места вполне хватало, но никак для пятерых.

Призвав Свет, мы в поезде с ними не справились. Теперь без него у нас и подавно не было шансов. Мне можно было рассчитывать лишь на почти чистокровность. Этим двоим не получится меня слишком быстро вырубить. Иных сильных сторон в схватке у меня не было.

— Не пытайся выходить на кулаки. Сразу накидывайся, цепляйся за них, клинчуй. А Ромик с Сёмкой пусть херачат, — напутствовал Синицын советами.

Пара минут на подготовку и началось.

Это не узкий проход в вагоне, длинный и квадратообразный поместились вдвоем. Тем не менее, выбранная Санькой тактика выглядела вполне рабочей. Вот только на кого мне набрасываться и клинчевать было непонятно.

Предпочтения, как и в прошлый раз, останавливались на квадратообразном. Он хоть и был не настолько задиристым, но выглядит куда серьезнее длинного. В то же время имелось понимание, стоит кинуться на него, меня начнет бить его друг. Просто потому, что у длинного ко мне масса претензий. Получится, что я буду драться сразу с двумя. В этом случае для меня без вариантов. Долго я вряд ли продержусь. Так что и в этот раз приходится остановиться на длинном.

— Ну что, Толясик, накажем утырков! Когда еще появится вариант разбить еб*о чистому?! — с задором подбодрил друга длинный, чем вызвал одобрительные возгласы своих.

— А если чистый разобьет тебе еб*о? — говорю лишь для того, чтобы отвлечь длинного и сходу рвусь на него с ноги.

Длинный отступает и тут же бьет в ответную. Я еле успеваю отпрянуть от летящего в лицо кулака. А длинный уже бьет другой рукой. Резко ухожу вниз и клинчую. Как и хотел, обхватываю его тело руками и прижимаюсь.

Ромка — красавчик, принимается долбить гада, отчего длинный не успевает отмахиваться от него и одновременно бить меня. Но и я не стою просто так с длинным в обнимку. Принимаюсь бить носками по его ногам. То по коленкам, то по голеням. Куда получается. С силой, с упорством, с отчаянием. Потому что, если сейчас не завалим гада, он и его друг завалят нас и отпинают. А потом еще придется драить сортир. Или идти на гауптвахту.

— Сука!!! — заорал не своим голосом длинный. Теперь он как волчара, попавшийся в капкан. Он начинает рваться по сторонам, меня то и дело с размаха бьет в стойку кровати, добавляет кулаками в бока и по затылку.

«А если ударить по яйцам?» — приходит на ум подобно озарению.

Понимаю, зашквар. Но другого выбора нету.

— НА!

Длинный готов. Пополам сложился.

Как раз вовремя с ним закончил. Квадаратообразный вырубил Семёна и теперь перешел на Ромку. Наученный на длинном я перехожу к тому же приему, вхожу в клинч и с силой прижимаюсь к его мощному телу.

С квадратообразным выходит куда сложнее. Он ниже ростом и мощнее. Правильно я подметил еще первый раз, когда его увидел. Он куда лучше боец, опытнее и сильнее. Квадратообразный сразу бьет обеими руками мне в голову с такой силой, что двойной удар заставляет поплыть. Даже можно сказать повезло, что я сразу не вырубился и продолжаю за него держаться.

В этот момент неожиданно вокруг нас вспыхивает огонь. Яркий, жаркий, не то что мои картинки, настоящий. Раздаются крики, даже визг.

Квадратообразный хватает меня за ремень, подбрасывает и в следующую секунду я оказываюсь на полу, объятый ярким обжигающим пламенем, заставляющим одежду вспыхнуть.

Вокруг никого. Ни Ромы, ни Семёна, ни длинного с квадратообразным. Один лишь огонь и многочисленные крики, усиленные сводами. И в этой огненной гиене проявляется знакомый образ той, из-за кого я очутился в этом мире.

Мария молчит. Лишенное эмоций лицо издали наблюдает за происходящим.

Пытаюсь подняться, но тело стало ватным. Совсем не хочется слушать. Лишь осознание того, что сейчас я заживо сгорю, заставляет собраться с силами и начать подниматься.

Не сразу понял, что случилось, едва я встал и, перебирая руками за металлическую кровать, стал выбираться из огня. Сверху мелкими брызгами полилась вода.

Мгновение и пламя упало вниз. Еще секунда и оно совсем исчезло.

— Это ты сделал?! Сука!

Крича не своим голосом, ко мне подлетел длинный. Удар и я не понял, как упал. Просто очутился уже лежащим на полу. А длинного от меня оттаскивал квадратообразный. Немного болело право плечо и голова. Но не они вызывали настоящую сильную боль. Она появилась и стала становиться все сильнее и сильнее на правой ноге. Я терпел сколько мог, а потом не выдержал. Громко закричал, как будто от этого станет легче.

— Пуф! Пуф! Пуф!

В расположение вбежал капитан. За пистолетными выстрелами разразился отборный мат.

Видимо я временно потерял сознание. Кусок происходящего выпал. Я очнулся, когда, стоя около меня, капитан сказал: «Этого в лазарет». С мыслью, что хоть сортиры не придется драить, меня окончательно вырубило.

Том 2 Глава 43

Кто-то коснулся моей руки, и я очнулся. Это оказалась Ева.

— Не двигай правой ногой. Она у тебя сломана, — поднимаясь с кровати, произносит она, гасит свой Свет и отходит в сторону. Ко мне приближается капитан.

— Оставь нас, — приказывает он Еве, и та уходит.

Я бросаю беглый взгляд на комнату. Белые, окрашенные известью стены, кровать, стол, стул, в стороне еще две не застеленные бельем кровати. Я лежу почему-то голый, укрытый одной лишь простыней. Этой комнаты я в бункере не видел. И в то же время я все еще в бункере. Об этом говорит сводчатый потолок.

— Рядовой, ты помнишь, что случилось вчера вечером? — спрашивает Рогозин, приблизившись к моей кровати.

— Была драка, потом появился огонь.

— Так понимаю, ты начал проигрывать дуэль и поэтому вызвал огонь. Правильно?

— Я не могу вызвать огонь. У меня не открыта стихия.

— Твои сослуживцы сказали, ты можешь создавать иллюзии. Появившийся огонь, это была твоя иллюзия?

Расспросы Рагозина были понятны, в расположении начался пожар, там сгорело, наверное, половина постельного белья, что находилось на кроватях рядом с местом драки. Еще неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не сработала система пожаротушения и сверху не полилась вода.