Вадим Сагайдачный – Дайте шанс! Том 1 и Том 2 (страница 29)

Обломись!

— Хрусть!

Фиг его знает, сломал — не сломал. Времени нет из-за него оборачиваться. Я специально с разбегу приземлился на выставленную ногу и побежал дальше. Лучше бы сломал. Чтобы знал, как делать другим подлянки.

Но где же Василий? Он обещал прикрыть. Неужели до сих пор торчит на проклятом балконе?

Удар!

Твою ж сука мать!

Меня кидает вперед к сидящим на диване девушкам. Спина за малым не переломилась. Боль адская. Еще и визг девчонок такой, что голова треснет.

Преследовавший меня парень все-таки догадался кинуть в меня стулом. Сам же он снимает активацию Света и переходит на шаг. С довольным видом идет добивать добычу.

Да хрен тебе!

Снова обращаюсь к Свету внутри себя. Подбираю с пола стул и к нему.

Ох эти глазки-глазки… Какие же вы большие, когда испуганные.

Парень тут же активирует Свет и бежать в обратную. Я же устремляюсь за ним. Успею — не успею нагнать, не столь важно. Мне снова до широкого прохода добежать нужно. Дальше вниз и в гущу танцпола.

Да ё-мое…

Приходится затормозить.

Урод, что выставлял мне подножку, стоит с другом. Добегая до них, мой бегун к ним присоединяется.

Теперь против меня три полукровки.

Зашибись.

В громадном зале включается верхний свет, музыка замолкает. Теперь я хорошо вижу довольные лица сотен людей. Для них случившееся выглядит как шоу.

— Держите! Схватите! — раздается чей-то властный крик.

Свет внутри меня то ли потух сам, то ли я его вырубил на автомате. До этого еще было нормально, а теперь резко начался упадок сил. Такое чувство, что я всю ночь разгружал вагоны с цементом.

И снова на меня нацеливаются объективы смартфонов. Лицо после множества пропущенных ударов опухшее и в ссадинах. С разбитого носа и губ кровит.

Рукой размазываю кровь по лицу. Теперь пусть снимают сколько влезет. За съемку можно не переживать.

А еще я вижу бегущих по проходам людей. Они в черной спецодежде и с бирками на груди. Это появилась охрана клуба. Бегут усмирять, разруливать случившуюся драку.

Черт, ну где же Василий, черт бы его подрал?

— Василий! — ору что есть мочи, в надежде что услышит. — Вася, я здесь!

Пробегаю глазами по балкону, по сторонам.

Василия нигде нет. Похоже, он на балконе где-то бродит. Будет дожидаться пока меня тут вообще грохнут.

Троица видит, что с другой стороны узкого прохода между рядами появится охрана и пошла в наступление. Мне бросаться или на одних, или на других. Или попытаться начать прыгать по столикам, тем злить охрану, пока они меня в итоге не поймают. С горящим верхним светом мне уже ни от кого не спрятаться.

Останавливаюсь на менее проблемном варианте. Кидаю стул в троицу, а сам устремляюсь в другую сторону к идущей по проходу охране.

— Все, драки нет. Я нормально… — успеваю сказать в надежде начать разруливать ситуацию и первый подлетевший ко мне лысый мужик в возрасте бьет со всей силы в лицо.

Походу вырубил. Потому как спустя время очнулся на полу.

Начинаю подниматься.

Что-то как-то с трудом получается. Сил нет, меня шатает. Кровища с нижней части лица так и хлещет.

Касаюсь носа.

Пиз*ец.

Сломали.

Ахренеть…

Он у меня конкретно вывернут вправо. Вот прям совсем.

Так мне нос даже в интернате не выворачивали.

Не пойму, что происходит в клубе. Вокруг идет нереальный махач. Парни, мужики, охрана. Они все перемешались в грандиозной драке. Кто с кем и против кого — не поймешь.

Не успел встать на ноги — удар. Меня относит на пустой диван. Кто-то несильно долбанул сзади.

Снова приподнимаюсь.

О, бля… Ну наконец, Василий.

Василий как лев, ей-богу. Что не удар, человечик падает. Это он только что кого-то долбанул, а тот полетел в меня и сбил с ног на диван.

Начинаю подниматься с дивана. Ноги ватные и шатает. Сил — ноль.

Какой-то мужик рванул от Василия и тот погнался за ним.

— Вася, твою мать, ты куда?!

Держась за спинку дивана, выхожу в узкий проход, а самого по сторонам сильно качает. Понимаю, я и десяти метров не пройду. То и смотри, снова уйду в беспамятство и грохнусь. Мне проще на диване отсидеться пока снова появится Василий.

Кто-то подхватывает меня сзади, и я на его руках заваливаюсь на спину. Начинаю отбрыкиваться. Он, падла, меня еще под руки схватил. Так что не вмажешь. Все равно пытаюсь вырваться.

— Спокойно, Андрей Викторович. Свои…

Глава 18

— Все, Андрей Викторович, приехали. Сейчас вас подлатают, — раздается сквозь забытье.

Очнувшись, я открываю глаза.

Мы в спортивном купе Василия. Он усадил меня и пристегнул к креслу ремнем. Мы несемся по какой-то широкой улице. Стемнело. Кругом огни фар, призывно горят или подмигивают иллюминации, подсветки, вывески.

Во рту чувствуется соленая кровь. Она липкая и от этого неприятная.

Дрожащей рукой касаюсь лица.

По-моему, там у меня тихий ужас. Оставшаяся на руке кровь это подтверждает. Нос сильно вывернут вправо, еле дышит. Нижняя часть лица, шея — в крови. Она продолжает понемногу сочиться из носа и рта, тянется с подбородка и падает на цветастую рубашку, увеличивая на ней громадное кровавое пятно.

Кровь есть и на лацканах джинсового пиджака. Впрочем, это неважно. Сильно хочется спать. Я слишком обессилен. Мне кажется, сейчас я даже вряд ли смогу сам выйти из машины. Мне даже трудно продолжать оставаться в сознании. Свинцовые веки стремятся закрыться и снова отправить меня в забытье.

Василий чего-то говорит, подбадривает, просит продержаться еще пару минут. Из себя я могу выдавить разве что «угу». Он сворачивает вправо, сбавляет скорость и останавливается у ворот пристройки какого-то трехэтажного здания. Створки ворот автоматически раскрываются, мы въезжаем внутрь.

Все белое и светлое, для обычного гаража такое слишком. Из двери сбоку появляется девушка в белом халате. За ней двое мужчин выкатывают носилки и тоже в халатах. Похоже, Василий привез меня в какую-то больницу.

Пассажирская дверь открывается. Девушка подается ко мне и внимательно смотрит в глаза. Она чистокровная. Над головой горит яркий свет. Сквозь специфический запах каких-то медикаментов улавливается тонкий аромат ее духов. Что-то освежающее, цветочное, кажется.

Для меня она то расплывается, то двоится. Приходится приложить усилия, чтобы сфокусироваться на ее лице.

А она красивая. Беленькая, с правильными чертами лица. Уж не знаю, небольшое родимое пятно или большая круглая родинка на щеке ее совсем не портит. Так даже прикольно.

Замечаю вокруг ее глаз морщинки. Они вызывают удивление. Осветленные долго не стареют. Получается, она не девушка. Взрослая тетка. Ей уже за полтинник.

Как же обманчив этот мир… Вот так встретишь красотку, потеряешь от нее голову, а потом выяснится — она старше тебя вдвое.