Вадим Сагайдачный – Дайте шанс! Том 1 и Том 2 (страница 24)
— Я что хотел сказать, — продолжает Карлицкий, — звонил Скориков. У него все в силе. Завтра он приглашает всех на день рождения. Мы же с тобой друзья, я сразу поинтересовался на твой счет. Короче, Скориков этот вопрос уже решил с Тарасовым. Тот пообещал вести себя нормально. Он не станет на празднике в ответную вызывать тебя на дуэль. Ну ты сам понимаешь, после случившегося ему вообще лучше держаться тихо. Говорят, его с отцом и дедом вызывал к себе лично генерал-губернатор и провел с ним неприятный разговор. Так что можешь смело идти и ничего не бояться. Праздник жизни назначен на 16:00 в клубе «Парадайз».
«Да кто его боится? То же мне, монстр нашелся!» — хотелось выкрикнуть в ответ. Однако строить из себя героя было рано. И Карлицкий, и остальные лично не раз видели, что Тарасов вытворял с Андреем. Сейчас пытаться выпендриться, показывать какой я смелый и насколько плевать хотел на Тарасова, не стоило. Вместо ненужной бравады отвечаю ровным голосом:
— Хорошо, постараюсь приехать.
— Постараюсь? — хмыкнул Карлицкий. — Ты уж действительно постарайся, а то нам с Вано без тебя будет скучно. Все-таки последние деньки остались. Ты потом в Москву укатишь, я в Тверь, Вано собирается на год уехать на историческую родину. Когда еще свидимся.
Красиво говорит, но память Андрея напоминает о другом. Мне даже нет необходимости анализировать воспоминания. Это сделал сам Андрей, потому и считал обоих лишь приятелями, а вовсе не друзьями.
— Хорошо. Буду.
— О! Я только сейчас вспомнил! Вы же со Скориковым родственники! — бурно вспомнил Карлицкий. — И что я тогда по тебе беспокоюсь. Вы там уже без меня обо всем позаботились. Или уже не родственники?
— А, ну да… В некотором смысле почти родственники. У сестры с Павлом вроде все хорошо.
— Тогда я не переживаю. Все будет путем. Завтра спокойно нажремся. Давай.
— Давай, до завтра.
«Нажремся»… И это говорит тот, кто никогда не пьет больше одного бокала шампанского. Типа сильно пьянеет. Наверное, и правда решил на дне рождения Скорикова оторваться.
Выпить сразу два бокала шампанского!
Убираю смартфон и ловлю появившееся подозрение. Первой мыслью становится — Карлицкий специально зовет на день рождения к Скорикову. Чтобы я точно явился. Или его используют. С другой стороны, вполне может быть все так и есть. С Тарасовым имели разговор по поводу меня и тот пообещал не устраивать дуэли.
Вот только что меня ждет на самом деле?
Воображение совместно с воспоминаниями Андрея об интерьере клуба «Парадайз» рисует безрадостную картину. Вот я вхожу в богато обставленный зал с длинным столом, прохожу к своему месту, а вокруг все на меня смотрят, ухмыляются, откровенно злорадствуют, вспоминая о несостоявшейся дуэли.
На сегодняшний день Вагаевы и Тарасовы два самых богатых и влиятельных клана в Пермской губернии. Так что кроме Игната, вряд ли кто-то будет что-то высказывать мне в лицо. Будут шептаться или если смелые, за спиной говорить вполголоса.
На всех мне по большей части плевать, но там будет три очень важных для меня человека. А это сводные сестры и невеста Волгина. Им будет стыдно за меня и стыдно за себя. Что в силу обстоятельств все три со мной связаны.
Это выглядит мерзко.
А как себя поведет Тарасов, пусть даже дав клятву?
Конечно же эта сволочь начнет глумиться. Не кулаками, а долбить меня морально. Многого не потребуется. Пара фраз и вот я уже под плинтусом. Забился в щель и боюсь из нее высунуть носа.
Так хочет Тарасов. Но так не будет.
Я все еще сижу на диване. На экране телевизора то ли продолжаются новости, то ли запустили экстренный выпуск. На этот раз репортаж ведется из Павлодара, городишке южнее пострадавшего Омска. Показывают беженцев.
Бедных людей, прибывающих в город на поездах, автотранспортом и авиацией, размещают где попало. Уже даже задействовали единственный стадион, где они сидят на трибунах под палящим солнцем.
Внизу экрана номер счета, на который можно перечислить деньги. Как всегда бывает, средств катастрофически не хватает. Сообщается, что имеющихся у города ресурсов хватит беженцам лишь на сегодня. Вместе с тем их поток продолжается. На подходе два теплохода, отплывших из Омска с тысячами людей.
Достаю смартфон и вношу свою лепту.
Отец каждый месяц выделяет Андрею на карманные расходы по одной тысячи рублей. Эту сумму и отправляю на висящий на экране номер счета.
В принципе, я понимаю, почему настолько черство поступил дед, направляя в Омск сотню людей, от которых не будет толку. Он по-другому не может. У него, как и у всего нашего клана, своя вечная война в Черноярске, где когда-то император дал громадный кусок земли. Всем Вагаевым велено удерживать на ней тварей.
Если вдруг случится прорыв, твари истребят всех, кого застигнут на Иглах и в Черноярске. Зона Тьмы прирастет еще одной немалой территорией. Там на 100 километров по сторонам Вагаевская земля.
С пульта выключаю телевизор и поднимаюсь. Мне обязательно нужно поспать перед вечерней тренировкой. Тем лучше подготовиться для стычки с Тарасовым.
Дохожу до гардеробной и в комнату без стука врывается Илона.
— И что ты думаешь о дне рождения Скорикова? — сходу спрашивает сестра с непонятным возмущением.
— Ничего не думаю.
— Писец! Замечательно! — визжит она. — Мы тут целыми днями беспокоимся, как бы провести праздник и ничего такого не случилось, а он ничего не думает! Ты хоть понимаешь, что ты должен быть на дне рождения Скорикова обязательно?!
— Мы едем к нему всей семьей?
Я раздражаю сестру. Она Андрея органически не переваривает. Это мне уже понятно. Однако мой спокойный тон действует на сестру успокаивающе. Тем не менее, она подкатывает глаза, выдыхает и принимается говорить спокойней:
— В 11:00 в усадьбе Скориковых запланирована первая часть мероприятия. Там будут все самые близкие. Ну и конечно наша семья. Павел опустит руки в скверну, получит первую способность. Мы его все поздравим, подарим подарки, скажем напутствующие слова. В 12:00 мы все сядем за столы в шатрах и пробудем за ними до 15:30. После этого молодежь сядет в машины и проследует в «Парадайз». Там в 16:00 должна начаться вторая часть мероприятий. В клуб приглашены одноклассники, приятели, друзья, разные знакомые. Папа с мамой и Амалия останутся в усадьбе Скориковых. В клуб едем только мы с тобой. Теперь по поводу Тарасова. Скориков с ним договорился. Он не станет на дне рождения к тебе приставать. Он дал слово. Поэтому я не хочу ничего слышать. Ты обязательно должен быть. Скориков — это мой будущий муж. Мы теперь одна семья. Надеюсь, я понятно выражаюсь?
— Исчерпывающе. Надо, значит, буду. Это все?
Не знаю, о чем думала Илона, врываясь ко мне в комнату. Наверняка накрутила себе, что я начну отбрыкиваться. Теперь же она в недоумении.
— Просто ты пойми, мы со Скориковым очень серьезно подошли к мероприятию, — теперь тон Илоны превращается в оправдывающийся, — мы заказали фейерверки, артистов, целый оркестр. Заказали громаднейший торт. Я сама его выбирала. Он как вся эта комната.
— И когда ты все успеваешь?
— Так я же с ним постоянно на связи, — показывает сестра, держащий в руке смартфон. — Мы просто очень хотим, чтобы праздник получился запоминающимся и на уровне. Без никаких эксцессов. Чтобы все прошло хорошо.
— Не переживай, я обязательно буду на празднике. У меня только один вопрос: если Скориков теперь наш очень близкий родственник, зная о моем конфликте, зачем позвал Тарасова?
Глава 16
Сквозь сон слышу тихий голос Василия и чувствую осторожную тряску:
— Андрей Викторович, просыпаемся, нас ждет «Черная Ворона».
Открываю глаза.
Точно Василий. Стоит с довольным видом, улыбается.
— Так все-таки едем? — принимаю сидячее положение и торопливо тру глаза.
— Я — могила! Если сказал, в лепешку разобьюсь, но сделаю!
«Могила, сделаю» — мысленно повторяю слова.
Это же разные понятия.
— А сколько время?
— Как раз нормально. Восьмой час.
Ныряю ногами в тапочки и отправляюсь в ванную комнату.
Омск, Волгина, разговоры с дедом и сестрой… Я лег спать и после всего случившегося ни черта не засыпалось. Сил нет, хочу спать и хоть убей — не засыпается.
Конечно вспомнился Тарасов. Из-за этой сволочи я ворочался в постели еще лишний час. А потом, чтобы уже выкинуть его из головы, вспомнил об Эмили. Думал о ней, о нашей поездке в червоточину и истреблении тварей. С этими мыслями меня и вырубило.
Кажется, потом она снилась. Со снами у меня всегда беда, стоит открыть глаза и сразу забываю.
Но одно стало очевидным, похоже, я и правда с группой подамся к червоточине. Во всяком случае пока все идет к этому. Если, конечно, не передумаю. Слишком заманчиво выглядит отдых в Ницце. И слишком заманчиво выглядит прогресс от занятий с наставником. А других способов отправиться к червоточине как-то не появляется.
В гардеробной наметилась проблема. Я ума не мог приложить, что надеть. Была бы просто драка, другое дело. Но нам предстояло ехать в клуб. Треники и футболка явно не подходили.
На помощь пришел Василий:
— Что тут думать? Наденьте темненькие штанишки, темненькие туфельки, светленькую рубашечку и нормально.
Штанишки, туфельки, рубашечка… Перечисленное скорее подходило для похода в детский сад.
Посмотрел на Василия. На нем имелось все перечисленное.
— А девушки там будут?